Поцелуй под дождем - Лили Орландо

– Совсем сдурела, девка? – это оказался крупный немолодой мужчина, к моему сожалению или счастью, с отменной реакцией. Я успела лишь пару раз моргнуть, как по тому месту, куда упал телефон, проехал первый автомобиль, обдавая брызгами уже нас, стоявших на тротуаре пешеходов.

– Козёл, – прокомментировал кто-то рядом.

Я стояла, мокрая с ног до головы, но совсем не это наполняло сердце отчаянием. Мой телефон лежал в луже, а по нему проезжали абсолютно равнодушные к моему горю машины.

Зелёный человечек на светофоре загорелся через несколько секунд, но для меня прошла вечность. Дрожащими пальцами я выудила из воды смартфон и заспешила на противоположную сторону улицы.

Уже в автобусе вытерла его носовым платком, с тоской разглядывая покрывшие тёмный экран трещины. Попробовала включить, но то, что несколько минут назад было высокотехнологичным гаджетом, теперь превратилось в мёртвый кусок пластмассы.

Денег на новый у меня не было, как и возможности оформить кредит. К тому же через пятнадцать минут начинался мой первый рабочий день.

На инструктаже я поняла в лучшем случае половину, все мысли были заняты тем, как Егор прилетает в Москву, набирает мой номер, а там… абонент не абонент.

После работы я зашла в салон сотовой связи, чтобы восстановить сим-карту. А дома попыталась вставить её в телефон и включить. Но это не сработало.

Звонок в дверь раздался уже очень поздно. Время близилось к полуночи.

Внутри ёкнуло. Что если это Егор? Не смог до меня дозвониться и вернулся в Питер…

Но за дверью стояла моя младшая сестра. И лицо у неё было раздражённым. С её кукольной внешностью – голубыми линзами и блондинистыми кудряшками – это выглядело забавно, но сейчас я не способна была веселиться.

– Ты чего телефон выключила? – вместо приветствия спросила Любаня, обходя меня и проходя внутрь квартиры.

– Не выключила, – вздохнула я, – утопила в луже.

И рассказала ей, что произошло.

– Ну ты даёшь! – непонятно, восхитилась или ужаснулась сестрица, рассматривая мёртвый гаджет. И добавила: – Надо аккуратней быть.

Я привычно сдержала готовую сорваться колкость. Уж кому бы говорить об аккуратности. Моя младшая сестра совершенно не умела пользоваться вещами. Всё у неё билось, ломалось и рвалось. И ладно бы портила только свои вещи, но Любаня частенько одалживала у меня, причём не всегда с моего ведома.

А потом ставила перед фактом: она не виновата, оно само как-то порвалось, прожглось, разбилось (нужное подчеркнуть)…

Впрочем, какой смысл подсчитывать, кто из нас менее аккуратен, если телефон это не вернёт?

– Ну и ладно, – отмахнулась сестра, – купишь новый.

– У меня нет денег.

– Возьми в кредит, – легкомысленно предложила она, и я снова сдержала раздражение, спокойно ответив:

– Я плачу твои кредиты, ты забыла?

Любаня смущённо потупилась. Похоже, и правда забыла.

– Слушай, а этот твой мужик… – вдруг встрепенулась она, – давай его поищем в соцсетях?

– Давай, – я готова была расцеловать Любаню в обе щёки. Иногда она умела генерировать отличные идеи.

– Как его зовут?

– Егор.

– А фамилия?

– Не знаю… – мне как-то не пришло в голову спрашивать фамилию Егора.

– Ну ты даёшь, сестрёнка, – восхитилась она, – переспала с мужиком и даже не знаешь, как его зовут.

Я вышла в кухню. Прислонилась лбом к окну, глядя в серый летний сумрак. Из уст младшей сестры всё звучало совсем иначе. Это действительно на меня непохоже. В нашей семье легкомыслием отличалась только Любаня. Я же была аллегорией здравомыслия и рассудительности.

До вчерашнего дня…

– Ладно, не парься, – сестрица ворвалась в кухню, размахивая своим смартфоном, – давай поищем твоего Егора. По фотке хоть узнаешь?

– Узнаю, – я улыбнулась. Конечно, узнаю.

Через полчаса радости у меня поубавилось, а через час она и вовсе рассеялась. В социальных сетях оказалось несколько миллионов Егоров и ни одного, похожего на моего.

– Сегодня у тебя заночую, электрички уже не ходят, – когда сестрица начала зевать, я бросила взгляд на часы.

Ой, как поздно.

– Пора спать, мне утром на работу.

Но ещё долго лежала без сна, слушая, как рядом сопит Любаня. Я думала о Егоре, вспоминала наше недолгое знакомство и не могла поверить, что всё вот так закончится.

Ничего, с первой же зарплаты куплю телефон, даже если мне придётся завтракать, обедать и ужинать исключительно макаронами с солью.

Через три дня я улетела в Нью-Йорк, оставив свою съёмную квартиру младшей сестре. У неё не было денег, чтобы проплачивать дальше, но до конца месяца сестрёнка сможет пожить самостоятельно. Пусть наши приёмные родители немного отдохнут. Любаня иногда может быть сложным человеком.

Нью-Йорк тоже встретил меня проливным дождём, и я решила, что это хороший знак. Мы обязательно встретимся с Егором. Ведь это любовь, та самая, что одна на миллион. Она не может испариться бесследно.

Новый гаджет я купила спустя две недели. И, если честно, ожидала, что, когда включу его, тут же посыпятся эсэмэски. Но телефон молчал. Сим-карта была девственно чиста.

Но я не отчаивалась.

Каждый вечер прочёсывала соцсети: «Фейсбук» «Вконтакте», «Инстаграм», даже «Одноклассники». Я тоже везде зарегистрировалась, разместила свою последнюю фотографию и ждала, что вот-вот пиликнет сообщение.

Несколько вечеров спустя заметила, что все лица сливаются в одно, и я уже не была на сто процентов уверена, что этот мужчина не может быть моим Егором, или вот этот…

Спустя ещё две недели бесплодных поисков я сдалась. Но где-то в глубине души всё равно продолжала надеяться. Не выпускала телефон из рук, даже когда ходила в ванную. Ложась спать, клала его под подушку, чтобы ответить, если вдруг Егор позвонит.

А потом поняла: он не позвонит.

С меня как будто сняли шоры, и я увидела ситуацию, как она есть. Мужчина в командировке развлёкся с неопытной девушкой. Все получили удовольствие. А дальше – ничего не будет. Егор же не обещал мне долго и счастливо. Он вообще ничего мне не обещал.

Не знаю, как я не умерла тогда. Сердце то вдруг замирало, то начинало колотиться как заполошное. Я задыхалась. Бросилась открывать окно, забыв, что здесь они устроены по-другому. Сходу не сумела разобраться, поэтому уселась на подоконнике, обхватила руками колени и разрыдалась.

Какая же я дура.

А в шесть утра поднялась, приняла душ, наложила дневной макияж, чтобы скрыть следы слёз и бессонной ночи, и отправилась на работу. Это всё ерунда, от разбитого сердца не умирают. Сделала вывод и будешь жить дальше.