Истинная против воли - Лесана Мун

Наклоняюсь, несмело протягиваю руку, щупаю пульс у зверя. В ужасе ожидая, что биения не будет. Но, с удивлением обнаруживаю, что пульс есть. Фух! Значит, не убила. Но тогда, что же случилось?

К сожалению, на раздумья у меня времени нет. Тело волка начинает идти рябью и я, впервые так близко вижу, как оно из звериного превращается в человечье. Почему-то вспоминается момент из мультфильма «Ну, погоди!», когда волк попал в сказку и стал козленочком, а потом заяц его полил живой водой. И там такой смешной эпизод, когда копытца превращаются в волчьи лапы. Вот почти то же сейчас происходит с Леосом. Сначала исчезает шерсть, потом начинают расти руки-ноги. Дальнейшее превращение, в нашем случае, из волка в козла, я смотреть не стала. Уверена, Леос, когда проснется будет не в самом приятном своем настроении. Поэтому, пользуясь случаем, я поднимаю упавшую сумку и убегаю. Снова.

Увы, на этот раз недалеко. Уже почти пробежав болотные кочки, я вдруг поскальзываюсь на одной из них и совершенно неожиданно, падая, бьюсь головой о камень. Последнее, что я вижу, это как надо мной склоняется чей-то огромный силуэт.

И снова я иду по лесу в куцых обрывках, вместо одежды, босая и слегка испуганная. Слышу чье-то шумное дыхание за спиной, приходит понимание, что нужно ускориться, постараться скрыться. Начинаю бежать.

Снова цепляюсь за препятствие и, проехав на животе пару метров вниз с горы, останавливаюсь, в ужасе понимая, что преследователь стоит у меня за спиной. Резко поворачиваюсь, усаживаясь на задницу. И опять прямо передо мной, на расстоянии вытянутой руки, стоит огромный белый волк с незрячими глазами.

Сижу без движения, едва дыша и наблюдая, как волк, мягко пружиня огромными лапами, подходит ко мне все ближе и ближе. Когда зверь подходит совсем близко, и я чувствую его дыхание на своей щеке, то, не выдержав, зажмуриваюсь, слыша, как просто в ушах грохочет от страха мое сердце. Страшно до холодеющих пальцев и онемения конечностей.

Секунда, когда время просто замерло, а потом моей щеки касается холодный нос. В этот момент сердце дергается так, что, кажется, будто оно выскочило из груди. А затем мою щеку смачно и с удовольствием облизывает большой горячий язык. Это он меня пробует? Типа, не ядовитая ли? В шоке от собственного предположения, рискую открыть глаза и посмотреть, что же происходит? И вижу яркий шар луны, а на ее фоне огромный мужской силуэт. Там, где должно быть лицо, клубится тьма. И оттуда, из этой черноты, на меня смотрят красные глаза.

С криком прихожу в себя. Первая мысль «присниться же такое». Вторая – «меня этот мир явно ненавидит, уже второй раз тут бьюсь головой о камни, так и дурочкой можно остаться». Третья, запоздалая мысль, «а где это я?» приходит тогда, когда я понимаю, что лежу явно не на запашистых болотных кочках.

И тут, как удар молотком по голове, возникают воспоминания о мужском силуэте. Вздрагиваю и осматриваюсь. Лежу на кровати, на голове мокрая тряпка, которую я сбрасываю куда-то в угол. Комната небольшая, полутемная, рядом в очаге скорее тлеет, чем горит, огонь. Чувствую я себя не очень. Болит голова и слегка подташнивает.

Но есть еще один факт, и он меня напрягает куда больше, чем все вместе взятое: под одеялом я абсолютно без одежды. Даже без белья! Испуганно охнув, ищу глазами свои вещи и не нахожу. Возле кровати стоит сумка, хватаю из карманчика шокер, чувствую, может понадобиться. Лежа, просовываю простынь между ног и завязываю ее концы на плечах, получается что-то типа комбинезона, закрывающего все стратегически важные места.

На долю секунды мне слышится какой-то шорох, но замерев и прислушавшись, я решаю, что показалось. Медленно и тихо встаю, аккуратно просовываю ноги в ботинки, стоящие возле кровати. В домике темновато, а возле выхода так вообще ничего не видно, но я чисто интуитивно предполагаю, где входная дверь и тихо двигаюсь в ту сторону, надеясь, что меня не заперли, потому что при таком плохом освещении взломать замок вряд ли смогу.

Двигаясь меленькими шажочками вперед, вытягиваю руку, чтобы почувствовать, когда она упрется в стену, или лутку двери. Еще шаг и еще. И тут моя ладонь действительно во что-то утыкается. Твердое, горячее и гладкое, похожее на мужскую грудь. А потом это что-то под моими пальцами шевельнулось. Мать! Перемать!

Недолго думая, я другой рукой впечатываю шокер в это что-то горячее на моем пути и нажимаю кнопочку. Раздается характерный треск приборчика, звериный рык и грохот упавшего тела.

Не давая себе времени на размышления, я перепрыгиваю через препятствие и буквально вываливаюсь в сени, а из них – на улицу. Там, на чистом упрямстве, я кидаюсь по тропинке в лес, прекрасно понимая, что идти в чащу в одной простыне и без сумки, мягко говоря, тупо. Но и оставаться в том стрёмном доме, не известно с кем наедине – тоже не вариант.

Только вот чего я не взяла в расчет, так это того, что, видимо, здорово приложилась головой, потому как буквально через несколько шагов, земля перед моими глазами уже не только вертится, но и качается. Ноги начинают заплетаться в косы, а тошнота накатывает резко и крайне болезненно, сжав желудок в тугой комок.

Склоняюсь, упираясь рукой в ствол дерева, но меня ведет куда-то в сторону, и я понимаю, что сейчас завалюсь прямо на спину, не в силах как-то управлять своим телом. Скорее всего, травмируюсь. Остается только падать, как мешок с картошкой, сильно надеясь не напороться затылком на какой-нибудь корень, торчащий из земли.

Рухнуть мне не позволяют чьи-то руки. Меня подхватывают уже возле самой земли, бережно прижимают к горячему телу и куда-то несут. Прикрываю веки, не в силах видеть эту круговерть перед глазами. В какой-то момент, мне приходит в голову, что такое уже было. Что я вот так уже лежала, беспомощно свесив руки, а меня уже так несли, бережно прижав к себе. А еще, я уже слышала подобный равномерный и сильный сердечный ритм, прижавшись ухом к твердой груди.

Неужели, это тот самый мужчина, что спас меня тогда, после укуса вампира?

Когда опять выныриваю из обморока, чувствую себя гораздо лучше. Огоньки в глазах уже не мигают, земля кружится в более медленном темпе. Судя по тому, что у меня мягкая подушка под головой, я снова в кровати. Но простынь, которую я