Вернуть истинную - Рина Беж

Время поджимает.

Все ящики стола оказываются заперты. И даже с силой оборотня у меня не выходит их открыть. Не беда, бумажные салфетки справятся не хуже, пусть и сгорят быстрее. Подхватываю пачку, до кучи несколько подгузников, они тоже сгодятся. В карман брюк запихиваю бутылек со спиртом, который использовала для инъекций. Затем зажигалка. С ней проблем тоже нет, всегда лежит в рюкзаке на всякий непредвиденный случай. И… резиновые трубки капельницы. Именно они должны дать основную гарь и черный дым, тем самым привлекая внимание.

Уже выскальзывая из медицинского кабинета, в последний момент хватаю металлическое ведро. Всё же настоящего пожара я боюсь, потому подстрахуюсь и подожгу «свой улов» в безопасной таре.

Шустро на носочках перебирая ногами, устремляюсь ближе к центральному фойе, прячусь за портьерой в небольшой кладовой и, подчиняясь интуиции, развожу костер.

Подкормленное спиртом пламя мгновенное взлетает на метр ввысь, слегка опадает и жадно принимается пожирать бумагу и плавить резину.

То, что нам надо!

Комментирую результат, когда носа достигает противный запах копоти.

А теперь линяем!

Торопит Золотинка вполне обоснованно. Дым начинает распространяться с приличной скоростью.

Пробегаю один коридор, второй, поворачиваю в свой отсек, когда раздается жуткий грохот, от которого стены дома жалобно дрожат и стонут, а до ушей доносятся вопли брани.

Матушка-Луна, что там случилось?

Озвучивает общую мысль моя волчица.

Решаюсь высунуться назад и разведать обстановку, как врезаюсь носом в грудь Ленара, спешащего на встречу.

— Котел взорвался, пожар слишком сильный, чтобы его потушить, — рыкает он, бешено сверкая глазами. — У нас не больше десяти минут, чтобы убраться и остаться живыми. В подвале баллоны с кислородом. И если они рванут… Надо предупредить профессора и Узану.

— Конечно, а еще девочки, — разворачиваюсь назад, торопясь в процедурную, которая может оказаться ловушкой в любой момент.

Дым действительно распространяется очень быстро. И это совершенно не мой маленький безобидный костерок.

Кто-то шиканул с размахом.

В медотсек с двуликим влетаем практически одновременно. Отсутствие Узаны и Куфина меня не удивляет, а вот бандит хмурится.

— Где они?

— Вышли… поужинать, — признаюсь через паузу, и тут же хватаю оборотня за рукав, замечая, что он собирается уходить. — Подожди, Ленар. Помоги мне с девочками. Я одна их не вытащу.

Умоляюще заглядываю в почти равнодушные глаза.

Почти…

Вот что сейчас важно… Это дает крохотную надежду, что его можно уговорить.

— Пожалуйста… — умоляю, утягивая двуликого в дальний отсек, где крепко спят четыре мои омежки. — Пожалуйста… — добавляю, смаргивая слезы. — Я не переживу, если с ними что-то еще случится.

— Они — оборотни, Анила. Ты — человечка. Вы — разные! — ворчит бандит, но всё же ногами переступает. Если бы не захотел, я бы эту гору мышц ни в жизнь не сдвинула с места. — Не понимаю, чего ты за них так вцепилась? Себя спасать надо.

Мы — одинаковые! И спасемся все месте.

Отвечаю мысленно, не задумываясь ни на секунду.

Всё больше распространяющийся по верху едкий дым очень пугает. От его концентрации обоняние начинает сходить с ума и в глазах появляется резь. Тянуть и дальше — очень опасно.

— Так, я не понял, а самая мелкая где? — интересуется Ленар, заходя в дальний отсек первым. — С доктором?

— Что? — переспрашиваю, хмурясь на странный вопрос.

До меня не сразу доходит, что Солана пропала. Есть Майна, Кара и Улина, а моей Соланы нет.

Накрывает шоком, я мгновенно тупею. Есть только одно желание — разрыдаться от несправедливости, что моя девочка исчезла.

Ани, не время истерить.

Вдруг рыкает волчица.

А ну, живо к кровати, давай всё осмотрим.

Раздает она команды.

И это действует. Подлетаю к пустой койке, внимательно изучая каждую деталь. Мой рюкзак на месте, не тронут. Даже одеяльце осталось. А девочки нет. Но по связи с ней всё в порядке. Спит и не волнуется.

Понятно, что ее унесли. Непонятно, почему она не отреагировала на посторонних?

Очень странно...

Взгляд сам собой падает на пол, цепляясь за светлое пятно, выбивающееся из общей атмосферы чистоты и стерильности.

Салфетка. Раньше ее здесь не было, иначе я непременно бы заметила. Приподнимаю вещь двумя пальцами и, не до нося до лица, улавливаю отчетливый запах хлоросина — сильного снотворного.

Ясно.

Солану усыпили, чтобы она не подняла шум.

Кроме запаха Узаны и Куфина посторонних нет. Это они возвращались и забрали самое ценное: омегу и кровь.

Делает выводы волчица.

Уверена, контейнеров тоже нет.

Поворачиваюсь к ближайшей кровати с оборотницей и убеждаюсь, что Золотинка права.

— Ну? Чего уснула? — выдергивает в действительность Ленар, бесцеремонно закидывая Майну на одно плечо, а Улину на другое. — Бери третью, если не передумала их спасать, и бежим.

Двуликий прав: медлить нельзя. К тому же дом сотрясают еще два громких взрыва. И помимо этого слышится какой-то шум и даже рык.

Подхватываю Кару на руки и, стараясь не отставать, следую попятам за бандитом. Лучше довериться ему и покинуть этот жуткий дом, чем сгореть заживо.

Первый коридор пробегаем быстро, а уже во втором получается затор. Огонь, словно жуткий монстр, подступает очень быстро. Горят уже не только шторы, но и деревянные перекрытия. От едкого дыма слезятся глаза, а обоняние отключается напрочь.

— Туда нельзя, завал, — Ленар резко меняет направление и устремляется к центральному фойе. — Попробуем через основной вход.

Подчиняюсь и вновь бегу за оборотнем, прижимая омежку к груди. Мы должны выбраться.

— Вот черт! Чужие! — вопит бандит.

Он так резво выскакивает в фойе, а я за ним, что, поздно замечаем, как оказываемся в самом эпицентре драки. Бойни. Жути.

Так дерутся не люди. Звери.

Перевоплотившиеся оборотни — огромные волки, беспощадные, быстрые, сильные, смертоносные.

Вой, визг, рык оглушают, когда сверхсущества, не жалея себя и жизни, врезаются друг в друга в стремлении перегрызть глотки. И всё это на фоне бушующего пожара.

Дико страшно.

Цепенею, не понимая, что делать в такой ситуации…

— Бета, я иду, — вдруг рычит рядом со мной Ленар, спихивает девочек прямо на лестницу и, мгновенно изменившись, кидается в драку.

Удивительно, но глядя на двуликих во второй ипостаси, я все равно их различаю. И Рафа, дерущегося с крупным серым незнакомцем, и Хорна, пригибающегося и скалящегося на МОЕГО ИСТИННОГО, иссиня-черного поджарого красавца с синими глазами, и бросившегося на помощь