Война сердец - Мелани Милберн

— Тем не менее, — продолжала Мейя, — я всегда тебя любила. Ты почему-то уверен, что я была покорена твоими деньгами и привилегиями. К тому же ты считаешь, что я была незрелой. Вероятно, я и сейчас не повзрослела. Да, мне не стоило быть такой глупой и наивной. Я не удосужилась понять тебя и попробовать разобраться в том, что ты чувствуешь. А ведь ты намного заботливее, чем хочешь казаться. Я вижу, как ты опекаешь членов своей семьи, причем делаешь это из любви, а не из чувства долга. Мне нравится, что потребности других людей ты ставишь выше собственных.

Джорджио преодолел расстояние между ними и взял ее за обе руки:

— Как ты можешь по-прежнему меня любить, если я часто тебя подводил?

Мейя улыбнулась, хотя слезы катились из ее глаз.

— Точнее, мы оба друг друга подводили, — поправила она мужа. — Мы не разговаривали о том, что ощущаем. Я всегда обвиняла тебя в скрытности, но теперь понимаю, что должна была проявить больше такта. Ведь тебе пришлось пройти через столько испытаний! Ты разочаровывался и грустил, когда мы теряли наших детей, но не поддавался эмоциям, стараясь защитить меня и членов своей семьи. Ты ограждаешь от проблем всех, кого любишь.

Джорджио притянул ее к себе и крепко обнял; Мейя с радостью прильнула к нему всем телом.

— Я люблю тебя, дорогая, — сказал он. — Ты можешь мне не верить, но я тебя люблю. Мне ужасно стыдно, что я не любил тебя, когда мы поженились. Только после того, как мы стали жить в браке, я разобрался, какие чувства к тебе испытываю. — Он немного отстранился от жены и посмотрел сверху вниз на ее заплаканное лицо. — Ты упорно старалась доставить мне удовольствие. Ты прилагала намного больше усилий, чем я, пытаясь сохранить наш брак. Я же с глупым высокомерием считал, что все обязательно пойдет по плану, а когда начались проблемы, назвал себя неудачником. Я не смог сделать тебя счастливой. Я не смог дать тебе ничего стоящего. И когда ты решила уйти, я отпустил тебя.

— Ах, дорогой! — воскликнула Мейя, обнимая его за талию. — Мы оба совершили много ошибок. Но сейчас мы снова вместе.

Джорджио с обожанием погладил ее по лицу.

— Да, но только благодаря милости судьбы. — Он поморщился и добавил: — А что было бы, если бы я не попросил тебя подняться ко мне в номер в ночь после свадьбы Луки и Бронте, чтобы поговорить о разводе? Вдруг ты послала бы меня к черту? Мы могли бы упустить шанс. Мы могли бы разрушить наши жизни.

Мейя сильнее прижалась к нему:

— Я поднялась в твой номер только потому, что ничего не могла с собой поделать. Я так сильно по тебе скучала! Наверное, именно поэтому я спорила с тобой из-за того, кому достанется Гонзо. Пес был последним связующим звеном между нами, и я не хотела его терять.

Он обхватил ладонями ее лицо:

— Ты в самом деле собиралась поселиться в Лондоне?

Мейя кивнула:

— Я пришла к выводу, что единственный способ тебя забыть — уехать как можно дальше. Тогда-то я и решила отдать тебе Гонзо. В прессе о тебе судачили постоянно. Я больше не могла это выносить.

Джорджио усмехнулся.

— Да? Ну, позволь и мне сказать: тебе повезло, что ты не слышала, как я ругался, увидев в газете статью о тебе и том парне по фамилии Херрингбон. — Он обнял ее за плечи. — Несколько дней подряд я рвал и метал и все крушил на своем пути, пока ко мне не начали относиться с опаской. Честно говоря, я не мог сдерживать ярость.

Мейя улыбнулась и прижалась щекой к груди мужа. Она не стала говорить ему о том, что он снова переврал фамилию Говарда Херрингтона. У нее сложилось ощущение, что они больше никогда не вспомнят об этом человеке.

— Я бы никогда не согласилась на это глупое свидание, если бы не была так несчастна, — призналась она. — Я приревновала тебя к той модели и…

— Мейя, — сказал Джорджио, продолжая прижимать ее к себе. Его лицо снова стало мрачным. — Ты должна верить мне, когда я говорю, что у меня не было интимной близости с этой женщиной. Она была настолько глупой и беспринципной, что я немедленно вспомнил о тебе. Я понял, что неправильно поступил, заставив тебя отказаться от карьеры. Неудивительно, что ты так страдала и скучала. Ты — умная молодая женщина с большими перспективами.

— Ты не заставил меня отказаться от карьеры, — возразила она. — Просто я сочла, что ради тебя и твоей семьи мне лучше не работать.

— Это одно и то же, — заявил он. — Я мечтаю, чтобы ты вела полноценную жизнь и была счастлива, дорогая. Если хочешь преподавать, я не против. Я буду делать все, что в моих силах, чтобы помогать тебе. Пообещай только, что никогда больше не уйдешь от меня.

Мейя улыбнулась, когда он поцеловал ее.

— Никуда я не уйду, — произнесла она с удовлетворенным вздохом. — Я вполне счастлива там, где нахожусь.

Пять с половиной месяцев спустя…

Мейя посмотрела на крошечный извивающийся сверток в руках и почувствовала, как торжествует ее душа. Какое чудо! Она держит на руках собственного ребенка! Хотя малыш появился на свет раньше срока, он был абсолютно здоровым и очень хорошеньким. Он унаследовал упрямый подбородок своего отца, и Мейя улыбалась всякий раз, когда смотрела на него. Мальчик оказался довольно голосистым и своим пронзительным криком часто заявлял о своем присутствии.

Джорджио вытирал слезы с глаз, наблюдая за женой и новорожденным сыном. Он сам перерезал пуповину и знал, что никогда не забудет того момента, когда увидел выходящую из материнского лона темноволосую головку мальчика, а затем и его тельце.

— Никак не можешь поверить? — Мейя улыбалась и с гордостью смотрела на мужа.

Джорджио покачал головой. От эмоций у него сдавило горло, он не мог говорить, поэтому взял ее за руку и крепко сжал.

— Как мы его назовем? — спросила она, глядя на ребенка, которого пристроила у груди.

Младенец принялся жадно сосать молоко.

Джорджио откашлялся.

— Нам не хватило времени, чтобы обсудить имена, — заметил он. — У этого маленького бедняги нет даже одежды. Придется мне отправиться в магазин.

Мейя застенчиво посмотрела на мужа.

— Честно говоря… Я купила несколько вещичек на прошлой неделе, — призналась она. — Бронте взяла меня с собой в магазин, и я просто не могла удержаться. Она выбирала одежду для Эллы и будущего ребенка, и я к ней присоединилась.

Джорджио с нежностью отвел пряди волос от ее покрытого испариной лба.

— Значит, ты обрела некую уверенность в том, что все пройдет как следует?

— Я была уверена в одном: ты будешь любить и поддерживать меня, что бы ни случилось, — тихо поправила она.

Джорджио нежно поцеловал ее в губы и произнес:

— Ребенок — это бонус, дорогая. Красивый, драгоценный бонус к нашим отношениям, которые стоят дороже всех денег в мире.

— Я люблю тебя, — сказала Мейя, моргая и смахивая с глаз слезы радости.