Музы и мелодии - Ребекка Яррос

Если бы у меня был шанс встречаться с этим мужчиной, я бы рискнула не только своей репутацией, я бы поставила на кон свое сердце. Без сожалений. Без подстраховки. Или гарантий.

Если бы это не было игрой, тогда кто знает…

— Привет, прости? — спросила брюнетка, которая была на целый фут выше меня. — Ты работаешь с Никсоном Винтерсом?

— Ага.

Упомяни черта — в этот момент Никсон оглянулся на меня через плечо. Или, может быть, он смотрел на эту брюнетку. Я ни в чем не была уверена, когда дело касалось его. В этом-то и проблема.

— О, вау. Есть ли способ, которым я могла бы...

— Нет.

Я пошла по коридору, следуя по пути, по которому только что прошел Никсон.

Может, у меня и были какие-то очень сложные чувства к этому засранцу, но я не собиралась преподносить его кому-то на блюдечке с голубой каемочкой. Если он хотел другую женщину, то, черт возьми, пусть выбирает сам.

И после нам обоим придется жить с последствиями этого.

9 глава

Никсон

Когда я взял последнюю ноту на бис, толпа взревела, наполняя кровь моим любимым наркотиком — откровенным поклонением. Сцена погрузилась во тьму на достаточное время, чтобы мы успели ее покинуть, пока на стадионе не зажегся свет.

— Это было здорово! — Джонас хлопнул меня по спине. — Лучше, чем просто хорошо.

— Феноменально, — добавила Куинн, идя справа от меня.

Я согласился, чувствуя, как меня переполняет энергия. Я уже и забыл, каково это получать кайф от толпы без алкоголя в организме. В начале я выпивал, просто чтобы снять нервяк перед выходом на сцену, а потом стал приносить алкоголь с собой вместо бутылки с водой.

Просто еще одно «раньше было» напомнил я себе.

Боже, это было так приятно.

— Мне понравилось, как ты включила звук во втором сете и присоединилась, — сказал Джонас Куинн.

— Спасибо, я хотела попробовать что-то новенькое, — ответила она, засовывая палочки в задний карман.

— Это сработало. И, черт возьми, Никс, ты отлично сыграл этот рифф в «Silver Streets». Я не слышал, чтобы ты так его исполнял с тех пор, как... — он склонил голову набок.

— С тех пор, как мы его записали, — догадался я. Эту песню было невозможно сыграть идеально, не имея ясной головы. Ноты звучали слишком быстро, выбор времени был слишком важен, но обычно я был слишком пьян.

— Эй, ребята, вы тут еще побудете? — спросила Куинн, когда мы проходили мимо ее гримерки. — Мне нужно срочно поговорить с Грэмом.

— Да. Я тоже хочу услышать голос Киры. Встретимся здесь, когда будешь готова? — предложил он.

— Звучит неплохо. Никс? — она остановилась, положив руку на дверную ручку.

— Думаю, я тоже могу позвонить Грэму и Кире, — ответил я с невозмутимым видом.

— Заткнись, — Куинн закатила глаза. — Увидимся через несколько минут.

Она исчезла в своей гримерной, а мы с Джонасом пошли дальше по коридору, пока не добрались до его гримерной, а потом я остался один. Во мне было столько энергии, что я был удивлен, что свет не мигал. Такое возбуждение после выступления, я обычно снимал сексом, но…

— Эй, ребята, вы были умопомрачительны сегодня! — парень с зелеными волосами бросился на меня с расширенными от удивления глазами и бутылкой виски. Мне потребовалась секунда, чтобы его узнать — солист группы, что выступала перед нами, разогревая зрителей.

— Спасибо. — я поправил ремень гитары и продолжил движение, стараясь не смотреть на то, что парень так небрежно держал в руке. Пару месяцев назад я бы выхватил у него бутылку и сделал несколько глотков. Черт, даже сейчас чувствовал вкус виски на языке.

— Мы идем тусит, хочешь с нами? — спросил он, указывая бутылкой на свою группу, которая собралась у моей гримерки.

Черт возьми, да, я бы с радостью. Я хотел опрокинуть в себя стопку водки — или того, что первым попадет мне в руки, — и подавить бушующие эмоции. Хотел сладкого забвения, которое приходит вместе с отключкой и сном без сновидений.

Одну ночь. Всего на одну долбаную ночь.

Дверь моей гримерки открылась, и оттуда вышла Зои с улыбкой, которая поразила меня, как удар под дых. К черту все остальное, я хотел ее. Я выбросил из головы воспоминание о том, как вчера вечером она назвала меня «клиентом», и сосредоточился на ее глазах.

Зои. Зои. Зои.

Может, она и злилась на меня, но не позволила бы пойти с ними. Не стала бы стоять в стороне и смотреть, как я пускаю псу под хвост последние десять с половиной недель трезвости.

— Встретимся в другой раз, — сказал я зеленоволосому, мысленно пообещав себе позже узнать его имя.

— Уверен? — на его лице отразилось разочарование, когда мы подошли к моей двери. Три девушки, липнущие к другим парням из его группы, смотрели на меня широко раскрытыми, полными надежды глазами, но я их не хотел.

Адреналин рвался наружу, но мне удалось кивнуть.

— Черт возьми. Что ж, если передумаешь, мы уходим минут через двадцать, — сказал зеленоволосый. Краем глаза я увидел, как он покачал головой, но мое внимание было сосредоточено на другом.

— Судя по всему, тебе там было бы весело, — сказала Зои, когда я проходил мимо нее в гримерку. Я схватил бутылку воды и выпил залпом. Выступление высосало из меня все силы. Как, черт возьми, я вообще справлялся пьяный?

— Так и было бы, — заверил я ее, снимая кофр для гитары со стены.

Как раз в этот момент в дверь постучали. Рабочие сцены принесли остальные гитары. Одну за другой они уложили «моих девочек» спать в их уютные гнездышки.

— Они возвращаются с нами в Колорадо, — сказал я Зои, лично закрывая кофр каждой гитары. — Меня передергивает при мысли что кто-то другой, а не я, привез их сюда.

— Не проблема, — Зои откинулась на спинку стула, аккуратно скрестила ноги и что-то записала в своем ежедневнике.

Как такая чопорная женщина может быть невероятно сексуальной? Даже пятки у нее были горячие.

Я закончил с кофрами и начал снимать с себя