Пышечка - Татьяна Тронина

Но до скандала дело не дошло.

– Есть у нас такая, – тоже понизив голос, с неожиданной доверительностью произнес охранник. – Та еще штучка. А я не удивляюсь… С мужем вашим гуляет? С нее станется…

– Хочу ей в глаза посмотреть, – повторила Элла. – Как ей не стыдно…

– Дамочка, вы в понедельник приходите, – проникновенно произнес охранник. – Я вас прям так, без билета пущу. Просто сегодня эта Маргарита не работает. Вот жалость! Приходите в понедельник, я вас к ней проведу.

Элла была раздосадована. Она задумалась.

– А что наша Маргарита прямо с вашим мужем загуляла? Вот ненасытная, мало ей жениха ее… Минутку! – взвился мужчина. – А я, кажись, видел его. Такой бородатый, на черной машине – ваш?

– Мой… – ошеломленно произнесла Элла. Выхватила мобильный, торопливо нашла фото Евдокима, сунула экран под нос охраннику: – Этот?

– Этот, – отстранившись назад, убежденно произнес охранник. – Он самый. На днях видел. Своими глазами. Заезжал сюда, у главного входа остановился – да вот прямо напротив: ни стыда ни совести… С букетом ее ваш супруг ждал, дверь открывать кинулся, чуть не облизывал… Риточка, то, Риточка, се… Тьфу! Раньше таких, как она, разлучниц на месткоме разбирали.

– На месткоме? А это мысль. Пожалуй, пойду я к вашему начальству жаловаться.

– А идите! – с жаром произнес охранник. – Все про эту Маргариту и выложите ему, так, как оно есть… У нас начальник новый, должен вас послушать. Николай Борисыч его зовут! Вот прямо по той аллее идите, там дом с вывеской… Где начальство! Прошу… – Он чуть не в галантном поклоне изогнулся перед Эллой.

– Спасибо, – улыбнулась Элла, проходя мимо.

– Уж вы все про эту Маргариту расскажите… Как есть. Ее уволить должны, по совести!

Элла когда-то была в этом ботаническом саду, правда, давно – в детстве. Ее привели сюда на прогулку родители. Но тогда девочке сад не понравился – скучно. Ни каруселей, ни качелей, ходить только по неудобным песчаным дорожкам. Кусты и кусты вокруг, с покосившимися указателями, и кактусы в оранжерее.

Но, похоже, сейчас «Эдем» переживал лучшие времена – все ухожено, красиво, и аллеи аккуратные. «Если Маргариту уволят, я буду ходить сюда», – решила Элла.

Административное здание она нашла без труда, нажала на кнопку возле двери с надписью «Дирекция».

– Добрый день, вы к кому? – отозвались по громкой связи.

– Я к Николаю Борисовичу, – непреклонно-официальным голосом произнесла Элла. – По поводу одной из сотрудниц вашей организации, с жалобой.

Секундная заминка, затем ответ из переговорного устройства:

– Заходите.

Гудение замка, дверь дрогнула, Элла ступила внутрь. В конце коридора стоял невысокий, худощавый мужчина:

– Я Николай Борисович. Добрый день. Прошу…

Элла, чуть склонив голову, направилась к нему навстречу. Она совершенно не боялась людей, не испытывала страха перед общением с незнакомыми или официальными лицами… Она не страшилась делать замечания окружающим, могла стремительно ввязаться в какой-нибудь уличный спор. Помнится, еще в юности ей мать говорила со страхом: «Эллочка, ты уж не лезь на рожон… Что ж ты ко всем цепляешься? А вдруг какой нехороший человек тебе попадется, руки станет распускать на твои замечания? Злых людей, которым слова поперек не скажи, очень много!» – «И что? Я его в тюрьму упеку, будет знать!» – хладнокровно ответила тогда матери Элла.

Вот и сейчас она совершенно не волновалась, войдя в кабинет этого Николая Борисовича.

