Мир Аматорио. Неделимые - Мари Мур

– А мой папа, наоборот, говорит, что ты очень умная, – признается он. – И говорит, чтобы я с тобой подружился. 

Мое лицо вспыхивает. Я краснею и показываю ему обложку книги «Хроники Нарнии». 

– Интересно? – спрашивает Кэш, и я киваю. 

Он больше ничего не произносит. Я тоже молчу, пока наши мамы что-то бурно обсуждают. Я пытаюсь вернуться к чтению и сосредоточиться на книге. Но боковым зрением вижу, как Кэш разглядывает мое лицо. 

Мне хочется фыркнуть. Наверняка, он пялится на мои веснушки. Из-за них меня часто дразнят мальчишки. 

– У меня есть велик, – говорит Кэш. – Хочешь покататься? 

– Но он у тебя только один, – я указываю на бассейн, на дне которого лежит велосипед. 

– Мы можем взять второй у Десмонда. 

– Разве ты не знаешь, что нельзя брать чужие вещи без разрешения? 

В это мгновение Грейс выбирается из бассейна.

– Кимберли, ты можешь взять мой велосипед, – предлагает она, когда проходит мимо меня. 

Кэш выдвигается вперед и переводит взгляд на свою маму. 

– Мам, мое наказание закончилось? Мы можем покататься с Кимберли на велосипедах? 

– Хорошо, но будьте на виду. 

Кэш выглядит счастливым и с разбегу прыгает в бассейн, обрызгивая всех водой. 

– Боже, Кэш, ты так ничего и не понял, – сокрушается Алессия. – Нельзя так прыгать в воду, в твоем возрасте это опасно. Ты можешь удариться. 

– Мам, это же вода. Мне не больно, – он смотрит на меня и улыбается. – Ты готова? 

Спустя пятнадцать минут мы несемся по тропинке, тянущейся вдоль леса. От быстрой скорости волосы выбиваются из косы и попадают в глаза. Но я не обращаю внимания и еду быстрее ветра. Мое сердце дико колотится. Я чувствую себя свободной как птичка.

– Куда мы едем? – громко спрашиваю я, чтобы Кэш смог меня услышать. 

Он сбрасывает скорость, позволяя мне догнать его, и оборачивается через плечо.

– Здесь неподалеку есть гостевой дом. У меня там спрятан шоколад.

– Моя мама не разрешает шоколад. От него портятся зубы. 

– От одного раза ничего не будет, – отмахивается Кэш и вновь разгоняется. 

Я пытаюсь его догнать и активно кручу педали. Вдруг переднее колесо задевает корень дерева, торчащий высоко из земли. Я подпрыгиваю на сиденье и не успеваю вывернуть руль, как лечу вперед. Инстинктивно я сжимаюсь и с размаху падаю на гравий лицом вниз. От удара резкая боль вспыхивает в коленях и ладонях, перед глазами мелькают белые точки. 

Какое-то время я лежу и не шевелюсь. Я боюсь сделать малейшее движение. Вдруг мне опять будет больно?

Бум. 

Неподалеку раздается шуршание шин, а затем громкий шум. Будто что-то тяжелое и металлическое упало на камни. После этого я слышу шаги и чувствую, как земля подо мной начинает вибрировать от того, что кто-то быстро несется в мою сторону. 

– Ким! – я с трудом узнаю голос Кэша. Он полон тревоги и страха. 

Осторожно поднимаю голову и поворачиваюсь. Кэш подбегает ко мне, его взгляд беспокойный и растерянный. Я усаживаюсь на земле и прислоняюсь спиной к дереву. 

– У тебя кровь, – я вижу струйку, стекающую вдоль его лица, но Кэш качает головой. 

– Со мной все в порядке. 

Он опускает глаза, и я прослеживаю за его взглядом. Мое колено под шортами разодрано и кровоточит. Вокруг разодранных краев кожи прилипла земля. 

Почему-то мне кажется, что папе не понравится, если он увидит меня в таком виде. Я пытаюсь смахнуть грязь с раны, но вместо этого задеваю ее. 

– Больно, – я прикусываю губу, чтобы не расплакаться.

Кэш наклоняется, и его лицо оказывается рядом с моей ногой. Я смотрю на его непослушные каштановые волосы и облегченно вздыхаю, когда он начинает дуть на мою рану. Мне становится чуточку лучше. 

– Спасибо, – говорю я. 

Кэш поднимает голову, и мы встречаемся взглядами. Я смотрю на него и не могу отвести от него взгляд. Над его головой волнительно колышутся ветки деревьев, сквозь них пробивается солнечный луч, освещающий его лицо. И его рана рядом с виском продолжает кровоточить.

– Нам нужно вернуться домой. У тебя течет кровь, – я поднимаю руку, чтобы вытереть его щеку. 

– Когда мы с тобой вырастем и станем взрослыми, то будем жить вместе, как мои мама и папа? – неожиданно спрашивает Кэш, и я выпучиваю глаза. 

Он шутит или говорит серьезно? 

– Кимберли! – внезапно раздается крик, от которого испуганно подскакивает в груди сердце. 

Я оборачиваюсь и вижу папу вместе с Маркосом. Они смотрят на нас. Папа срывается с места и подбегает ко мне. С хмурым лицом он садится напротив меня, небрежно оттолкнув Кэша. 

– Что случилось? – он поочередно сердито смотрит на меня и на Кэша. 

– Мы катались на велосипедах, и я случайно упала. 

Папа поджимает губы, после чего хватает меня за руку и резко поднимает на ноги. Ушиб начинает болезненно ныть, но я не показываю виду. Папа выглядит не на шутку свирепым, и лучше не злить его. 

– Мы сейчас же возвращаемся домой, – он тащит меня в сторону подъездной дороги, где припаркована наша машина. 

Я с трудом поспеваю за ним и оборачиваюсь. Кэш идет за нами, не спуская с меня глаз. 

– Отпустите ее, – просит он. – Вы что, не видите, что ей больно? 

– Заткнись! – рявкает папа. – Если бы не ты, с ней бы ничего не случилось. 

– Перестань, – вмешивается Маркос. – Они дети, и такое частенько случается. Я скажу Доротее, чтобы она подготовила аптечку.

– Для тебя это пустяки, а для меня это колено моей дочери, – не унимается папа, и в этот момент к нам подбегает мама вместе с миссис Аматорио. 

– Что случилось? – спрашивает Алессия.

– Ты не должна была подпускать своего сына к Кимберли, – огрызается папа. 

– Но я хочу дружить с Кимберли, – встревает Кэш. 

– Папа, Кэш не виноват, – пищу я. 

– С тобой я поговорю дома, – почти рычит папа, и внутри меня все сжимается от страха. 

– Льюис, ты перегибаешь палку. Я не позволю разговаривать с членами моей семьи в таком тоне, – предупреждает Маркос. 

Папа глубоко вздыхает и качает головой. 

– Ты прав. Я не должен так разговаривать. Просто перенервничал, но нам действительно лучше уйти. 

Этим же вечером перед сном я смотрю на фотографию. Она сделана на Рождество, где я стою перед елкой. Рядом со мной Кэш и Грейс. 

Я улыбаюсь и кладу фотографию под подушку. Папа не догадывается, что у меня есть этот снимок. Я тайком стащила его из семейного альбома.

Выключаю ночник и