Служанка Леди Эверсон - Стася Вертинская

Эмма забралась в карету за ней, лишь хмуро глянув на Виена Онсура — тот поднял всех, чуть свет, и торопил с отъездом. Мы успели лишь помочь Мелании одеться и собрать волосы в незамысловатый узел. И едва расправились с завтраком, как Виен объявил выезд.

В дороге я собиралась так же двигаться рядом с каретой и слушать истории Мелании. Но Альвиан крутился рядом, предлагая занять место впереди процессии возле Виена. Я же не хотела весь путь проделать рядом с хмурым посланником. И отказалась.

— Мне нужно охранять госпожу, — просто ответила я.

В голове уже снова роились подозрения: вдруг он нарочно хочет, чтобы меня не было рядом с Меланией? Но Альвиан будто и не расстроился:

— Тогда предлагаю расположиться сразу за каретой леди, — и обворожительно улыбнулся.

Такой вариант меня вполне устраивал. А вот Виен Онсур напротив, был недоволен. Хотя, когда вообще бывало иначе? Он будто хотел что-то сказать, но окинув нас обоих хмурым взглядом, отвернулся и ушел вперед процессии.

А мы с Альвианом заняли место позади кареты, как тот и предлагал. Виен несколькими короткими приказами расставил стражников вокруг кареты и нас с Альвианом, будто не воспринимая ни меня, ни своего друга-подельника, как серьезную силу. Я даже на миг испугалась, что Виен Онсур боится, что я с Меланией можем сбежать. И мы продолжили путь.

— Прекрасное утро, — сказал Альвиан после некоторого молчания. Он глубоко вдохнул влажный утренний воздух, который только начал прогреваться солнечными лучами, и прикрыл глаза. — Люблю путешествия как раз за такие моменты, — он снова улыбнулся.

Я не разделяла настроение спутника. Для меня это путешествие было беспокойным, хотя пока ничего действительно опасного не происходило. Казалось, что, когда я в одиночестве или со случайными попутчиками проделала путь из родной деревни до поместья Эверсонов, я была в большей безопасности, чем сейчас. Конечно, тогда от меня зависела лишь моя собственная жизнь, а у меня было достаточно возможностей защитить себя. И всегда можно было, если бы что-то пошло не так, обернуться волком и сбежать. Теперь впервые мне приходилось отвечать за жизнь другого человека.

Потому могла лишь ответить:

— Согласна, такие моменты хороши. Но в путешествиях может многое случиться.

— Если всегда ждать плохое, то оно обязательно произойдет.

— Моя работа — быть готовой к неприятностям.

— Ты говоришь, как Виен, — Альвиан поморщился. — Жизнь слишком хороша, чтобы провести её в страхе.

— Это так. Но я, как и Виен Онсур, отвечаю за жизни других. А это многое меняет, — я сама поежилась от своих слов. Неужели я заступаюсь за этого вечно хмурого посланника?

— Не стоит бояться. В этом путешествии нам ничего не грозит.

— А как же те девушки, на которых напали даже в их собственных домах?

— Император уже поручил расследование этих нападений доверенным людям. И это, — он обвел рукой окружавших нас воинов, — лучшие люди из императорской стражи. Леди Эверсон под надежной охраной. К тому же, насколько мне известно, нападавшие приходили по одному. Да и оказались не слишком профессиональны раз их быстро обнаружили.

— Один одиночка все же попал в наши ряды, — хмыкнула я. Наш случайный попутчик оказался слишком хорошо осведомлен о происходящем. Альвиан понял мой намек и засмеялся:

— Конечно, ты права. Но, как видишь, я обезврежен тобою, — он развел руками. — И вовсе не имею злых намерений.

— Тогда кто ты? — я задала вопрос, который крутился в моей голове.

— Просто человек, уставший от дворцовой суеты.

Ответ был слишком неопределенным. Я замолчала, понимая, что большего мне не добиться. Скрывает свое настоящее происхождение? Это было самое логичное объяснение, если не брать в расчет мои подозрения.

Значит всё-таки он какой-нибудь молодой лорд, решивший дружить со слугами. Если так, то стоит быть с ним вдвойне осторожной — не хочется стать чьей-то игрушкой.

— Убийц мы больше не боимся. Что пугает тебя еще? — спросил Альвиан, не заметив моего молчания. Я не стала говорить прямо, что меня пугает он сам. А еще — Виен Онсур, который, кажется, рад был бы избавиться от меня при первой же возможности. Хорошо, что этой возможности у него нет. И я озвучила другой страх, принадлежащий Мелании:

— Говорят, лорды не очень дружны. Впереди земли лорда Страуда. Госпожа Мелания опасается, что он может навредить нам.

— Брось. Лорд Страуд милейший человек. Сомневаюсь, что он способен прихлопнуть даже надоедливого комара. И еще ты забываешь, что мы под охраной Его Величества — кто посмеет пойти против императора?

И, признаться, после этих слов я действительно смогла несколько расслабиться. Не потому, что верила, что никто не осмелиться напасть на нас. А потому что бояться каждого шороха действительно не имело смысла.

Альвиан рассказывал о лорде Страуде. Тот и правда казался добродушным человеком. Добродушным на столько, что не раз попадал в весьма курьезные ситуации. При этом он умудрялся держать в узде не только своих подчиненных, но и многочисленное семейство — от собственных малолетних наследников до троюродных кузенов, желающими вспомнить, что и они имеют право на долю его земель.

Альвиан говорил о нем и других лордах, а я все больше увлекалась его рассказами. Он говорил о них не так, как леди Эверсон — у него были другие друзья, другое положение и иной взгляд на жизнь. От того, даже если имена мне оказывались знакомы, я слушала истории о них с не меньшим интересом. И смеялась так, как не приходилось смеяться давно. Иногда лошадь Альвиана оказывалась слишком близко к моей так, что мы касались друг друга коленями. Он склонялся близко, тихо рассказывая какие-то подробности жизни лордов. Но я запрещала себе вздрагивать или смущаться его близости. Если он действительно один из лордов, не стоит думать о нем, как об интересном мужчине. И всё же он казался мне приятным.

На обеденной стоянке, пока я ходила за прогуливающейся Меланией, не раз ловила на себе взгляд Альвиана. Он улыбался, если я оглядывалась на него, и иногда махал рукой. В конце концов я тоже улыбнулась ему, хоть и запрещала себе воспринимать его иначе, чем как случайного спутника.

— Кажется, ты нравишься тому стражнику, — Эмма заметила наши переглядки.

— Какая разница, — я упрямо пожала плечами и отвернулась. — После того, как мы прибудем на отбор, наши пути разойдутся.

— Жаль, но ты права. Мелания не сможет отпустить тебя, даже если захочет, — Эмма вздохнула и прикоснулась к моей руке, на которой был надет браслет. В её голосе прозвучало сочувствие. Я уже и думать забыла об