Без ума от герцога - Элизабет Бойл

Но как она могла? Как она могла, если точно знала, что произойдет дальше.

Он поцелует ее, как сделал на маскараде.

Внутри у нее все трепетало, голова кружилась.

Ох, она видела это так ясно… он наклонит голову, накроет губами ее рот и потом…

Колени у нее подгибались, пальцы вцепились в грубую шерсть сюртука. Она цеплялась за Сент-Мора, поскольку не решалась поднять на него глаза. Просто не могла.

«Тогда почему ты купила это платье?»

Элинор украдкой взглянула на лежавший на диване сверток, в котором было платье для любовницы, для страстной женщины.

Если она не может отважиться снова поцеловать мистера Сент-Мора, как у нее хватит духу надеть это платье?

Элинор посмотрела в его глаза, в которых горел страстный огонь.

Казалось, это должно было напугать ее, но не напугало. Сент-Мор прижал ее к себе, теперь их разделяла только одежда, ее тело прилепилось к нему.

Было что-то столь интимное, столь поразительное в том, как он подходил ей, как встретились их тела, что ситуация, вместо того чтобы быть скандальной, стала единственно верной.

Без единого слова он наклонился и пленил ее губы поцелуем с той же вольностью, что позволяла ему держать ее так.

Его губы играли с ее губами, дразнили, и она испытывала невыразимое блаженство. Это было слишком — его объятия, его прикосновения, его поцелуй. Теперь, когда она касалась его бедрами, когда ее грудь прижалась к его торсу, его руки начали исследовать ее тело.

Медленно и дразняще они скользили по изгибам ее тела, как только что делала она. Но она, по крайней мере, сначала, действовала с определенной целью — в конце концов, его сюртук действительно нужно было расправить, — а у него было совершенно иное намерение.

Его руки обхватили ее ягодицы, прошлись по бедрам, кружили вокруг полной груди, зажигая в ней огненные спирали желания.

И все это время он продолжал целовать ее, дразня и пробуя на вкус, его дыхание было жарким, когда он коснулся губами ее шеи.

В этот миг она могла дышать, но только в этот миг, потому что его губы вернулись к ее губам, голодные, опасные.

Она горела в той же лихорадке страсти, обвила руками его шею, прижималась к нему.

Но в ее отрывочные мысли проникло звяканье колокольчиков.

Колокольчики? Так трудно сосредоточиться, когда он притянул ее еще ближе, его горячие губы исследовали ее шею, оставляя дурманящий след желания.

Потом в ее мысли, вернее в чувства, ворвались торопливые шаги, и она осознала что-то очень важное.

Это не небесные колокола эхом отдавались у нее в голове, это дверной колокольчик.

У входной двери ее дома…

А шаги? Теперь они слышны у гостиной. И голос, которого было достаточно, чтобы прояснить ее затуманенные страстью мысли.

— Не думаю, что она вернулась, — сказала Минерва. — Но я могла ошибиться.

Следом за этим дверь скрипнула и начала открываться.

Слава Богу, дом был в таком запущенном состоянии, что ржавые дверные петли дали Элинор и Сент-Мору время отпрянуть друг от друга и занять подобающую и благопристойную позицию подальше друг от друга.

От его рук!

Элинор пыталась выровнять дыхание, пригладить волосы, взглянула на платье, но не было времени привести все это в порядок — дверь распахнулась, и на пороге появились Минерва и Люси.

Еще одна мысль пронзила Элинор: хвала Всевышнему, здесь нет остроглазой тети Беделии: от глаз этой особы ничто не укроется.

Но Люси и Минерва тоже явно ничего не упустили.

— О, Элинор, ты дома, — сказала Минерва. — А я как раз говорила Люси, что не уверена, что ты вернулась, но она настаивала на этом, и вот ты здесь.

Первая леди Стэндон с обычной грацией вошла в комнату, но неуклюже остановилась, заметив мистера Сент-Мора.

Элинор заметила, что он даже не соизволил смутиться, как это случилось с ней, если жар ее щек может служить индикатором.

Скорее он походил на гордого собой повесу, каким она впервые увидела его.

Настоящий дьявол!

— Мистер Сент-Мор, — кивнула ему Минерва, — вы уже знакомы с леди Клифтон.

— Здравствуйте, Сент-Мор, — натянуто произнесла Люси.

Дальнейших любезностей не последовало. Элинор заметила, что ее подруга холодно смотрит на него. Ее взгляд говорил о мрачных намерениях.

Ну уж нет, ей не нужно, чтобы Люси Стерлинг и ее опасные контакты из министерства иностранных дел обрушились на мистера Сент-Мора.

За то, что он просто помог ей выйти за покупками.

Она поежилась. Да, за это и за другое, едва стоящее упоминания дело — за то, что поцеловал ее. Дважды!

Чуть покачиваясь, Элинор изо всех сил старалась хоть как-то исправить ситуацию.

— О Господи! Посмотрите на время. Мистер Сент-Мор, вы говорили, у вас назначена встреча?

Его, казалось, не отпускали воспоминания об их поцелуе, но она многозначительно посмотрела на него, и он вернулся в границы респектабельности.

Настолько, насколько способен такой мужчина.

— Да. Спасибо, миледи, — улыбнулся он. — Когда у меня будет информация, я пошлю записку.

— Записку? — переспросила она. Всего лишь записку? Он не сообщит информацию лично?

— Только чтобы удостовериться, что застану вас дома, когда приду в следующий раз, — добавил он.

Когда он придет в следующий раз… Мысли Элинор пустились вскачь. Возможно, он знает какое-нибудь место, где мог бы сообщить информацию приватно… чтобы они могли продолжить…

— Элинор! — окликнула ее Люси.

— Да, это будет просто замечательно, сэр, — сказала она.

Минерва фыркнула, взглянув на Сент-Мора.

Он вежливо кашлянул, поклонился дамам и ретировался в холл.

Элинор, извиняясь, взглянула на подруг и последовала за ним к двери.

В этом нет ничего неблагопристойного. Она просто соблюдает правила вежливости.

И она не хочет, чтобы он уходил. И, похоже, он тоже, поскольку Сент-Мор задержался у двери.

Он взял руку Элинор и поднес к губам.

— Леди Стэндон, к сожалению, я должен уйти. До следующей встречи. — Его взгляд ожег ее, заставив задрожать с головы до ног, как раньше его поцелуй.

Этот взгляд вновь воспламенил страсть, которая уже пробудилась к жизни.

Элинор хрипло втянула воздух. К сожалению? О да, именно так.

— Мистер Сент-Мор, как продвигаются дела с моим пикником? — спросила с лестницы Тия.

Отпустив руку Элинор, он улыбнулся девочке.