Белый Коршун - Наталия Никульшина

"Ну вы даёте! Восьмого марта!"

"Бывает…" — на самом деле — нет, не бывает!

Мы со Светкой жили душа в душу, пока не появился Ваня! Блин, я так боялась поругаться с подругой из-за парня, и вот, на тебе, пожалуйста!

"Ладно, не грусти, мой птенчик. Я скоро приеду!"

"Что, в Международный Женский день люди болеть не желают?"

"Неа, и врачам ничего не остаётся, как коротать время в интернете!"

Кстати, Илья тоже был сейчас онлайн, и я втайне надеялась, что он пришлёт мне хотя бы крохотное сообщение с поздравлением, но Сергеев молчал.

Как, к слову, и тот странный Охотник. Больше он мне не писал, но в сети появлялся регулярно, что меня очень беспокоило. Почему молчит? Илья ли это?

Сейчас на этот вопрос я себе отвечать не хотела, потому что в сети они была оба. Но ни от Ильи, ни от Охотника сообщений не приходило, а ещё я понимала, что на работе Илья точно не смог бы сидеть в интернете сразу с двух аккаунтов. Это не он.

А, если это не Илья, то стоит ли мне дальше общаться с загадочным Охотником? Хотя, мне ведь не пишет и он, с кем я там общаться собралась? Но если Охотник снова пожелает со мной говорить, то я поставлю условие: либо он раскрывает свою личность, либо пусть идёт к чёрту. Вот так.

Чтобы как-то скоротать время, мы с Киллером завалились спать, а вечером приехал Дима. Любимый брат порадовал меня букетом цветов и большой пиццей, за что получил поцелуй в щёчку и всеобщее признание. Ну, моё и Кили, который пицце тоже очень обрадовался. Мы устроились в гостиной, прямо на полу, как настоящая дружная семья!

— Останешься у меня? — с набитым ртом поинтересовался брат. — Я тебя отпросил уже.

— Конечно! — обрадовалась я. — Только мне за сумкой в школу надо будет домой заехать.

— Я отвезу завтра, чуть раньше просто встанем.

— Ты самый лучший брат! — похвалила я.

— Угу. А уроки? Катя требовала, чтоб ты выучила.

Я махнула рукой:

— Ой, да ну их. Не страшно.

— Согласен, — улыбнулся Дима. — Чёрт с ними! — кажется, ему всё равно, каким образом побесить мою маму, даже через уроки.

Я снова чмокнула его в щёчку:

— Говорю же, что лучший!

— Ну, ты с похвалой-то не перегибай! — рассмеялся брат. — Так что там у вас со Светой?

— Да ничего, — погрустнела я.

За весь день подруга мне так и не позвонила, а значит — ничего не поняла и вины своей не признала.

— Парня не поделили? — полюбопытствовал Дима.

Я сморщилась:

— Фу! Сдался он мне! Но поругались из-за него, — со вздохом добавила я.

— Это как так? — не понял брат.

— Да надоел мне этот… этот…, — я запнулась, подбирая подходящее для Ивана ругательное слово, которое можно было бы при Диме произнести. А то брат у меня, конечно, тот ещё сапожник, но мне за не литературные слова влетит. — Парень её…, — так и не найдя нужного "обзывательства", вздохнула я. — Вечно везде за Светкой таскается, нам не поговорить даже!

— Так, может, Света сама его с собой зовёт? — справедливо заметил Дима.

— Сама, — нехотя призналась я, — но он же мог бы и отказаться иногда!

Дима рассмеялся и развёл руками:

— Ну, тут помочь точно не могу, сами разбирайтесь.

— Не буду я разбираться, — буркнула я с обидой. — Это она виновата.

Пусть извиняется. А нет — пусть тогда выбирает, кто ей дороже.

— Как ты себя чувствуешь, мой птенчик? Ты же не будешь больше так переживать? Маринка сегодня за тебя спрашивала.

Я пожала плечами:

— Нормально.

— Главное — не нервничай больше, ладно? А то эта ссора…

— Ладно, — улыбнулась я.

Дима вздохнул:

— Не расскажешь?

— О чём?

— Ну… что тогда тебя так встревожило?

— Дим…, — виновато начала я.

— Хорошо, — перебил он, удивляя меня.

— Так просто? Даже настаивать не будешь? Не поорёшь на меня?

— А надо? — засмеялся брат. — Маринка мне наказала не лезть. Сказала, что сама расскажешь, если захочешь. А я ей просто доверяю. Видимо, Марина знает, о чём говорит.

Ха, он решил, что я Марине рассказала? И, типа, если она не поставила его в известность — то тайна у меня не такая уж и страшная? Ох, ошибается Дима…

— Да Марина прямо святая женщина! — вырвалось у меня.

— Другая бы Илюху не вытерпела, — пошутил брат, даже не догадываясь, что я тут же мысленно с ним поспорила. Вытерпела бы. Если бы это была я.

Вскоре мы разошлись по спальням, и я снова взяла в руки телефон. Да, нынешняя молодёжь без гаджетов не может, но я, в отличие от многих моих сверстников, вовсе не в игры там играю. А голубых глаз в сети не было… Но когда мне это мешало?

"— Скажи, что я птица.

— Ты птица.

— А теперь скажи, что ты птица.

— Если ты птица, то и я птица." — вдруг пришло от Охотника.

Я в недоумении уставилась на сообщение. Это что за бред? Кстати, я где-то такое уже слышала. И к чему это?

"Это что?"

"Странно иногда бывает, да? Человек готов стать кем угодно для другого человека, но, порой, не готов в этом признаться. А это — из фильма."

Точно! Вот, где слышала! Только я то кино так и не досмотрела, да и не помню даже, как оно называется. Хм… надо будет найти и пересмотреть…

"К чему это всё?"

"Чтобы мне тоже стать птицей — свою птицу сначала нужно поймать, верно?"

— Чего? — пробормотала я вслух, морщась от раздражения.

Что он несёт? Бред какой-то.

"Кто ты?" — это всё, что меня интересует.

"Пока — охотник. Но потом… может быть… тоже стану птицей…"

Всё ясно, он псих. Просто не буду отвечать, сам отвяжется. Только сначала ещё разок попробую:

"Скажи, кто ты. Если нет — я больше не отвечу."

"Я — охотник, который хочет поймать белого коршуна. Такие птицы есть, но о них нигде не написано! Я не знаю, как мне её поймать!"

Всё, теперь я точно начинаю злиться. Либо он реально больной, либо просто прикалывается. Только как-то не смешно у него получается, потому что я вообще ничего не понимаю.

Решив не портить себе настроение и дальше, я вышла из сети и легла спать. Завтра вставать рано, нечего голову всяким бредом забивать.

Утром Дима отвёз меня сначала домой, где я быстренько собралась, а потом подбросил до школы. У входа я немного поколебалась, раздумывая, ждать ли Светку, но потом решила, что обиженная в этой ситуации — я, поэтому пусть она сначала извиняется.