Идеальный герой - Виктория Коннелли

— Есть только один способ доставить Луизу в гостиницу!

С этими словами он подхватил Бет на руки. Со стороны зевак раздалось громкое «ах!», да и сама пострадавшая не удержалась от восклицания.

Джемма подавила невольный вздох, глядя, как Оли с легкостью прокладывает себе путь сквозь толпу поклонников, умоляющих об автографе, хотя очевидно было, что руки у него заняты. Высокая фигура в капитанском мундире продвигалась вперед под вспышки фотоаппаратов и восхищенные визги, звеневшие в воздухе, словно крики чаек. Джемма оглянулась на Терезу, беспокойно мерившую шагами площадку.

— Снято?

Оператор кивнул.

— Слава богу! — произнесла Тереза. — Ладно, Джемма, теперь отснимем тебя в эпизоде с капитаном Бенвиком.

Кей со всех ног бежала вдоль набережной, чтобы опередить Оли и Бет в гостинице. Сердце у нее бешено колотилось. Она вовсе не желала Бет зла, но этот поразительный случай не укладывался ни в какие рамки! Оли повел себя точь-в-точь как идеальный герой романа, и, когда он подхватил Бет на руки, она сразу приободрилась. Щеки заметно порозовели, и она ухитрилась занять такое положение, что ее грудь оказалась под самым носом у Оли.

«И почему не у меня вывихнута лодыжка!» — досадовала Кей, понимая тем не менее, что во всем Лайм-Реджисе не одна она охотно дала бы себя изувечить, лишь бы оказаться этим утром на месте Бет.

Она подскочила к входной двери и проворно сунула ключ в скважину как раз в тот момент, когда подоспел Оли с Бет на руках.

— Сюда! — показала она дорогу. — Мы постелим Бет в гостиной. Взбираться на второй этаж ей будет трудновато.

— Но я хочу, чтобы Оли отнес меня в мой номер! — запротестовала Бет.

— Кей права — тебе лучше остаться здесь, внизу, — сказал Оли и опустил ее на диван.

— Осторожней! — вскрикнула Бет, скривившись. — Я тебе не мешок с картошкой!

— Оли, сними с меня туфли, зайка, — капризно попросила она.

Кей возвела глаза к потолку. Бет использовала свою беспомощность на всю катушку — так, впрочем, поступила бы любая на ее месте.

Боясь даже подумать о том, как будут развиваться события в гостиной, Кей поспешила к холодильнику и достала лоток с кубиками льда. Высыпала их в полиэтиленовый мешок и стала разбивать скалкой.

«Не надо думать о Бет в таком духе, — укоряла она себя. — Она сейчас под моей опекой, и я должна проявить милосердие».

Решив, что лед наколот как следует, Кей завязала пакет, завернула в чистое кухонное полотенце и поспешила в гостиную.

— Вот и я, — объявила она, прикладывая сверток к лодыжке Бет.

— Ой! — вскрикнула та. — Холодно!

— Конечно холодно, ведь это лед! — рассмеялся Оли, наблюдая за манипуляциями Кей.

— Лед уменьшит опухоль, — объяснила она.

— Может, лучше приложить бутылку с горячей водой? Или выпить водки?

— Думаю, лед сейчас лучше всего, — не согласилась с ней Кей.

Бет, прижимая сверток к ноге, откинулась на подушки с наигранной покорностью.

— Как же я страдаю за искусство! — простонала она.

— Шоу получилось просто потрясающее, — заметил Оли. — Оно обязательно войдет в историю кино.

— Лучше бы британские академики присудили мне свою чертову премию, а больше мне ничего не нужно, — проворчала Бет.

Оли и Кей переглянулись. В дверь постучали.

— Здравствуйте! У вас все нормально?

Это был Адам.

— Мы в гостиной! — крикнула Кей.

Адам пришел на зов.

— Чем-нибудь помочь?

— Кажется, тут уже обо всем позаботились, — ответил ему Оли.

Бет жеманно улыбалась, лежа на диване.

— Оли оказался таким лапочкой, — промурлыкала она. — Ты ведь останешься здесь, со мной?

— Меня, наверное, ждут на площадке, — сказал Оли.

— О!

— Но потом я вернусь. Я обещал позировать Кей.

— Как это — позировать?

— Она хочет написать мой портрет, — пояснил Оли, стрельнув глазами в сторону Кей.

— Правда? — угрожающе хмурясь, переспросила Бет. — С чего это?

— Потому что наша Кей — художница.

Кей очень порадовало такое определение — «наша Кей», как будто она уже стала частью съемочной группы, хотя ей гораздо больше польстило бы «моя Кей».

— Может, тебе лучше написать мой портрет? — предложила Бет. — Мне говорили, что у меня точеные скулы, к тому же, наверное, мне еще долго здесь сидеть и сходить с ума от безделья.

— Ты очень любезна, — прикусила губу Кей, — может, я и тебя нарисую. Но только после Оли.

Бет, очевидно, очень расстроила такая перспектива. Она стукнула кулаком по подушке и, схватившись за пакет со льдом, снова застонала.

— Бедняжка! — сочувственно произнес Оли, подошел к дивану и, склонившись к Бет, поцеловал ее в лоб.

— Не уходи, Оли!

— Надо идти, зайка.

Оли вышел, и Кей проводила его до прихожей.

— Ты был великолепен, — произнесла она таким хриплым голосом, что сама его не узнала. — Принес ее сюда, в такую даль…

Оли пожал плечами и одарил ее мальчишеской улыбкой.

— Сделал, что требовалось. Это, наверное, из-за костюма. Будем считать, что в меня вселился дух капитана Уэнтуорта и мне волей-неволей пришлось стать героем романа.

Кей вспыхнула и тоже улыбнулась. Замечательная мысль!

— Вечером увидимся, — пообещал Оли и подмигнул ей в дверях.

Она осталась стоять в холле в оцепенении. Он опять подмигнул! Что все-таки это означает? Один раз еще можно принять за нервный тик, но два и больше подразумевают, что она для него не пустое место. А до вечера еще целая вечность!

Повернувшись, чтобы идти в гостиную, она едва не налетела на Адама.

— Я поставил для Бет чайник. Она требует рюмку водки, но я считаю, что лучше чай.

— Ах, спасибо, Адам…

— Может, мне тоже выпить чашку? — неуверенно спросил он.

— Если хочешь, — ответила Кей словно во сне, направляясь в кухню. — Разве ты сейчас не нужен на площадке?

— Нет пока. Честно говоря, я думал, если ты не очень занята…

— Думаю, я как раз ужасно занята, — произнесла Кей, собрала волосы в хвост и стянула розовой резинкой. — Столько дел надо переделать, пока Оли не вернулся, что и не сосчитать!

— А-а, — протянул Адам.

— Что?

— Ничего, — покачал он головой. — Пустяки.

Кей вынула из буфета две кружки и вспомнила, что Бет их не любит. Она пила чай только из чашки с блюдцем.