Неодолимое желание - Сабрина Джеффрис

— Да, но в нашем пари не было ни слова о том, чтобы мешать кому-то еще ухаживать за мной. Спасибо, что погулял со мной по лабиринту, но теперь, когда о своих намерениях заявил мой кузен, я полагаю, что должна позволить ему проводить меня к ужину. Мне кажется, это справедливо, что вам обоим я уделю одинаковое время.

Видя негодование на лице Гейба, Вирджиния сдержала улыбку и взяла Пирса под руку.

— Тебе, возможно, понадобится несколько минут, чтобы… привести себя в надлежащий вид, — сказал перед уходом Пирс, и его взгляд скользнул вниз, к паху Гейбриела. И услышал в ответ ругательство. — Если ты в таком виде явишься к ужину, — продолжал Пирс, увидев, как покраснела Вирджиния, — и это заметит генерал, то свадьбы не будет, а на рассвете состоится дуэль на пистолетах. Вряд ли это пойдет тебе на пользу.

Они ушли вместе, оставив Гейбриел а переживать и злиться.

— Иногда ты бываешь очень злобным, — заметила Вирджиния, как только они отошли на приличное расстояние.

— Он позволил себе что-то еще, кроме поцелуя? — напряженно спросил Пирс.

Вирджиния с трудом сглотнула. Существуют вещи, которые дамы всегда держат при себе.

— Ничего, — быстро взглянула она на Пирса. — Ты должен мне рассказать, что задумал. Потому что мы оба знаем, что ты не собираешься жениться на мне и, уж конечно, не сходишь с ума от любви ко мне.

— С ума от любви не схожу, но действительно люблю тебя.

Вирджиния удивленно приподняла брови.

— Я люблю всю свою семью, — пояснил Пирс с дьявольской улыбкой на губах.

— Другими словами, ты любишь меня так, как любишь свою мать.

— Но это лучше, чем любить тебя так, как я люблю свою собаку, — пожал плечами Пирс.

— Можешь сколько угодно играть словами, но по крайней мере скажи мне, в чем заключается твоя игра.

— Оглянись, — понизил голос Пирс.

Вирджиния оглянулась и увидела Гейбриел а. Он, сжав кулаки и метая злобные взгляды в затылок Пирса, выходил из лабиринта.

— Он что, караулит нас? — поинтересовался Пирс.

— Как пес караулит украденную косточку.

— Или как мужчина, который не хочет терять шанс получить женщину, которую он хочет, — долго глядя на Вирджинию, предположил Пирс.

— Это одно и то же.

— Нет, не одно и то же. — Пирс посмотрел на стоявший впереди Холстед-Холл. — Чтобы помочь Шарпу получить наследство, подойдет любая женщина. Сейчас он возмущен тем, что у него отобрали то, что он считал легкой победой. И если его волнуют только деньги, он будет искать другую женщину, потому что появилось соперничество. У него нет времени бороться за право ухаживать за тобой.

— А если он не станет искать другую женщину?

— Значит, ему нужна ты.

— И чем это лучше? Так или иначе, это означает, что он меня не любит.

— Послушай, кузина, любовь — это всего лишь фарс для таких мужчин, как Шарп. Самое большее, что ты от него получишь, — это страсть, желание обладать.

«Я обещаю тебе, что по крайней мере в спальне я могу сделать тебя счастливой… Люди вступают в брак и ради меньшего».

— Мне этого недостаточно.

— Тогда тебе придется искать мужа где-нибудь в другом месте, дорогая, — с сожалением посмотрел на нее Пирс. — Или согласиться на любовь, которую я предлагаю, и принять мое ухаживание.

— Ты хочешь сказать, твое притворное ухаживание.

— Оно не притворное, — торжественно посмотрел на нее Пирс. — Если единственный способ помочь тебе — жениться на тебе, я согласен принести себя в жертву на алтарь супружества.

— Спасибо, но мне думается, я обойдусь без жертвенного ягненка.

В полном молчании они вошли в дом, Гейбриел шел следом за ними. Когда они завернули за угол, Пирс оглянулся на все еще сердитого Гейбриела.

— Но есть и другая возможность, моя дорогая девочка. Шарп может стать тебе хорошим мужем. Но пока я не узнаю его истинных намерений, мы должны устроить ему соревнование. Если он станет настаивать на своем ухаживании за тобой, мы можем перепроверить его искренность.

— Почему ты хочешь помочь ему? — потрясенно посмотрела на него Вирджиния.

— Не ему. Я хочу помочь тебе. Брак — единственный способ обеспечить твое будущее. — Пирс внимательно посмотрел на кузину. — И он тебе нравится, признайся.

Вирджиния стиснула зубы. Возможно, Пирс не всегда знал, что у нее на уме, но иногда попадал точно в цель.

— В данный момент, — пробормотала она, — мне нравится идея стать гувернанткой. Если уж я должна иметь дело с собственническими инстинктами и несносными требованиями, меня больше устроило бы, чтобы все это исходило от достаточно маленьких созданий, чтобы их можно было отправить по своим комнатам.

— Хотел бы я посмотреть, как ты сумеешь отправить Шарпа в его комнату, — усмехнулся Пирс.

«Я бы сделала это только в том случае, если бы пошла туда вместе с ним».

Боже мой, откуда пришла эта мысль?

Вот что бывает, когда позволяешь такому дьяволу, как Гейбриел, целовать себя и ласкать. Это взбудоражило душу Вирджинии и пробудило самые неблагоразумные мысли и фантазии.

Но может быть, Пирс прав. Если она действительно хочет рассмотреть Гейбриела как возможного кандидата в мужья, в чем она пока не была уверена, ничего страшного нет, если вызвать его на соревнование. И даже если она не хочет выходить за него замуж, соревнование станет отличным способом его помучить. Сейчас ей показалось это очень привлекательным.

— А что мы скажем Поппи?

— Правду. Что я тоже за тобой ухаживаю.

— Он не поверит.

— Я бы не стал говорить об этом с такой уверенностью, — заявил Пирс. — Он стерпит все, только бы не столкнуться с возможностью, что Шарп заберет тебя у него, после того как то же самое он проделал с Роджером.

Вот тут Пирс был прав. Поппи никогда не простит Гейбриелу смерть Роджера. Она еще не была уверена, что сама сможет это простить.

— Пирс, а ты знаешь, что там на самом деле тогда произошло?

— Что ты имеешь в виду?

— В день гонки Роджер был пьян? И кто бросил вызов: он или Шарп?

— Тебе придется спросить об этом у Шарпа, — ответил Пирс.

— Думаешь, он мне расскажет?

— Существует только один способ это узнать.

Точно. Но где-то в глубине души Вирджиния боялась узнать правду. Потому что если Поппи прав насчет Гейбриела, а она позволила этому негодяю целовать и ласкать ее…

Боже правый, она этого не перенесет.