Сладкое обещание - Энн Макалистер

— Я еду во Вьетнам.

— Что? — У нее отвисла челюсть. — Зачем?

— Перед моим отъездом нам надо серьезно поговорить. Я бы хотел кое-что тебе рассказать. Присядь.

И Уолт поведал дочери повесть о своей любви к вьетнамской девушке по имени Сью.

— Я встретил ее там, на войне. Мирная жизнь казалась такой нереальной, реальными были лишь

наши чувства. Не знаю, любила ли она меня так же сильно, как я ее. У нас завязались отношения. От Маржи я получал только письма, а Сью… Она была рядом. Она так хотела утешить молодого одинокого американца!

У Кейт сжалось горло, в глазах защипало, сердце заколотилось сильнее. История, как две капли воды похожая на ее собственную… Чарли…

— И больше ты ее никогда не видел? — спросила она, глотая слезы. — Ты собрался к ней?

— Нет. — Отец отвернулся. — Она умерла пару лет спустя после моей демобилизации.

— Но тогда…

— У нее был ребенок. — Призрак улыбки тронул его губы.

Кейт была не в силах пошевелиться. Хорошо еще, что она сидела, а то бы упала. Она смотрела на отца так, словно видела его впервые в жизни.

Ребенок? Так значит, мой папа смог оставить эту девушку одну с ребенком?

И еще это значило: у нее есть брат или сестра, родственник, с которым ей предстоит познакомиться.

— А… — Кейт сглотнула. — Кто-нибудь еще знал?

Уолт покачал головой.

— Кейти, жизнь полна неожиданных поворотов. Я тогда даже не догадывался о беременности Сью, поверь.

— Боже…

Отец вздохнул.

— Да. И когда она сообщила мне об этом, я тотчас предложил свою помощь, но она отказалась, сказав, что хочет сохранить ребенка. Я не настаивал и оставил все как есть, женился на твоей матери. — Он тяжело вздохнул, словно то решение до сих пор его тяготило.

— А что же тогда сейчас случилось? Почему ты передумал? — спросила Кейт.

— Сердечный приступ… я тогда многие свои поступки пересмотрел.

Так вот почему он был таким задумчивым!

— И решил: я не могу оставить этот мир, так и не повидав своего сына… или дочь. Пусть я когда-то поступил неправильно, теперь я хочу все исправить и за все извиниться, если это возможно.

Кейт пыталась себе представить, как все эти годы мог страдать ее отец, держа в себе такую тайну, ведь у него даже друга не было, с которым можно обсудить сложившуюся ситуацию.

— Я решил сделать это, когда ты принесла книгу Чарли, на обложке которой была та девочка.

— Девочка? Рези?

Уолт кивнул.

— Мы с Чарли обо многом переговорили за это время и многое обсудили: близких людей, войну, жизнь и смерть…

Кейт кивнула. Да, Чарли много знал о смерти, о страдании. Ее горло сжалось.

— Не знаю, что из этого получится, конечно, но попытаться хочу. — Отец посмотрел ей в глаза. — Я не хочу умереть, не попытавшись. Вечность — это слишком долго.

Как всегда, Гэби была на высоте. Вечер открытия удался на славу.

Конечно, это показ Натана, не Чарли, и именно его имя будет пестреть на первых страницах модных газет и журналов.

А Натана, казалось, мало заботила вся эта шумиха. Он даже как следует не приоделся к церемонии открытия, на нем были обычные синие джинсы и простая рубашка с расстегнутым воротом. Он стоял все с тем же наполовину полным бокалом шампанского, который полчаса назад поднесла ему Гэби.

Вот к Натану подошли журналисты, и Гэби застонала.

— Ничего, он справится, — успокоил ее Чарли.

— Думаешь? — Она, кажется, не поверила. — Ему совершенно не до этого, как и тебе было пару месяцев назад.

Чарли отлично мог себе представить, ведь он до сих пор не сумел забыть Кейт.

Среди гостей на выставке были также Чейз и Джоанна вместе с их многочисленными детьми.

— Пап, глянь, тут же медведи Чарли! — звонким голоском позвала отца семилетняя Энни.

Чарли обвел взглядом все семейство: Чейз, Джоанна, Энни, Эмерсон и Алекс. Неожиданно Джоанна подтолкнула кого-то вперед.

Кейт?

Чарли заморгал и помотал головой. Наверное, ему почудилось. Такое могло только почудиться. Он закрыл глаза.

И все-таки это была Кейт. Чарли почувствовал сильную боль в груди.

— Эй! — прозвучал у него над самым ухом голос Гэби. — Ты пролил шампанское.

Он взглянул на бокал и поставил его на поднос.

Кейт стояла рядом с Джоанной, и с этим ничего нельзя было поделать. Она смотрела на него, улыбаясь. Открытая веселая улыбка. Глаза ее странно сияли.

— Простишь меня?

— За что?

Губы Кейт дрожали.

— Я была полной дурой. Я не доверяла тебе, потому что просто боялась.

А теперь боялся и он сам, боялся поверить этому чуду.

— Чего боялась? — пробормотал Чарли.

— Любви. Я ведь люблю тебя, — сказала она, и ее слова прозвучали как клятва. — Боже, Чарли, я ведь тебя люблю! Еще я верю: ты тоже меня любишь!

Неожиданно между ними возник один из журналистов.

— Мистер Сикс-Элк, я вас искал. У меня пара вопросов насчет резкой смены вашей тематики.

— Я…

Кейт смотрела на него, и любовь светилась в ее глазах.

— Ведь вы же раньше снимали страдания и жестокость, верно?

— Я…

Кейт подалась вперед, к Чарли, словно на ее пути не было никакого журналиста.

— Я так удивился вашему отъезду, — продолжал тем временем журналист. — И тем более удивительно, что вы вернулись с совершенно другой темой и новыми проектами. Это так обнадеживающе, так ново, так освежающе! — Он старался найти подходящие слова.

— Я…

— Не могу, — сказала за Чарли Гэби, подходя к журналисту и беря его под руку. — Извините, я агент Чарли, и вы можете обсудить все со мной.

Журналист был лишь немного сбит с толку, но тут же переключился на Гэби.

Теперь они вместе. Навсегда! Чарли наконец держал Кейт в своих объятиях.

— Как же я люблю тебя! — не переставала повторять она.

Теперь их сердца бились в унисон.

— Как ты нашла Чейза и Джоанну?

— Все просто. Через Бренну. Главное, я решила быть с тобой. Остальное не составило труда, — рассмеялась Кейт.