Из моего окна - Ариана Годой

Пьяной или трезвой, к такому вопросу я не готова. Сами грустно улыбается.

– Твое молчание говорит о многом… Между вами что-то есть?

– Сами…

– Нет, нет, прости, не отвечай. Я слишком навязчивая.

Я чувствую себя неловко и облизываю губы, но я ее понимаю.

Она качает головой.

– Знаешь, я типичная девушка, которая влюбляется в своего лучшего друга.

– Если у вас что-то есть, я не буду мешать.

Я говорю честно, я не стала бы лезть в чужие отношения. Может, у меня маловато достоинства, но я никогда не буду той, кто лезет в отношения, никогда. Сами берет меня за руку.

– Мы просто друзья, так что твоей вины тут нет.

– Прости. – Я даже не знаю, за что извиняюсь.

– Арес… Сложный, знаешь, он через многое прошел. – Она делает глоток из стакана. – Почему-то я думала, что буду той девушкой, которая изменит его. В конце концов, только мне он открылся. Но то, что он мне доверяет, совсем не значит, что влюблен, я слишком поздно это поняла.

Мне больно за нее, она хорошая, она просто девушка, которая, как и я, безответно влюбилась.

– Думаю, мы похожи, у нас обеих разбиты сердца.

– Ты ему нравишься, Ракель, и сильно, вероятно, он не знает, что с этим делать, потому что никогда с таким не сталкивался.

Когда я слышу это, мое сердце начинает биться чаще.

– Мне так не кажется, он дал понять, что я ему не интересна.

– Арес очень сложный, как и Артемис. Их воспитали строгие родители, которые научили их тому, что чувства – это слабость, это власть другого человека над тобой.

– А почему Аполлон не такой?

– Когда родился Аполлон, дедушка Идальго переехал сюда, он вырастил Аполлона с большой любовью и терпением. Он пытался привить это старшим братьям, но было поздно, они уже повидали такое, что для их возраста слишком рано.

– Что с ними случилось?

– Этим я не могу с тобой поделиться, прости.

– Ладно, ты и так о многом рассказала. Откуда ты все это знаешь?

– Я выросла с ними. Наши матери тесно дружат, и я часто оставалась здесь, когда у мамы были дела. Домработницы работают здесь всю жизнь и тоже знают обо всем.

– Сами! Водитель подъехал, пойдем! – Грегори, Луис и Марко высыхают в стороне от бассейна, шатаясь из стороны в сторону.

– Иду! – Сами быстро обнимает меня и улыбается. – Ты хорошая, так что никогда не думай, что я злюсь на тебя из-за Ареса, хорошо?

Я улыбаюсь ей в ответ.

– Хорошо.

Я вижу, как они уходят, Аполлон следует за ними, бормоча что-то о том, чтобы открыть им дверь. Понимаю, что мне тоже пора. Смотрю в бассейн и столбенею, когда вижу Ареса на другой стороне, он вытянул руки по краю и смотрит на меня. Мы одни. И по его взгляду я понимаю, что он хочет этим воспользоваться.

Беги, Ракель, беги! Вы когда-нибудь пробовали бежать по воде? Это невероятно сложно. Когда я успела отойти так далеко от края бассейна? Нервно поворачиваюсь и смотрю туда, где Арес был несколько секунд назад, но его там больше нет.

Черт! Он плывет под водой! На меня охотятся!

Я добегаю до края и крепко хватаюсь за него, чтобы вылезти из бассейна, но, конечно же, я почти выбираюсь, когда сильные руки хватают меня за бедра и резко опускают.

Арес прижимает меня к стенке бассейна, я чувствую его тело спиной, его горячее дыхание обжигает шею.

– Хочешь сбежать, ведьма?

Я пытаюсь освободиться.

– Уже поздно, мне пора, я…

Арес посасывает мочку уха, его руки нежно сжимают бедра.

– Ты что?

Не стоило поворачиваться к нему лицом, мои гормоны визжат от того, что я вижу. Греческий бог весь мокрый, его влажные волосы прилипли к лицу, кремовая кожа выглядит идеально, и эти бездонные голубые глаза, как небо на рассвете. Его красные губы выглядят вызывающе.

Я стараюсь думать о том, сколько боли он мне причинил, но как трудно собраться с мыслями, когда он так близко, а я так пьяна. Арес гладит меня по щеке, и я теряюсь, это на него не похоже.

– Останься со мной этой ночью.

Я удивлена, но откуда-то появляется достоинство и берет ситуацию в свои руки.

– Я не собираюсь быть той девушкой, которую ты используешь, когда тебе хочется, Арес.

– Я этого и не жду.

Кажется, он говорит честно и выглядит иначе, как будто ему надоело вести себя как высокомерный идиот.

– Тогда не проси меня остаться.

Он приближается, все еще гладя мою щеку большим пальцем.

– Просто останься, не нужно ничего делать, я тебя не трону, если ты не захочешь, просто… – Он вздыхает. – Останься со мной, пожалуйста.

Его искренность обезоруживает меня. Сердце и достоинство спорят между собой, пытаясь найти ответ.

Что мне делать?

21
Игра. Часть вторая

Мое отражение в зеркале смотрит на меня с осуждением. Я вздыхаю и медленно прикасаюсь к лицу. Что я делаю? Почему решила остаться? Я не должна быть здесь.

Но как я могла ему отказать? Он смотрел на меня щенячьими глазками, когда попросил остаться. Никто не может меня осудить, даже мое отражение. Когда парень, которого любишь, такой сексуальный и мокрый, умоляет тебя остаться, это слишком. Пьяный рассудок не помогает принимать решение. Кроме того, мамы нет дома, так что у меня не будет проблем.

Встряхиваю влажные волосы и сушу их полотенцем, я уже сходила в душ, чтобы снять мокрое платье и переодеться в рубашку, которую предложил Арес перед тем, как я вошла в ванную, в его ванную. Не могу поверить, что я тут, в его ванной комнате, я чувствую, что вторгаюсь в его личную жизнь. Его ванная комната безупречна, белая керамика сияет. Я боюсь прикоснуться к чему-то и нарушить порядок.

Глядя на себя в зеркало, натягиваю рубашку Ареса, чтобы как можно больше прикрыться. Под рубашкой у меня только боксеры Ареса, которые мне велики. Я не могла отказаться от них: либо боксеры, либо остаться мокрой и простудиться. Интересно, могу ли я остаться здесь и не выходить, но я знаю, что он ждет меня. Арес молчит с тех пор, как мы пришли в его комнату. Он позволил воспользоваться его ванной и сказал, что пойдет в ту, что в коридоре. Я почему-то знаю, что он уже вернулся.

Ты можешь, Ракель. Он обещал не трогать тебя. Если ты не хочешь…