Во власти соблазна - Патриция Грассо

Степан догнал ее в коридоре.

– Клянусь, я ничего об этом не знал.

Слезы затуманивали глаза и катились по щекам.

– Пожалуйста, отвезите меня домой, я больше не могу…

Степан протянул ей носовой платок.

– Сначала зайдите в дамскую комнату и освежитесь.

Дамская комната оказалась пустой. Глядя в зеркало, Фэнси вытерла щеки и промокнула глаза. Руки ее дрожали, ей требовалось время, чтобы немного прийти в себя. Темный уголок роскошного туалета манил к себе – это было убежище, где никто ее не заметит.

Фэнси вздохнула и закрыла глаза. Сестрам будет хорошо у отца, ведь они его совсем не помнят. Конечно, она будет скучать без них, но не сможет жить с отцом, который однажды ушел от нее.

И от мамы.

Много раз по ночам Фэнси просыпалась, услышав горькие рыдания матери. Герцог Инверари обрек несчастную на вечную скорбь по потерянной любви. А теперь хочет прощения? Да гори он синим пламенем в аду! Пусть черти его прощают.

– Ты видела лицо леди Кларк, когда князь Степан поцеловал руку этой оперной певичке?

Гортанный смех.

– Мне показалось, что ее хватит удар!

Услышав имя князя, Фэнси открыла глаза. В дамскую комнату вошли брюнетка и рыжеволосая девушка, они не заметили Фэнси в углу.

– Надеюсь, этой «всемогущей» леди Синтии хоть раз в жизни не удастся получить то, чего она так жаждет, – произнесла брюнетка.

Рыжая согласилась:

– Придется Синтии обратить свои взоры на кого-нибудь попроще, чем князь.

– Например, на Каспера Уингейта и его деспотичную мамашу, – отозвалась брюнетка. – А что ты думаешь об оперной певичке?

– С ней все понятно. Станет любовницей князя, – ответила рыжеволосая. – Он уложит незаконнорожденную малышку в постель, но женится на ком-нибудь из общества.

Девушки вышли из комнаты, оставив Фэнси наедине со своим горем. Жестокие слова, которые она только что услышала, прозвучали как предупреждение свыше. О чем, ради всего святого, она вообще думала? Ведь она поклялась никогда не иметь никаких отношений с аристократом! Похоже, она готова превзойти собственную мать. Если уж герцог не пожелал жениться на женщине, родившей ему семерых детей, разве князь будет думать всерьез о какой-то певичке, которая не хочет ложиться с ним в постель?

Фэнси чувствовала, что понемногу начинает влюбляться в князя, но гордость не позволяла ей уступить. Она никогда не ляжет с ним в постель и не выйдет за него замуж. Дочь хорошо выучила жестокий урок, преподанный матерью.

Жить, но сопротивляться. Боже правый, она ведь теперь как муха, попавшая в паутину.

Фэнси встала, подошла к зеркалу и еще раз промокнула глаза, готовясь выйти к князю.

К ее плечу прикоснулась чья-то рука.

– Могу я помочь вам, мисс Фламбо?

Девушка посмотрела на леди Эмбер и покачала головой:

– У меня состоялась трудная беседа с давно пропавшим отцом.

Леди Эмбер недоуменно посмотрела на нее:

– Я не понимаю.

– Попробую объяснить. Моя мама была французской графиней, а отец – английским герцогом. Но они так и не поженились. Прошло пятнадцать лет. Мама уже умерла, а теперь отец, который столько времени не обращал на нас внимания, хочет, чтобы мы жили с ним.

– Вы?

– Я согласилась отправить к нему моих сестер, но мне будет без них очень одиноко.

– Я понимаю, что это такое, потому что одинока всю свою жизнь, – произнесла леди Эмбер. – Жизнь особы королевской крови вовсе не так безмятежна, как кажется со стороны. Пойдемте, мой кузен уже волнуется.

Леди Эмбер вернулась в бальный зал вместе с мужем. В коридоре стояли Степан и Рудольф. Князь взял ее руку.

– Вам лучше?

– Да. – Фэнси даже выдавила из себя улыбку. – Вы поможете мне завтра перевезти сестер?

– Разумеется.

– Мисс Фламбо…

Она посмотрела на Рудольфа:

– Можете называть меня Фэнси.

– Спасибо, Фэнси. Нам нужно поговорить, дорогой брат. А пока заботься хорошенько о моей сестре. – И вернулся в бальный зал.

– Я отвезу вас домой. – Степан повел девушку вниз по лестнице.

– Я не хочу, чтобы сестры поняли, что я с ними не переезжаю, – сказала Фэнси. – Если я скажу им это заранее, они тоже откажутся ехать.

Степан обнял ее за плечи.

– Обещаю, вместе мы справимся.