Вернуть истинную - Рина Беж

— Агу! — расплывается крохотное чудо в широкой улыбке, будто поняв, что ей только что подарили имя, а золотистые искорки в глазах всё увеличиваются и увеличиваются, пока полностью не поглощают голубую радужку, а зрачок не вытягивается в струнку.

Ох, матушка-Луна, кажется, я действительно это сделала.

Хлопаю ресницами, зажав рот ладонью и пребывая в шоке от собственного поступка.

Ага, Ани! Молодец! У тебя все вышло.

Щерится довольной пастью Золотинка.

Теперь Солана точно наша. Никто ее не сможет отобрать.

А если я не справлюсь, и мы не сможем выбраться из этого охраняемого особняка? Тут же солдат больше, чем мух на варенье.

Подскакиваю, начиная нарезать круги, в то время, как поименованная малышка весело играет собственными пальчиками на руках, засовывая их в рот.

Выберемся, не паникуй! И не мельтеши! Не пугай нашу девочку.

Да я и не…

– Ай, — ни с того ни с сего врезаюсь во внезапно распахнувшуюся дверь и выбиваю из рук Ленара поднос, заставленный посудой.

Горячая каша и чай опрокидываются прямо мне на грудь, обжигая кожу.

— Горячо, — охаю, не сдержав крика боли.

— Да чтоб тебя черти пожрали! Анила, что ты под дверью-то трешься? — рявкает оборотень, перекрикивая на раз создавшийся шум и грохот. И тут же подскакивает ближе. — Обожглась? Сильно?

— Нет, — вру, не моргая, и тут же прошу, замечая, что ребенок опять почти заснул. — Не кричи, пожалуйста, Солану разбудишь.

— Какую, к дьяволу, Сола… Ты что, ненормальная? — наступает на меня Ленар, сжимая кулаки и сверкая желтыми волчьими глазами, готовясь к обороту. — Зачем ты ее назвала? Я же говорил, что ее профессор заберет. Чем ты слушала, курица?!

— Не р-рычи, — заикаюсь от страха и помимо воли начинаю моргать чаще, чтобы скрыть набежавшие на глаза слезы.

Мало мне несчастий: поймали, заперли, детей мучают, заставляя все это видеть, так еще и пристают, орут и обижают.

— А-ну, не реви! — улавливает накрывающую меня истерику бандит. — Снимай свою кофту, бестолочь, а то и кожа слезет от ожога.

— Не могу, у меня ничего больше нет, — хлюпаю носом, оттягивая мокрую ткань от тела, которое горит и чешется одновременно.

Обожглась прилично — оцениваю катастрофу, опустив взгляд вниз.

— Я тебе сейчас что-нибудь принесу. Иди пока в ванную, — командует двуликий и скрывается в коридоре, оставляя меня с омежкой вдвоем.

Вот же удивительное дело.

Шум, ор и грохот совершенно не волнуют кроху, которая задремала и сладко посапывает.

— На, держи, переодевайся, — всучает мне в руки костюм цвета хаки Ленар, появляясь на пороге спустя пару минут.

Бегом что ли бегал?

Удивляюсь скорости, с какой меня снабжают вещами.

— У Узаны одолжил, — отвечает на незаданный вопрос мужчина, — все равно у нее их штук пять, как минимум.

Вот же ж!

Если бы не обстоятельства, вряд ли бы я на такое согласилась. Но ходить грязной и мокрой желанием не горю, потому беру предложенное и скрываюсь в санузле.

— Откуда царапина на лице? — первое, что спрашивает бандит, когда я выхожу из ванной комнаты.

— О стену стукнулась, когда Нар толкнул, — не вижу смысла скрывать. — Я ходила за водой и детской смесью, — киваю на стоящую на комоде банку. — Боялась, что Солана проснется и заплачет от голода.

— Для этого есть я, — обрубает мою речь великан. — Сама виновата, что нарвалась на неприятности.

Ну еще бы ты меня похвалил.

Фыркаю, мысленно показывая язык.

Как же меня достали эти двуликие!

Ох, матушка-Луна, как же тихо, мирно и спокойно я жила раньше! Любо-дорого вспомнить. А еще по наивности грустила, что все проходит мимо.

Зато теперь точно некогда скучать. Затесалась в гущу событий. Только и успевай выгребать.

Вклинивается в мои причитания Золотинка, задирая мордочку с важным видом.

Ничего, выкарабкаемся и заляжем в глуши. Будем жить-поживать и воспитанием омежки заниматься.

— И еще, — продолжает Ленар свою гневную отповедь, прерывая сладкие мечты моей волчицы, — не вздумай при ком-нибудь девчонку по имени называть. Пусть оно и не имеет силы привязки, так как ты глупая человечка, но всё же не рискуй своей головой понапрасну, если хочешь убраться отсюда живой. Уяснила?

— Да, — киваю, как болванчик, хотя не очень-то верю, что привязка не состоялась.

Изменившийся зрачок и радужку я помню отлично.

— Кстати, тебе профессор велел ночью вернуться к нему и наблюдать за оборотницами. Так? — сложив руки на могучей груди, меняет тему громила, переводя прищуренный взгляд с меня на Солану.

— Так.

— Я думаю, будет лучше, если ты эту, — кивок на малышку, — тоже с собой прихватишь. Пока у нас гости, лучше пусть она будет рядом с тобой. Шума меньше.

— Хорошо, — вариант, при котором мне не придется расставаться с крохой, более чем радует.

— Тогда собирайтесь и вперед. Я вас провожу, — Ленар медленно осматривает опрокинутые на пол тарелки и хмыкает. — Сегодня ты без ужина. Сама виновата.

Ничего, диету мы с тобой, Золь, переживем. Главное, наша девочка будет с нами. А уж смесь для неё я прихвачу обязательно.

Подбадриваю себя и Золотинку, внушая оптимизм.

Вообще, о чем угодно готова думать, только не о том, что чокнутый профессор Куфин жутко пугает своим фанатизмом и к тому же в любой момент может отобрать омежку.

Это самый большой мой страх.

Поэтому будем начеку, Ани.

Всенепременно, Золь.

Глава 25

— Дай мне минуту, пожалуйста, — прошу двуликого.

Дожидаюсь позволительного кивка и убираю бутылку воды и смесь в рюкзак, туда же утрамбовываю детское сменное белье и подгузники.

Отлично, подстраховка на непредвиденный случай есть.

Цепляю вещмешок на спину и, завернув Солану в одеяльце, подхватываю ее на руки.

— Мы готовы, — озвучиваю факт и ступаю к выходу.

В последний момент оборачиваюсь и беглым взглядом осматриваю комнату, некоторое время служившую нам с омежкой временным пристанищем. Не покидает уверенность, что сюда мы больше не вернемся.

Что ж, время покажет.

— Тогда вперед, — гаркает бандит, распахивая дверь.

В отличие от меня его приступы сентиментальности не накрывают. Он первым покидает помещение и стремительно удаляется в сторону лестницы.

— Не отставай, — бросает, не оборачиваясь.

Не буду.

Отвечаю мысленно и, следуя приказу, шустро переставляю ноги.

До первого этажа спускаемся за