Заслужить доверие - Сандра Филд

Впервые она сказала дочери вслух слова любви.

— Здорово! Скоро увидимся, — ответила Кит без единой нотки наигранности или фальши.

Следующие семь часов показались семью днями. Марни сделала уборку, поужинала и приняла душ. Потом надела свою любимую блузку из тонкого шелка, наложила макияж и надела свои лучшие золотые украшения. Она была готова к встрече больше, чем когда-либо. По дороге в аэропорт она сидела, вцепившись руками в руль, и была на месте за час до прибытия самолета.

Пока электронные часы в зале ожидания медленно отсчитывали минуты, Марни тщетно пыталась сконцентрироваться на статье в оставленном кем-то журнале. Наконец на экране высветилось сообщение о том, что самолет Кэла благополучно приземлился. Пятнадцать минут спустя двери распахнулись, и в зале стали появляться пассажиры, среди которых Марни с замиранием сердца выискивала знакомое лицо.

Кэл оказался пятидесятым. Он хромал и вообще выглядел ужасно.

Он поискал ее глазами, и, когда увидел, на его до того напряженном лице появились спокойствие и умиротворенность.

Он подошел к ней, поставил на пол чемодан, крепко ее обнял и провел рукой по волосам, после чего губы их сблизились в сладком и долгом поцелуе. Возможно, слишком долгом для общественного места.

— Марни, я люблю тебя. Ты выйдешь за меня? — проговорил он.

Она отступила, не в силах поверить в то, что услышала.

— Что у тебя с лицом?

— Попал в драку. Вернее, в несколько драк. Отвечай на вопрос.

— Опять ты со своими приказами.

У него на лице появилась лукавая усмешка.

— Встать на колени я не могу — получил удар дубинкой по бедру. Выходи за меня, Марни.

— И снова приказ? — Она обвила его шею руками, тщательно стараясь не касаться распухшей скулы. — А ведь речь идет о твоей судьбе.

Он прижал ее к себе.

— Она в твоих руках.

Марни усмехнулась.

— В таком случае, Кэл Хантингдон, приказывать буду я. Скажи еще раз, что любишь меня.

Он взял ее лицо в ладони и снова поцеловал.

— Я люблю тебя так, что мне трудно дышать без тебя. В Лондоне я сразу кинулся к телефону, как только сошел с трапа, боясь, что не дозвонюсь и не смогу услышать твой голос.

Марни прижалась лицом к его плечу.

— После твоего звонка я всю ночь не могла заснуть. Поцелуй меня снова и будешь прощен.

Он подчинился.

— Прошлой ночью мы очутились в самой горячей точке, и в течение нескольких часов не было никакой уверенности, что нам удастся выкарабкаться и что я снова смогу увидеть тебя так близко, смогу прикоснуться к тебе. Страшные обстоятельства помогли мне понять, что любовь сильнее разлуки. Но осознал я это слишком поздно.

— Не так уж поздно, — возразила Марни. — Потому что я тоже люблю тебя.

Он застыл и посмотрел на нее в упор.

— Правда?

И она громко повторила то, что стало ее заклинанием:

— Я люблю тебя, ты нужен мне, я не могу жить без тебя.

— Вполне достаточно, чтобы выйти за меня?

— О да, — ответила она, снова припала к его губам, будто он отсутствовал десять месяцев, а не дней. Потом сказала: — А теперь поехали домой.

— Где бы этот дом ни находился, — согласился он.

И они двинулись к машине.

— Как, по-твоему, Кит отнесется к новости о нашей свадьбе? — Кэл откинулся на сиденье, и Марни стала выруливать со стоянки.

— В воскресенье Кит сказала мне, что будет здорово, если мы поженимся. Она также предположила, что ты захочешь переночевать у меня, потому что устанешь с дороги, а мой дом поближе.

Кэл ухмыльнулся:

— Да, она бывает весьма предусмотрительной. Разбуди меня, когда доберемся до твоего дома, ладно?

И он закрыл глаза, окруженные черными тенями. Возле дома Марни осторожно открыла дверь и ласково шепнула:

— Кэл, мы дома.

Проснулся он мгновенно.

— Мне срочно требуется душ, — простонал он.

Странное чувство возникло в ней, когда он переступил порог ее дома. Она достала для него чистые полотенца, в спальне накинула на себя свой лучший пеньюар с длинными, до бедер разрезами и села на кровать, расчесывая волосы.

Марни услышала, как открылась дверь ванной комнаты, и Кэл вошел в спальню, опоясанный полотенцем.

— Все не так плохо, — сообщил он с видимой неловкостью. — Лондонский врач сказал, что вроде все на месте.

Она окинула взглядом его покрытое багровыми синяками и ушибами тело, кривой, аккуратно зашитый шов на руке и тихо ответила:

— Да, любить тебя — непростая задача.

Он сел рядом, положил руки на ее обнаженные плечи.

— Это и означает жить с риском.

Она вздохнула:

— Я обещаю никогда не пытаться покорить Эверест, но и ты пообещай не ездить в десять самых опасных мест мира.

— Договорились, — согласился Кэл.

— Я люблю тебя, — призналась Марни, убирая прядь волос с его лба.

— Я уже так долго не показывал тебе, как тебя люблю я, — вспомнил он.

— Не похоже, чтобы ты был в форме, — с сомнением произнесла Марни. — Мы могли бы просто лечь и поспать. У нас ведь вся жизнь впереди.

— Спать мы с тобой будем позже, — заявил Кэл и начал целовать ее.

На следующее утро они сообщили всем о своем решении пожениться.

Кит была в восторге.

Кристин тоже.