Из моего окна - Ариана Годой

Скажи нет! Ты же не доверяешь ему, или да?

Как влюбленная дура, я киваю.

– Да.

Чувствую его улыбку на своей коже, и он продолжает спускаться. С волнением смотрю в потолок. В тот момент, когда его язык прикасается к месту между моими ногами, я выгибаю спину и громко стону.

– О боже! – Я хватаюсь за простыни. Новые ощущения захватывают, и я утопаю в удовольствии.

Это так приятно, так идеально, как никогда, тем более с ним. Арес присваивает все мои первые впечатления, и мне это нравится. Это заставляет меня чувствовать, что между нами интимная и неповторимая связь. Язык Ареса двигается более напористо, сверху вниз, а потом кругами, и я чувствую, что больше не могу. Закрываю рот рукой, чтобы заглушить свои громкие стоны.

Арес протягивает длинную руку и берет меня за запястье, чтобы освободить мой рот.

– Нет, я хочу слышать, как ты стонешь. Только со мной ты можешь терять контроль вот так.

Я вздрагиваю, и он продолжает свои пытки, пока я не чувствую, что мое тело вот-вот взорвется.

– Арес!

У него хриплый и сексуальный голос.

– Да-да, стони для меня, красотка.

Я никогда не чувствовала такой опустошающий оргазм, выгибаю спину, хватаю его за волосы, чтобы он отстранился, все слишком чувствительно. Мои ноги дрожат, я сбивчиво и часто дышу. Арес встает передо мной, облизывая губы, и я не видела ничего сексуальнее.

Вижу это так отчетливо, его четко очерченные мышцы груди и живота. Его глаза блестят желанием. Он снимает шорты вместе с боксерами, бросает их на пол, и я могу насладиться видом его голого тела. Он так прекрасен. Я хочу ощутить его, полностью.

Он достает что-то из тумбочки, и я закусываю нижнюю губу, наблюдая за тем, как он надевает презерватив. О боже! Я не могу терпеть, хочу снова чувствовать его внутри себя.

Он хватает меня за лодыжки и, подтащив к краю кровати, берет меня за подбородок.

– Хочешь почувствовать меня? – Киваю. – Повернись. – Я слушаюсь, он хватает меня за бедра и поднимает так, что я встаю на руки и колени. Я умираю от желания, пока он касается меня членом, но не входит.

– Арес, пожалуйста.

– «Пожалуйста» что?

Он сделал меня такой смелой.

– Пожалуйста, я хочу, чтобы ты вошел в меня.

Чувствую, как он хватает меня за волосы, и я кричу, когда он входит. Я чувствую жжение и легкую боль, но не как в первый раз. Он не двигается, будто ждет, пока я привыкну.

– Все в порядке?

– Да. – Он начинает медленно двигаться, я все еще чувствую жжение, но его движения восхитительны.

Через несколько минут жжение проходит, и я чувствую только удовольствие. Арес отпускает мои волосы и хватает меня за бедра, чтобы входить еще глубже, быстрее. Звуки наших тел эхом растекаются по комнате вместе с нашими стонами. Вскоре мы оба падаем на кровать, бок о бок. Наши грудные клетки быстро поднимаются и опускаются. Арес протягивает руку к тумбочке и берет бутылку текилы.

– Я никогда не доводил девушку до оргазма орально. – И пьет.

Я не могу не улыбнуться.

– Ты сошел с ума, Арес Идальго.

Он смотрит мне в глаза.

– Ты сводишь меня с ума, ведьма.

Он укрывает нас покрывалом и нежно гладит мою щеку. Усталость и сон быстро захватывают меня, моргаю, борясь со сном, но он побеждает. И я засыпаю, обнаженная, в постели парня, за которым еще несколько недель назад следила издалека.

Жизнь непредсказуема.

22
Пробуждение

– АРЕС ИДАЛЬГО —

Когда я просыпаюсь, я чувствую что-то теплое рядом со мной, прикосновение кожи к моей руке застает меня врасплох, затем я поворачиваюсь и вижу ее.

Глаза закрыты, длинные ресницы покоятся на скулах, она медленно дышит. Выглядит такой нежной и хрупкой. К горлу подкатывается ком и мешает дышать. Резко встаю с кровати, отстраняясь от нее и почти задыхаясь.

Мне нужно выбраться отсюда.

Мне нужно держаться от нее подальше.

О чем я думал?

Взяв с пола одежду, быстро надеваю боксеры и шорты. Выхожу из комнаты осторожно, чтобы не разбудить ее, не хочу сталкиваться с ней, не могу сталкиваться с ее надеждами, чтобы снова разбить ей сердце. Не могу снова заставить ее плакать и смотреть, как она уходит от меня, только не снова.

Тогда вернись.

Совесть упрекает меня, но я не могу этого сделать. Я не могу дать ей то, что она ожидает, или то, что ей нужно. Не могу играть в отношения с кем-то, когда я не верю в это дерьмо, потому что рано или поздно я сделаю ей больно и разрушу красивую девушку, которая этого не заслуживает.

Если я знаю, что не могу дать ей то, что она хочет, почему я продолжаю притягивать ее к себе? Почему не могу ее отпустить? Потому что я чертов эгоист, вот почему, потому что моя кровь вскипает от мысли, что она может быть с кем-то другим. Я не могу быть с ней, но я не даю ей быть с кем-то другим. Бегом спускаюсь с лестницы и хватаю ключи от машины.

Беги, ты, эгоистичный трус.

Я почти берусь за дверную ручку, когда слышу, как кто-то кашляет. Поворачиваюсь и вижу Артемиса, он сидит на диване в спортивной одежде, видимо, вернулся с утренней тренировки.

– Куда так нарядился?

И я осознаю, что на мне только шорты, нет даже обуви.

– Никуда, – быстро отвечаю я и кладу ключи на место, не хочу выглядеть идиотом.

– Сбегаешь?

– Нет, просто все еще не проснулся.

Артемис бросает недоверчивый взгляд, но больше ничего не говорит, и когда Клаудия спрашивает меня, что сказать Ракель, я могу только шепнуть ей:

– Скажи, что мне пришлось уйти и что буду поздно. – Я сжимаю ключи в руке. – Скажи, чтобы шла домой.

Разворачиваюсь и выхожу из дома, сажусь в машину, но не завожу, просто упираюсь лбом в руль. Не знаю, сколько проходит времени, но когда поднимаю взгляд, вижу ее.

Ракель…

Я вижу, как она выходит из дома в мятом и сыром платье, волосы завязаны в неаккуратный пучок. Мое сердце обрывается. Она дрожит, вытирая мокрые от слез щеки. Она плачет.

Боже, что же ты делаешь, Арес?

Я смотрю на ее ноги и замечаю, что она босая – наверное, не нашла босоножки и не захотела оставаться, чтобы их поискать. Не могу оторвать от нее глаз, пока она медленно уходит.

Я вжимаю руки в бока.