На пути к венцу - Робин Доналд

– Марк работает у меня, значит, я отвечаю за его действия.

Хозяин дома снова взял ее за локоть, помогая подняться. Ианта сделала несколько шагов и от острого приступа боли чуть не упала. Пробормотав что-то сквозь зубы, мужчина энергичным движением подхватил свою гостью на руки.

– Эй! – только и крикнула она, не в состоянии больше ничего произнести, так как у нее перехватило дыхание.

– Возможно, вы бы предпочли, чтобы на моем месте оказался Марк, но сейчас с вами я.

Крепко прижав ее к мускулистому телу, мужчина с удивительной легкостью направился по коридору к широкой входной двери. Овладев собой, Ианта сказала как можно спокойнее:

– Нести меня не нужно, в этом нет необходимости.

– Вы бледны, и ваш лоб в испарине. Я не хочу, чтобы по дороге вы потеряли сознание.

– Падать в обморок я не собираюсь. У меня немного болит нога, но идти я могу сама.

Ианта больше всего не любила, когда ее жалели. Однако мужчина с ней не спорил. Возможно, он действительно ощущал вину за действия Марка. Ее сердце подпрыгивало и замирало всякий раз, когда она бросала взгляд на суровый и красивый мужской профиль всего в нескольких сантиметрах от ее глаз. «Обычная симпатия, которую испытывает всякая молодая женщина при встрече с интересным мужчиной, – не более того», – подумала Ианта и огляделась по сторонам.

Они оказались в уютном дворике, в глубине которого стоял вместительный «рейнджровер».

– Осторожно, – предупредил мужчина, бережно опуская ее на землю.

Женщина ухватилась за ручку дверцы, и на какое-то время он снова обнял ее, поддерживая. Ианта отпустила ручку, и он отступил назад.

– Вы сможете сесть? – Он распахнул перед ней дверцу.

– Да, конечно.

Преодолевая неутихавшую боль в ноге, она забралась на сиденье, облегченно вздохнула и пристегнула ремень. Мужчина обошел автомобиль, открыл другую дверцу и сел за руль.

– Я полагаю, вы оставили свою машину возле калитки? – спросил он, заводя мотор.

– Да, у обочины.

Он уверенно вел большой автомобиль по узкой песчаной дороге. Ианта молча смотрела вперед, пока не увидела свою машину возле молодого сосняка.

– Вот она, – указала она.

– Я вижу.

Он затормозил рядом с ее машиной. Ианта торопливо вылезла из «рейнджровера» и заковыляла к своей подержанной «тойоте», подавляя ироничную улыбку: единственное, чем ее машина была похожа на роскошный «ровер», – это густая пелена песчаной пыли, которая их покрывала.

Ианта забралась в жаркий, нагретый солнцем салон и опустила стекла. Ей хотелось, чтобы ее провожатый, кто бы он ни был, поскорее уехал, оставив ее одну, не навязывая более близкое знакомство. Ей ни с кем не хотелось делиться переживаниями прошлого, а будущее не предвещало никаких перспектив.

– Спасибо, что проводили! – Она принудила себя мило улыбнуться.

– Это я должен заранее поблагодарить вас за то, что не станете обращаться в полицию, – ответил он, высунувшись из окна машины.

– Нет, не стану.

– Если желаете, могу предложить вам свой пляж – в любое время, когда захотите купаться.

– Благодарю, вы очень любезны.

Ианта завела мотор, но тот закашлял и заглох. Она попробовала снова. К счастью, со второй попытки он завелся. Ианта помахала мужчине рукой и начала выруливать на дорогу. Он крикнул ей вслед:

– Я еду за вами! Хочу удостовериться, что вы благополучно доберетесь!

«В этом нет необходимости», – хотела было ответить она, но ее машина уже оторвалась на несколько метров и набирала скорость.

Следовавший сзади «ровер» держался на расстоянии, словно охраняя ее. Поначалу Ианта раздумывала, не остановиться ли у какого-либо чужого коттеджа, но здравый смысл подсказал ей, что если незнакомец захочет узнать, где она живет, то сделает это с помощью обычных расспросов.

Наконец она подрулила к третьему коттеджу на берегу озера, развернулась во дворике с нависавшими ветвями огромного кедра и въехала в гараж. «Ровер» притормозил у обочины, его мотор продолжал работать на холостом ходу, пока Ианта не поставила машину и не направилась к двери домика. Последнее, что женщина успела увидеть, когда оглянулась, – красивый мужской профиль и руку, машущую на прощание. Он отъехал, когда Ианта вошла в коридор, щелкнув замком входной двери.

Женщина распахнула окна, чтобы проветрить помещение, и села в кресло, размышляя о своем приключении.

Что же это за роскошный дом, в котором она случайно побывала? Он не похож на обычное пристанище туриста. И что за человек хозяин дома, зачем-то нанявший охранника? Уж не скрывается ли он от кого-то? Вряд ли. Но что она знает о жизни богачей? Или таких красавцев, как он? С его внешностью он мог бы стать кинозвездой. Его лицо словно сошло с обложки модного журнала: оно казалось удивительно знакомым.

Ианта взглянула на шрам на ноге, в тысячный раз убеждаясь в его отвратительности. Пурпурно-красный и неровный, с розоватыми следами швов, он протянулся от лодыжки до бедра. Когда-то Ианта едва не умерла от болевого шока и потери крови. Тогда она даже желала смерти – как избавления от мук. А в период длительного выздоровления в довершение всех бед пришлось еще испытать на себе жалость окружающих, которые безмерно ей сочувствовали, убеждая смириться с искалеченной ногой. Сейчас она вспоминала это время и удивлялась: «Неужели и я сама начинаю жалеть себя? Раньше я за собой такого не замечала».

Ианта направилась в ванную, погрузив пальцы в густые локоны волос и откидывая их на спину. Родители ее подруги Трисии Уфам, которым принадлежал коттедж, поселили Ианту здесь на неограниченный срок. Отдавая ей ключи, Трисия говорила: «Когда твои волосы отрастут до плеч, не отрезай их, пусть будут еще длиннее – они у тебя такие красивые!» Тогда Ианта ответила: «Мне приходится их подрезать, потому что они мешают—я провожу много времени под водой с аквалангом».

Теперь она сомневалась, что вообще когда-либо наденет акваланг. Было бы просто счастьем, если бы она снова смогла заниматься плаванием. Стиснув зубы, Ианта заставила себя умыться. «Жалость к себе – последнее прибежище для нытиков, – сказала она своему отражению в зеркале, – скоро я смогу плавать, нужно еще немного потерпеть».

В дверь постучали. Сидевший за рабочим столом мужчина оторвался от чтения газет:

– Да, войдите.

На пороге появился Марк.

– Перед тем как вы начнете меня отчитывать, – смущенно начал он, – я сам хочу признать, что поступил по-идиотски.

Складка на лбу Алекса Консидайна чуть разгладилась.

– Впредь пусть твое рвение не затмевает разум. И, если заподозришь что-то неладное, сначала сообщи мне, – Алекс улыбнулся. – Тебя, наверное, усиленно инструктировала моя мать?