Неодолимое желание - Сабрина Джеффрис

Но появление лорда Девонмонта не встревожило Хетти. Слава Богу, мисс Уэверли предпочитала Гейба. Ее больше волновало то, что она не могла понять, что чувствует сам Гейб к мисс Уэверли.

А если она не может этого сказать, то что говорить о мисс Уэверли? Молодым леди нравится знать, как к ним относится мужчина. Особенно если у них есть еще один поклонник, ждущий своего часа.

Обо всем этом и размышляла Хетти, сидя за ужином.

— Дамы, — Мария встала из-за стола, — предлагаю переместиться в гостиную и оставить мужчин с их портвейном и сигарами.

— Конечно, — поддержала ее Хетти, довольная, что Мария так тактично следует традициям хорошего английского общества. Хоть она и американка, но очень хотела этому научиться, и Хетти была счастлива преподать ей это.

Дамы встали, стремясь поскорее покинуть джентльменов, чтобы иметь возможность поговорить о детях, нянях, о моде и обо всем, что так утомляет мужчин. Когда жены двух внуков ждут прибавления, Хетти с удовольствием обсудит и эти темы. Она давно ждала правнуков.

Она, как всегда, выходила из столовой последняя, шла медленно, и генерал следовал за ней.

— Могу я поговорить с вами наедине, миссис Пламтри?

Все, кто шел впереди, остановились, но Хетти подала им знак идти.

Как только коридор опустел, она выжидательно посмотрела на генерала. Оглянувшись на открытую дверь в столовую, он взял ее под руку и повел к библиотеке.

— О чем вы хотите поговорить со мной? — спросила она, когда они вошли.

— Поздравляю вас, мадам, — возбужденно сказал генерал. — Все было спланировано очень умно.

— Спасибо, — Хетти не совсем понимала, о чем он говорит, — думаю, все прошло достаточно хорошо. Суп мог бы быть чуточку горячее, но…

— Я говорю не про ужин, черт возьми! Я говорю о той сказке про лорда Гейбриела в детстве. Мне понятно, что вы придумали ее, чтобы смягчить сердце Вирджинии. Вы обладаете непревзойденным мастерством в подобного рода делах.

— У меня действительно есть умение общаться с людьми, — прищурилась Хетти, — но я не имею никакого отношения к тому, что произошло за ужином.

— Правда? — скептически поинтересовался генерал. — Когда моей девочке начинают напоминать о том, что же на самом деле за человек ваш внук, подумать только, ваша внучка рассказывает душераздирающую историю, которая опять совершенно вскружила голову Вирджинии. И вы ждете, что я поверю в то, что с вами это никак не связано?

— Даже если бы я попросила свою внучку рассказать историю про Гейба, — пожала плечами Хетти, — она бы не послушалась. Она всегда делает то, что ей нравится. В этом случае ей хотелось выставить брата в более привлекательном свете. И поскольку никто из нас, включая меня, не имел ни малейшего представления об участии в этом деле Селии, я не смогла бы подстроить ее признание.

Надо же, какой подозрительный старый дурень. Если бы при этом он еще не был таким симпатичным, она бы попросила Оливера не приглашать его больше в дом.

Но ей нравилось смотреть на привлекательного мужчину, пусть он был почти одного с ней возраста. Ее внуки вели себя так, как будто она стояла на пороге смерти, но это было далеко от истины. Особенно когда она рядом с генералом. Рядом с ним она снова чувствовала себя молодой. И это стоило того, чтобы терпеть его нелепые подозрения.

— Вы клянетесь, что ничего подобного не планировали? — с неуверенностью посмотрел на нее генерал.

— Мне хотелось бы, чтобы это была моя выдумка, поскольку это произвело на вас такое впечатление.

Хетти не знала, как он воспринял это высказывание; выражение его лицо оставалось непроницаемым. Но потом оно посветлело, и генерал сдержанно улыбнулся.

У него была приятная, располагающая улыбка. И даже если в ней сохранялся след щеголеватой самоуверенности, в уголках глаз собирались забавные морщинки, которые делали его еще интереснее.

— Значит, вам так хочется произвести на меня впечатление? — спросил он низким хриплым голосом мужчины, который в молодости выпил много виски, выкурил гору сигар и соблазнил множество красивых женщин.

Ее покойный муж Джозайя был именно таким мужчиной, и она до сих пор мучительно скучала по нему. Но после его смерти прошел уже двадцать один год. Он не осудит ее, если она немного пофлиртует.

У нее нет желания, чтобы генерал узнал, что у нее на уме; никогда не помешает держать мужчину в неуверенности.

— Я всегда стремлюсь произвести впечатление на своих гостей, — небрежным тоном сказала Хетти. — Никогда не знаешь, когда они могут пригодиться.

— А чем я могу вам быть полезен, Хетти? — Из его улыбки пропало самодовольство, хотя самоуверенность осталась.

— Я не давала вам разрешения называть меня по имени, сэр, — удивленно приподняла бровь Хетти.

— Когда-нибудь вы мне это позволите, правда? — Генерал шагнул ближе, возвышаясь над ней. Прошло очень много времени с тех пор, как какой-нибудь достойный мужчина пытался запугать ее, и она сочла его дерзкую манеру поведения довольно… бодрящей.

— Думаю, это возможно… Айзек, — вкрадчивым голосом ответила Хетти. Она решила прощупать почву под ногами. — Особенно теперь, когда скоро мы будем связаны браком наших внуков.

— Я бы не был так уверен в этом, мадам, — хмуро заявил генерал.

— Вы говорили, что ваша внучка потеряла голову от моего внука.

— Если только немножко. Но она неглупая девочка и через некоторое время узнает его истинное лицо.

— Мой внук вовсе не дьявол, каким вы его пытаетесь представить. — Теперь настала очередь Хетти хмуриться. — Из-за смерти Роджера он страдал больше, чем вы думаете.

— Он и должен был страдать, — фыркнул генерал.

— Я согласна, что со стороны Гейба было безрассудно гоняться с Роджером на той дорожке, но нам обоим известно, что молодые люди поступают так, как им заблагорассудится. И в этом несчастном случае есть вина и вашего внука тоже.

— Похоже, в этом нам с вами придется остаться каждому при своем мнении, — сверкнул в ее сторону своими голубыми глазами генерал.

Хетти хотелось продолжить спор на эту тему, но этот человек имеет свою точку зрения, и ничто столь банальное, как правда, не изменит ее.

— Я только прошу, не позволяйте вашим личным выводам удержать вашу внучку от удачного брака.

— А это будет удачный брак?

— А вы считаете, что выдать ее замуж за кузена будет лучше?

— Собственно говоря, да, — пристально посмотрел на нее генерал.

— Тогда вы слепы, сэр. Любому понятно, что они не любят друг друга. Во всяком случае, в романтическом смысле этого слова.

— Мне ничего об этом не известно.

— А я знаю, что как бы ни было здорово для них пожениться, это неразумно, если они не любят друг друга.