Снежинка для демона (СИ) - Александра Горохова

— Да. Китайцы настаивают на присутствии владельца, во время продления договора. Уж не знаю почему, видно ваша красота всему виной, — теперь в голосе скользнула совсем не рабочая язвительность. Но Альберт работал еще на моего отца и порой мог позволить себе некоторые вольности.

— Я вас поняла. Утром буду в офисе, — так же сухо закончив разговор, повесила трубку, стараясь не обращать внимания на появившийся словно из ниоткуда леденящий холод дурного предчувствия.

— Вот же ж сволочи узкоглазые, — выругалась я, швыряя несчастный аппарат на кухонный стол.

Сообщив обиженным стуком все, что думает о моих манерах, телефон проехался по столу и упал на пол совсем уж громко. Надеюсь, он не сломался. Хотя, я покупала технику поистине неубиваемую, что является прям-таки необходимостью, когда дома подрастает шаловливый ребенок, к тому же в перспективе маг.

— Что-то случилось? — на раздавшийся грохот из зала прибежали Александр с Лилией.

Оба имели вид ожидаемо взъерошенный и встрепанный.

— Да, — со стоном уселась я за обеденный стол, — судя по-всему нашу поездку в лес придется отменить. Мне нужно ехать в Китай и уламывать этого мафиози подписывать договор.

Я не преувеличила Дэмин Чжао, действительно напоминал главу мафиозного общества и был очень холоден и безжалостен. Вот уж пошутили его родители дав ему имя добродушный. Этот человек был весьма опасен и не раз и не два по моей коже строем маршировали холодные мурашки, когда он задумчиво осматривал меня своими невыразительными глазами.

Вот и сейчас, стоило только подумать о нем, как озноб снова поселился в моем теле. Дочь без разговоров забралась ко мне на колени и прижалась, обнимая за шею.

— Может мне поехать с тобой? — нахмурился Александр, ставя передо мной пузатую чашку с личным успокоительным — обжигающе горячим сладким кофе.

— Я хочу, чтобы ты остался, — призналась я, делая маленький глоточек. — Кроме того, замену на работе тебе пока не подыскали, так что пятница у тебя занята. И у меня нехорошее предчувствие.

— Какого рода? — сел напротив мужчина, нахмурив свои шикарные черные брови.

— Мне кажется, что что-то случится в мое отсутствие. Если бы с этим китайцем не было так опасно ссорится, то я бы вообще не уехала, плюнула бы на договор.

— Он действительно так опасен?

— Он маг. Китайский маг, что немаловажно. Я не знаю как это объяснить, — задумчиво провожу ногтем по краю посуды. — Их магия сильно отличается от нашей. Они умеют видеть незримое и мне совсем не хочется, чтобы однажды на мой дом упал самолет, только потому что удача отвернулась от меня.

— Они и так могут? — в удивлении поднял брови Лебедев.

— Я думаю, они еще и не так могут, — хмыкнула я, стараясь скрыть дрожь, которая противной липкой мутью обволакивала кожу. — Но даже, если отбросить в сторону всю мистику, которая окружает этот народ, остается еще и практическая сторона вопроса. Господин Чжао необычайно богат и влиятелен, иногда мне кажется, что этот китаец еще в ранней молодости повстречал Цин-луна.

— А это кто? — удивился Александр, а я в очередной раз убедилась, что с собой его точно брать не стоит. Слишком уж он… европеец, а китайцы их недолюбливают и очень неохотно идут на контакт.

— Это зеленый дракон, страж Востока. Говорят, что увидеть его к богатству.

— Ты так хорошо знакома с китайской мифологией? — поднял бровь мужчина, наблюдая за тем как льнет ко мне дочь, а я стараюсь не расплескать обжигающий кофе.

— Ты знаешь, — мечтательно прищурилась я. — На самом деле Китай удивительно красив. Особенно провинции Китая, до которых еще не дошли все блага цивилизованного мира. У них потрясающее виденье мира, которое она привносят в каждую мелочь, в каждый пунктик своей жизни. Они невероятно талантливы и трудолюбивы, за исключением некоторых личностей, добродушны и миролюбивы, редко отказывают в помощи. Даже спустя столько веков в их обществе балом правят традиции и многое зиждется на уважении к старшим. А их мужчины…,- с моих губ невольно срывается мечтательный выдох, от чего глаза Александра ревниво прищуриваются.

— Да на что там смотреть, — ворчливо спрашивает он. — Низкие, узкоглазые и все на одно лицо.

— Глупый, — смеюсь я. — Разве во внешности дело? Мужчина в Китае — это действительно мужчина. Добытчик, защитник, поддержка и ум. Впрочем женщины там тоже именно женщины, а не эмансипированные феминистки: мягкие послушные, хитрые, коварные, уважающие мужскую волю, мудрые и домовитые. В общем, это другой мир, который понять не живя в нем невозможно.

— А еще мама говорит на этом языке, — смеется дочь, дергая меня за длинную прядь волос. — Так смешно слушать как она произносит эти мяукающие звуки.

— И что тебе действительно так нравится эта страна?

— Да, я люблю восток, — честно признаюсь я. — Особенно Японию и Китай. Мне импонирует то, что они донесли свои традиции до наших времен. Меня интригует загадочная магия этих народов, своими корнями уходящая непосредственно в мифологию. Это невозможно понять, надо прочувствовать.

— И все-таки, чего ты опасаешься?

— Дочь? — я вопросительно смотрю на Лилию, безмолвно спрашивая, о том были ли у нее видения.

Она отрицательно качает головой.

— Ты же знаешь, я еще плохо вижу, — виновато говорит она, словно я способна ее обвинить.

Ну разумеется, знаю. Сила растет постепенно. И видения должны приходить в свой час. Она маленькая и не способна еще контролировать то, чем обладает. Лишь в моменты эмоционального потрясения, ее способности выходят из-под контроля. Но так и должно быть, так правильно у маленьких магов.

Наш разговор продолжается много позже, когда дочь, умытая и накрытая одеялом уже сладко посапывает в своей постели.

— Моя дочь оракул, — говорю я внимательно отслеживая реакцию мужчины.

— Что-то подобное я предполагал, — говорит он обнимая меня и утягивая к себе на колени. Мягкий матрас кровати, прогибается под двойным весом, а я расслабленно вздыхаю. — Я рад, что смог стать человеком, которому ты доверила эту тайну.

— Я боюсь, что с ней что-то случится пока меня не будет. Я прошу тебя, присмотри за ней.

Моя просьба искренняя, я действительно, чувствую, что мерзкое и нехорошее ощущение связано именно с дочкой.

— Ты могла бы и не просить. Она и моя дочь тоже, пусть внутренне ты пока не приняла этот факт.

— Факт? — насмешливо поворачиваюсь я к нему, глядя сверху вниз.

— Факт, — подтверждает он. — Смирись, от тебя он совершенно не зависит. Это наше решение с Лилией. Она приняла меня сердцем, значит так тому и быть.

Он серьезен. Зеленые глаза внимательно меня изучают, подмечая малейшую деталь и эмоцию мелькнувшую на