– Присаживайтесь. – Мужчина указал ей на кресло, а сам сел за большой лакированный стол. – Слушаю вас.

Невзрачный и невыразительный, с заметными залысинами над большим, блестящим гладким лбом; хотя еще и молодой – вот как выглядел руководитель «Эдема». Типичный ботаник, во всех смыслах. Ужасная, немодная рубашка, отвратительная стрижка…

– Смешная, глупая ситуация – сознаю, – глядя мужчине в глаза, решительным, звенящим голосом произнесла Элла. – Я в очень невыгодном положении… но куда деваться, куда еще идти! Ах да, меня зовут Эллой, забыла представиться…

– Просто Элла, без отчества?.. Очень приятно, – добродушно кивнул Николай Борисович. – На что или, вернее, на кого вы хотите жаловаться?

– На Маргариту Павлову, вашу сотрудницу.

– Так. Слушаю вас. – Руководитель «Эдема» мгновенно посерьезнел. – В чем проблема? Вы не от одиннадцатой школы, случайно? У нас в конце мая для этой школы проводились экскурсии, и, если…

– Нет-нет, я по личному вопросу.

– По личному?

– Дело в том… Ах, как трудно! – Элла нервно засмеялась, покачала головой, словно сама себе удивляясь. – Я замужем и уже довольно давно, пятый год пошел. Я счастливая женщина, люблю своего мужа, забочусь о нем, мы с ним мечтаем о детях… И вдруг появилась Маргарита. Все сразу полетело под откос. Наша жизнь, моя жизнь. – Элла пожала плечами, замерла, глядя в сторону.

– Я не понимаю, – осторожно произнес Николай Борисович. – При чем тут моя сотрудница?

– У нее роман с моим мужем. И вот на днях он мне сказал, что хочет развестись со мной. Сам встречается с Маргаритой открыто, при всех. Даже охранник ваш видел их вместе. Словом, Маргарита ничего не стесняется, встречаясь с женатым мужчиной. Ей совершенно не жаль разрушать чужую семью…

– Так она же вроде сама чья-то невеста, или… Ничего не понимаю. – Руководитель сада потер лоб.

– Вы такой чистый человек, в хорошем смысле! – засмеялась Элла. – Сразу видно, что далеки от интриг и обманов, от лицемерия… Да, есть женщины, у которых имеются и женихи, и мужья, и любовники… Да и не по одному любовнику, я думаю. Есть ненасытные особы. И вот, похоже, Маргарита Павлова – одна из них.

– Слушайте, но это, правда, безобразие, если данная информация подтвердится, – помрачнел мужчина. – У нас ведь серьезная организация, которая занимается просветительской деятельностью. У нас каждый день бывают дети, а тут…

– Конечно, сейчас не советские времена, за моральным обликом сотрудников никто следить не обязан…

– Да как не обязан! И вот именно в наше время… Фух. – Николай Борисович достал из кармана огромный платок, вытер им лоб. – Я разберусь с этой проблемой, обещаю. И пожалуйста, Элла, не переживайте!

– Я, наверное, кажусь вам смешной, – настойчиво гнула свою линию Элла. – Но мне все равно, что подумают обо мне люди, правда. Если есть хоть какой-то шанс спасти мою семью, я готова выглядеть смешной, глупой, какой угодно…

– Хотите воды? Вот, пожалуйста, успокойтесь.

– Такой чудесный сад… я шла сейчас по нему и восхищалась. Улыбалась сквозь слезы. Эти цветы и… зло. Зло среди цветов, под этим небом. Как такое возможно?

– Пожалуйста, не переживайте! Давайте сюда стакан… – Николай Борисович взял Эллу под локоть, помог подняться. Неловкий, нелепый мужчина – он явно не умел обращаться с женщинами. И пахло от него как-то странно… Нафталином, кажется. – Хотите, я проведу вас по саду, расскажу о растениях, которые у нас есть?