Предатель. Ты недостоин нас - Юлия Ильская

Я внимательно смотрю на доктора и снова удивляюсь его внешнему виду. Коротко стриженные каштановые волосы, недельная щетина, руки и мощная шея в татуировках. Он больше походит на байкера, а не на доктора. Зато глаза удивительного янтарного цвета светятся добротой и пониманием. Этакий лесоруб-добряк.

Я беспрекословно верю его словам и успокаиваюсь. От него чувствуется очень мощная энергетика, но она мягкая, обволакивающая и умиротворяющая. Именно про таких мужчин говорят “как за каменной стеной”, когда рядом такой человек, понимаешь что ничего плохого с тобой не может случиться. Но Боже упаси иметь такого врага! Снесет и не заметит. Наверное, именно такими были былинные русские богатыри.

— Спасибо вам большое — спохватываюсь, осознав что неприлично долго рассматриваю доктора — как мы можем вас отблагодарить?

— Поскорее восстановиться, большей благодарности мне не надо — улыбается он.

Улыбка у него тоже оказалась теплой и светлой, как будто лучиком согрела. На небритых щеках заиграли ямочки, в глазах заплясали золотистые искорки.

Я невольно улыбаюсь в ответ:

— Мы с Евой постараемся!

— Ева значит? Красивое имя — Егор Александрович заглядывает в кувез, где сладко спит моя малышка.

— Ну отдыхайте, если что, жмите на кнопку, медсестра сразу придёт.

Он направляется к двери, но внезапно поворачивается и внимательно смотрит на меня:

— С мужем, я вижу, все в порядке?

Ох, наверное он тоже видел ту некрасивую сцену и теперь думает что Славик мне изменяет, а я как лохушка его прощаю.

— Да, понимаете, это просто недоразумение… — почему-то мне хочется оправдаться перед этим незнакомым мне мужчиной, объяснить ситуацию.

Но он останавливает меня взмахом руки:

— Это абсолютно не мое дело. Мне важно чтобы вы были спокойны. Больше меня ничего не касается. Отдыхайте. Я рад, что у вас все хорошо.

Он вышел, а я осталась в разобранных чувствах. Ведь этот доктор тоже видел то же что и я. Почему я не спросила у него? Рука тянется к кнопке вызова, но тут же отдергивается назад.

“Егор Александрович, а вы видели как мой муж целуется со своей секретаршей? Как вы считаете ему понравилось?” Так что ли?! Стыд-то какой!

Сейчас, когда Славы нет рядом и его обаяние на меня не действует, я пытаюсь снова восстановить в памяти тот поцелуй. Перед глазами ее руки с красными ногтями на плечах моего мужа, его сильные загорелые ладони на ее тонкой талии, склоненные друг к другу головы. Страсть, животная, неприкрытая, отчаянная. Не со мной!

Сердце щемит от боли, на глаза наворачиваются слезы, душа словно разбивается на мелкие осколки и колет в груди так, что хочется выть. Не хочу! Не могу думать об этом!

Я смотрю на свою дочь, она такая маленькая, беззащитная, ради нее я должна быть сильной. Как же я смогу позаботиться о ней, если со своей собственной жизнью справиться не в состоянии?

Я понимаю, что как бы не хотела я верить мужу, какие бы теплые отношения у нас не были, я должна выяснить правду. Что я буду делать если факт предательства подтвердится я еще не знаю, подумаю об этом позже, но я точно знаю что не смогу жить и растить ребенка во лжи. Моя кроха не заслужила этого и я постараюсь окружить ее только любовью. Даже если мое сердце будет разбито на куски, я смогу, я выдержу все и даже больше!

От этого решения мне становится чуточку легче, хотя знаю, что самое трудное еще впереди.

Ева недовольно морщит носик, просыпается и громко ревет, голодная. Я быстро вытираю слезы и нажимаю на кнопку вызова медсестры.

Дверь в палату открылась, но это, оказывается, не медсестра…

Глава 5

Дверь открывается и в палату входит, нет, влетает как красный пожар, благоухая розами и сандалом, звеня браслетами и шелестя пакетами, моя лучшая подруга Марго.

— Привееет! — кричит она с порога, протягивая руки — Поздравляяяю!

— Привет! — радуюсь я, очень по ней соскучилась и сейчас ее поддержка мне просто необходима.

— А кто у нас тут такой сладенький плачет? — она бросается к грелке и достает малышку.

— Марго, осторожно — беспокоюсь я на всякий случай, хотя Марго опытная мать, у нее двое отличных пацанов и я ей полностью доверяю.

— Не ссы подруга! Я двоих вырастила и ни одного не уронила! — заявляет Марго — Ну почти…

Ева затихает и с интересом рассматривает ярко накрашенную тетку, которая так бесцеремонно схватила ее на руки и кружит с ней по палате. Однако, голод берет свое, и Ева снова вопит во всю мощь своих маленьких легких.

— Дай ее мне, я покормлю — прошу я, грудь расперло и от криков малышки молоко все больше прибывает.

Марго аккуратно кладет дочку мне на колени и я неумело пытаюсь накормить кроху, она сердито отворачивается и кричит, даже покраснела вся.

— Ты не умеешь что ли? — удивляется подруга. — дай помогу!

— Не умею… — я вспотела и расстроена, в ушах звенит от гневных воплей.

Марго ловко впихивает мою грудь в маленький ищущий ротик и малышка тут же начинает сосать, от удовольствия прикрыв глазки. Вот что значит опыт.

В палате воцаряется благословенная тишина, но не надолго, Марго тут же развивает бешеную деятельность.

Она с ужасным скрипом подвигает тяжелый столик к кровати и начинает распаковывать свои многочисленные пакеты. На столе появляются все новые и новые контейнеры с деликатесами.

— Так, это тебе фрукты, бананы и яблоки, других пока не ешь, может аллергия начаться у ребенка. Это курица запечённая, это котлетки домашние, это вот печенье, пирожки…

— Марго! Куда столько?! — я пытаюсь прервать этот поток гастрономических изысков.

— Так, пирожки, Анна Николаевна пекла! — Марго сразу идет с козырей.

Она знает, что от пирожков ее свекрови я не откажусь даже под страхом смерти.

Таких вкусных пирожков я не пробовала даже в самых крутых ресторанах, куда частенько водил меня супруг. Я вспоминаю, что ничего не ела со вчерашнего дня. Рот моментально наполняется слюной и я, удобнее устроив малышку на коленях, тяну руку:

— Дай!

Марго, хитро улыбаясь, сует мне пирожок и принимается готовить чай. Хорошо в палате есть для этого все необходимое.

Через полчаса я с изумлением оглядываю остатки пиршества.

— Я