Две невесты - Кристин Лестер

Алекса нигде не видно. И отца тоже. И Люсьены с Людвигом. Странно все это.

Сильвия поспешно оделась и вышла на крыльцо. Мадам Сиси мрачно посмотрела на нее и приложила палец к губам:

— Тсс!

— Это почему?

Вместо ответа она взяла ее за руку и крадучись отвела в летнюю кухню. Там в странной позе сидел Ник, подперев голову рукой. Казалось, он сейчас заплачет.

— Папа!

— Сильвия. — Он поднял виноватое лицо. — Дочка, это ты?

— Тсс! — повторила старуха.

Из соседнего окна (ох как Люсьена все-таки была неосторожна, может, поэтому так ни разу и не вышла замуж за миллионера?) донеслись слова:

— Нашел на чем экономить! Людвиг, я думала, ты серьезнее. А ты все еще маленький мальчишка, который решил обокрасть мамочку и придумал, как выманить деньги.

Послышался виноватый лепет Людвига:

— Нет, просто я…

— Просто ты не хотел платить ему из своего кармана. Слушай, но это глупо!

— Глупо, что он так рано срывается и уезжает. Кажется, он хочет жениться на этой…

— Пусть делает что угодно. Лишь бы Ник тоже выполнил свое обещание по возвращении в Нью-Йорк.

На этой фразе отец Сильвии опустил голову еще ниже. Так, что она едва не касалась стола.

— Ну и успокойся. Фрэнк сделал свое дело, а Сильвия и так меньше всего думает об отце. У нее свой роман, она тебе больше не мешает. Чего тебе еще надо?

— Людвиг, ты идиот!

— Спасибо, мама.

— Признаться, я думала, что ты станешь мне хорошим помощником, с детства переняв некоторые премудрости нашего ремесла. А теперь понимаю, что мне нужно искать другого партнера.

— И за это тоже спасибо.

Ник захлопнул окно.

— Я не желаю больше слушать этого… — Он, пошатываясь, подошел к двери и, как бы спохватившись, обернулся к старухе. — Спасибо вам. Мне нужно побыть одному. Извините.

Сильвия лишилась дара речи. Хотя она уже и знала правду, все равно испытала примерно те же чувства, как вчера, когда Фрэнк огорошил ее этой новостью, словно пустым ведром. В голове снова был подозрительный звон.

— Бабуля? Это как же… это как же понимать?

— А чего тут понимать? — Старуха отвела глаза и принялась суетливо переставлять посуду на столе.

— Это ты… это ты давно так развлекаешься?

— С самого вашего приезда.

— А почему ты мне ничего не говорила?

— А я вообще никому не говорила.

— Но, бабуля… Это же подслушивание! Это же подло!

— Знаешь что?! Я к их двери не подкрадывалась и ухо к замочной скважине не прижимала! Все эти пассажи мне преподносили каждое утро через раскрытое окно. Знаешь, никогда не могла понять, почему Люсьена так рано встает. Я-то готовить должна, молочника встречать… А они ни свет, ни заря с семи часов на ногах, если, конечно, Люсьене случалось ночевать в своих комнатах, а не у Ника. И с утра до ночи обсуждают, как женить Ника и кто чего кому должен сказать. Вот так я и развлекаюсь.

Сильвия покачала головой, во все глаза глядя на старуху:

— Слушай, а я-то думала, что мне вчера раскрыли страшную тайну. Я еще полдня ломала голову, рассказать тебе или нет…

— А тебе кто ее раскрыл?

— Фрэнк.

— Хм. Он, наверное, уже уехал. Что-то не пойму я их. Фрэнк вроде должен был ходить вокруг тебя, а зачем-то приволок с собой эту испуганную девчонку. Он ведь…

Сильвия недослушала ее и убежала. Она чуть не забыла: с Фрэнком надо по-человечески попрощаться! Все-таки он неплохой малый. Хотя и, безусловно, негодяй.

Фрэнк с Бианкой уже сидели в машине. Увидев Сильвию, он поспешно вышел ей навстречу.

— Послушай, я должен тебе сказать… Ты действительно простила меня?

— Успокойся. Да.

— Мы уезжаем. — Он неловко махнул рукой в сторону машины, словно оправдываясь или извиняясь за что-то.

— Я вижу. Удачи тебе. Вам. Вам с Бианкой удачи.

— Спасибо. Вам с Алексом тоже.

Они помолчали, каждый глядя себе под ноги. На них, затаив дыхание, смотрели Люсьена, Людвиг и мадам Сиси. Все трое только что вышли из своих домиков и, настороженно переглянувшись, остановились на общем пятачке между двумя крыльцами.

— А я… Ник — славный парень. Ты так ему и передай.

— Обязательно.

— Только пусть он больше с Люсьеной… Доброе утро! Рад видеть вас! — Он оглянулся и заставил себя улыбнуться ей. Потом снова повернулся к Сильвии. — Она всегда охотилась только на деньги.

Сильвия поморщилась: в этом весь Фрэнк. Только он умеет так причудливо смешивать комплименты с гадостями. Причем и то и другое он может сказать в лицо, так что сразу и не решишь, что сделать в ответ: поблагодарить или дать пощечину.

— Я надеюсь, у Бианки достаточно ума, чтобы разумно распорядиться своей жизнью, — сказала Сильвия, помахав девушке рукой через стекло.

Та ответила ей испуганной улыбкой.

— Ты намекаешь, что я ей не пара?

— Сами разбирайтесь. Прощай, Фрэнк. Не буду врать, что было приятно увидеться с тобой.

Он с улыбкой покачал головой ей вслед, сел в машину и уехал.

Сильвия устроилась на большой веранде, где всегда была тень. Вот уж о ком она действительно постарается забыть как можно скорее, так это о Фрэнке. Прямо скажем, воспоминание не из приятных.

Следовало бы, конечно, разыскать Алекса. Сильвия не совсем понимала, куда можно спрятаться на таком маленьком участке суши. Если машина его — здесь, вещи — тоже, значит, дальше, чем на километр в сторону леса Алекс не мог уйти. Яхта тоже стоит на причале, никем не занятая. Где же он?

— Какая трогательная сцена, не правда ли? Надеюсь, ты не будешь сильно горевать, что он женится все-таки не на тебе, а на Бианке. — Люсьена выпустила ей в лицо струю дыма. — Кстати, где твой отец? Я с самого утра не могу найти его.

«А на тебе вообще никто не женится!» — хотела сказать Сильвия, но промолчала, хотя, может быть, и зря. Нет сомнений, что сегодня произойдет что-то важное, масштабное и окончательное. Все карты смешаются в одну колоду, так какая разница, когда Люсьена узнает, что Ник ее «рассекретил», сейчас или после обеда?

А Сильвии так давно хотелось бросить правду в лицо этой женщине и увидеть, как она померкнет, скукожится и отпадет от их семьи, словно пожухлый осенний лист от ветки.

— Ты что-то хочешь мне сказать, дорогая?

— Ничего особенного. Просто…

Именно в этот момент у въездных ворот посигналила машина, и Сильвия подпрыгнула, словно до ней пропустили электрический разряд. Она замолчала, резко вскинув голову и пытаясь разглядеть сквозь густую листву кустарника, кто приехал.