Сладкое обещание - Энн Макалистер

Чарли подскочил как ужаленный. Звонок раздался снова.

Кто бы это мог быть? Чейз или Джоанна, точно. Больше никто не знает номер моего мобильного. Или Уолт.

Он нажал на кнопку и рявкнул:

— Алло? Что там такое?

— Чарли? — отозвался женский голос.

Это не Джоанна.

Едва оправившись от шока, он ответил:

— Кейт?

— Энджи пришло время рожать.

Чарли замер.

— Что? Роды? Сейчас? — Он потер глаза. — Но ведь она должна родить только через две недели!

— Добро пожаловать в реальный мир, — усмехнулась Кейт. Ее тон был резким и не терпящим возражений, деловым и тревожным одновременно. — Дети не рождаются но расписанию.

— Но…

— Тебе приходить не обязательно, мы сами справимся. Я просто хотела, чтобы ты знал.

Безусловно, они справятся. Правда, за Энджи я все равно переживаю, она такая ранимая!

И все же Чарли овладел панический страх. Он посетил всего только два занятия, и так мало знает про роды! К тому же не он отец ребенка Энджи. Чарли приходил на курсы только ради Кейт и ради своих фотографий, а не ради Энджи. Но как-то так получилось, что судьба этой девушки стала его волновать.

Чарли потянулся за джинсами.

— Увидимся в больнице, — произнес он в трубку.

Если у Чарли до прихода в больницу и были мысли остаться дома, то все они исчезли, стоило ему открыть дверь.

Энджи лежала на кровати, по горло укрытая простынями. Ее темные глаза стали еще шире и темнее. Она явно была напугана.

— Чарли! Это совершенно неожиданно для всех нас! — Она чуть не выпрыгнула из кровати, устремившись к нему в объятия.

Притворное равнодушие и бодрость Энджи исчезли, остались только боль и страх. Ее тонкие руки

обвили шею Чарли, а щекой она прижалась к его груди. Он крепко обнял ее и погладил по растрепанным волосам.

— Эй, — мягко сказал он. — Все хорошо. Мы же проходили это. Мы готовы.

Он чувствовал, как она сотрясается от рыданий.

— Не готовы, — прошептала Энджи. — Еще не готовы.

— Нет, готовы, — убеждал ее Чарли, сжимая ее руку в попытке утешить и поддержать. Он заглянул в ее расширенные от ужаса глаза. — Ну же, вспомни: дети никогда не слушаются своих родителей, а? Добро пожаловать в ряды матерей!

Энджи всхлипнула. Чарли приподнял ее подбородок.

— Ты сможешь пройти через это, Энджи. Просто будь такой мамой, какой всегда мечтала быть. Делов-то!

Она нервно сглотнула и кивнула, затем облизала пересохшие губы.

— Больно? — мягко спросил Чарли. Он видел много боли, но никогда не присутствовал при родах. Все его знания по этому вопросу исчерпывались фильмами, которые показывала на курсах Кейт.

— Не очень, — призналась Энджи. — Только вот спина разламывается. Даже и не думала, что все будет именно так. Ночью я вдруг проснулась от боли. Простыня была мокрой. Я подумала: я просто обмочилась в кровати. Я встала и спустилась вниз. Мама услышала шум, прибежала ко мне н поняла: это отошли воды.

Чарли имел весьма слабое представление о самом процессе родов, но совершенно точно знал: после того как отошли воды, роды вот-вот начнутся, и нет пути назад.

— Ну, что ж, думаю, этот пацан решил побыстрей появиться на свет.

Энджи снова облизнула губы.

— Ага.

Позади них послышался шум шагов, и в комнате появились Мэдди и Кейт. Мэдди, увидев Чарли рядом с Энджи, явно обрадовалась. Кейт бросила на него только один взгляд, потом сконцентрировала все свое внимание на роженице.

— Давай-ка посмотрим, что тут у нас, — сказала она. Ее голос был по-прежнему спокойным и деловым, точно таким же, каким она разговаривала со своими пациентами в Эйбуке.

Чарли взглянул на нее.

Кейт отличный врач. Она одним взмахом руки может пресечь любую панику и хаос. Все, даже самые тяжелые больные, слушаются ее и стремятся ей помочь. Пациенты обожают Кейт. Они знают: с ней они точно не пропадут.

Энджи беспокойно взглянула на Чарли. Он сжал ее руку.

— Подожду снаружи вместе с Мэдди. Учти, мы рядом. И помни, мы с тобой.

— Я так рада, что ты пришел, — сказала ему Мэдди, когда они вышли в коридор. — Для меня это был настоящий шок. Энджи выполняла все как надо, все упражнения, и все шло по порядку, по правилам. Ты же сам ее видел, как раз вчера, — продолжала она. В ее голосе было столько тревоги!

Чарли понял: Мэдди тоже нуждается в поддержке и опоре. Из рассказов Уолта он знал историю се семьи. Они с мужем посвятили всю жизнь своему ранчо и своей дочери. Они бы все на свете отдали, лишь бы их Энджи была счастлива.

— Да, вчера она выглядела отлично, — согласился Чарли. — Надо бы спросить Кейт, но кажется, это самый рядовой случай.

— Кейт говорит, у подростков часто случаются преждевременные роды.

— Разве? У них такое бывает?

— Да, и обычно они справляются. — Мэдди дрожащей рукой убрала со лба прядь волос. — У Энджи хорошее здоровье, она сильная.

Кажется, она сама пытается себя в этом убедить.

— С ней все будет в порядке, — согласился Чарли. — И с ребенком тоже.

Когда вышла Кейт, она прежде всего посмотрела на Мэдди. Чарли словно не существовало.

— Она неплохо справляется. Правда, схватки еще не начались, но по всем признакам, уже скоро начнутся.

Мэдди буквально забросала Кейт вопросами. Чарли оставил их наедине. В его памяти были еще свежи воспоминания о том, как он сам лежал в больнице, и он знал, как сильно раздражают больного разговоры родных и врачей за его спиной. Энджи это тоже пугает.

Она была бледной, но страха в глазах поубавилось.

— Кейт говорит, все идет нормально, то есть в пределах нормы, — сказала Энджи Чарли, когда тот вошел в кабинет. Все же ее голос дрожал, хотя было видно: Кейт она доверяет.

— Да, то же самое она и нам сказала, — твердо произнес Чарли. Он подошел к Энджи поближе, взял за руку и почувствовал, как пальцы девушки вцепились в его запястье.

Так они и просидели какое-то время, в молчании.

Энджи ждала, Чарли тоже. Его нога болела. Что бы он ни делал, она все равно болела, но он всеми силами старался забыть о своей боли. Наконец вошла Мэдди и попросила:

— Сядь на стул, Чарли, и принеси еще один для меня, пожалуйста. — Она поставила стул у окна и вынула вязание.

— Это будет одеяльце для ребенка, — объяснила Мэдди. — Мне надо торопиться, работы еще много осталось.

— Вам не обязательно сидеть тут со мной, — сказала Энджи.