Невинная жертва - Мэрил Хенкс

На первый взгляд это был вполне невинный вопрос. Но Мадлен сразу почувствовала, что за ним кроется что-то очень серьезное и неприятное для нее.

Она сосредоточилась и ровным голосом ответила:

— Мне кажется, я тебе уже говорила, что взяла в банке кредит, а остальные деньги выручила от продажи своего дома. Помнишь, я показывала его тебе по дороге сюда?

— Ты говорила, что очень любила его. Я удивлен, что ты решилась с ним расстаться.

— Я не хотела с ним расставаться. Но после смерти родителей у меня не было выбора. Я еще училась в университете, и мне нужны были деньги.

— И даже теперь мне не совсем ясно, как тебе хватило средств выкупить те документы, о которых ты упоминала. Они стоят очень дорого.

— Я всегда старалась выйти на частного продавца, минуя аукционы, где цена вещей баснословно возрастает.

— Приведи какой-нибудь пример, — попросил он с явно неслучайной заинтересованностью.

— На самом деле нечего и рассказывать…

Но Луи продолжал настаивать:

— Как ты вообще узнала о существовании того древнего письма, как оно попало к тебе?

— Мне сообщил о нем знающий человек.

— Вчера, когда ты мне рассказывала об этом документе, ты сказала, что не уверена в его подлинности.

— Я уверена в ней, но в сложившихся обстоятельствах ничего не могла доказать.

— Почему?

— Потому, что документ попал ко мне сложным путем…

— Ты имеешь виду, нечестным?

Ее бросило в краску, и она с усилием произнесла:

— Нет. Я не имела в виду нечестный путь. Это была частная продажа. Я заплатила столько, сколько с меня запросили.

— Тогда в чем проблема?

— Проблема в том, что продавец обещал предоставить соответствующие подтверждающие документы, но не выполнил обещания. Поэтому я не могла доказать его подлинность и была вынуждена продать за бесценок.

Луи вытащил из конверта листок и протянул ей.

— Скажи, что ты об этом думаешь?

Мадлен взяла листок и принялась внимательно читать его. Она не верила своим глазам — это был тот самый документ. Она внимательно осмотрела подпись автора письма. Сомнений в подлинности быть не могло.

— Что-то не так? — спросил Луи.

— Похоже, это подлинник.

— Ты совершенно права, — согласился он.

Она почувствовала себя крайне глупо.

— Но этот документ идентичен тому, что был у меня.

Он только молча смотрел на нее.

— Если так, — продолжила она, — значит, мой вариант был копией. Тогда неудивительно, что я не получила бумаги, подтверждающей его подлинности.

— А ты не думаешь, что это одно и то же письмо?

Она покачала головой.

— Но это невозможно!

— Почему ты так уверена?

— Потому что это письмо из коллекции месье Мориса.

— Оно принадлежало месье Морису, но было украдено.

— Украдено? — вскрикнула она. — Как это могло случиться?

— Я думал, ты могла бы мне разъяснить.

— Я?! Каким образом? — Она осеклась, и ее лицо стало бледным как полотно. — Не думаешь же ты, что я украла его!

— А разве нет?

— Что?! — От гнева ее лицо вспыхнуло и загорелось. — Не говоря о том, что мне такое оскорбление и в дурном сне не могло присниться, какие у меня для этого были возможности?

— Дорогая, мы оба знаем, что у тебя было несколько возможностей. Не надо притворяться. Пришла пора признаться.

— Я не понимаю, о чем ты говоришь. Если ты до сих пор думаешь, что я была одной из девиц твоего отца…

— Я так не думаю.

— Что бы ты там ни думал, это какая-то ерунда. Я ничего не украла за всю свою жизнь. И какой мне был смысл красть такой документ, если я не могу подтвердить его подлинность? Он не мог бы принести мне большой прибыли.

— Это основная проблема. Но ведь можно было бы, например, сфальсифицировать подтверждающие документы. Я даже слышал, что есть не вполне добросовестные коллекционеры, которые могли бы закрыть глаза на отсутствие сопроводительных бумаг, если документ их всерьез интересует и они уверены, что это подлинник. Значит, это недостаточный аргумент. Ты сама говорила, что не хотела связываться с проблемой доказательств подлинности, потому что не намеревалась продавать его…

— Ты сумасшедший, — сказала Мадлен прерывающимся голосом. — Тот документ, который был у меня, и этот не одно и то же. Этого не может быть, я знаю.

— Откуда такая уверенность?

— Мой документ совсем недавно сменил хозяина, а этот… Как давно он у тебя?

— Я купил его недавно вместе с другими ценными предметами. — Луи положил несколько рукописей перед ней на стол, чтобы она смогла их лучше рассмотреть.

Мадлен озадаченно смотрела на них какое-то время, а потом медленно произнесла:

— Значит, ты тот самый «коллекционер», который купил мою коллекцию?!

— Совершенно верно.

— Но почему? — беспомощно спросила она.

— Потому что в ней было несколько вещей, принадлежавших моему отцу. Я хотел их вернуть.

— Ты ошибаешься. Я никогда ничего не покупала у твоего отца. А уж тем более ничего не крала. Включая это письмо.

— Тогда скажи, так оно к тебе попало? А еще я хочу знать, где ты взяла это… это… и это… — Он выбрал три рукописи и ткнул в них пальцем.

Как только Мадлен взглянула на документы, она побелела как мел. Луи, увидев это, холодно произнес:

— Насколько я понимаю, объяснить их появление в твоей коллекции будет невозможно.

Она вскинула подбородок.

— Это возможно, но не легко. Видишь ли, я приобрела их необычным путем…

— Нисколько не сомневаюсь, — холодно заметил он.

— И тем не менее я их купила.

Он вздохнул, наблюдая, как краска заливает ее щеки.

— Не пора ли признаться, что ты все время лгала мне?

— Я тебе не лгала! — воскликнула она со смесью гнева и усталости.

— Почему же ты не хочешь сказать мне правду?

— Потому что в эту историю замешан еще кое-кто.

— Твой бывший парень?

— Как ты догадался? — удивилась она.

— Я знаю все. Или почти все. Но изложи мне свою версию.

Мадлен глубоко вздохнула и начала:

— Кажется, я говорила тебе, что Анри работал на компанию, занимающуюся оценкой антиквариата. В его обязанности входило посещать потенциальных клиентов, выяснять, что они хотят выставить на продажу, и сообщать им примерную сумму, на которую они могут рассчитывать. Он предложил мне при случае выяснять у владельцев интересных рукописей, не захотят ли они продать свою собственность частному покупателю, то есть мне.