Мелодрама по-голливудски - Тереза Карпентер

Она увидела, как Рей снимает сверху то, что видит внизу, и ее душа ушла в пятки.

– Рей.

Хотелось потребовать, чтобы он спустился. Но жажда приключений – часть его натуры, и она не смогла бы удержать его своими страхами. Для уверенности она обхватила центральный столб лестницы и с тревогой смотрела на Рея.

– Еще минуту, Бомба. – Он еще сильнее наклонился вперед.

– О господи боже мой!

Если он не разобьется насмерть, то это сделает она. Внезапно весь мир закружился перед глазами. И не потому, что упал он. Падала она. Вместо него.

Лорен любила этого блестящего, сумасшедшего, заботливого, упрямого и веселого человека.

Ничто не могло убедить ее в этом лучше, чем вид Рея на краю обрыва высотой двести футов. Это чувство было таким огромным, что все ее предыдущие отношения показались чем-то мелким и незначительным. В том числе и история в колледже. Она даже не смогла вспомнить имя негодяя.

Рей вытеснил всех из ее сознания и сердца.

– Эй. – Внезапно он оказался прямо перед ней. – Все в порядке. Там же стекло, упасть невозможно.

– Попробуй убедить в этом мое сердце, которое чуть не разорвалось.

– Это совершенно безопасно. Зато я сделал потрясающие снимки.

Лорен даже не стала смотреть.

– А-а, ну тогда ладно.

Она только что осознала, что в этом человеке заключен весь ее мир, а он решил проверить на себе прочность стекла в короне статуи Свободы. Он мог угробить себя еще до того, как увидит своего ребенка.

Его ребенок. О боже! Надо ему сказать. Лорен почувствовала, что дольше откладывать нельзя. Но рядом стояли Фелтон Смит и рейнджер Пачеко. Как можно сообщить любимому мужчине, что он станет отцом, в такой компании?

– Ну ладно, ладно. Извини. – Он нежно поцеловал Лорен. – Это потрясающе, я забыл обо всем. Пойдем со мной. Давай я покажу тебе, что видел.

Он поднялся вплотную к стеклу и протянул руку.

– Я не могу.

– Я тебя подержу.

Он схватил ее за руку, которую она инстинктивно протянула к нему, и подтащил к себе. У Лорен закружилась голова, но Рей обхватил ее обеими руками.

– Все нормально?

Она кивнула, но напряглась.

– Не отпускай меня.

– Не буду. Смотри, вон там Куинс. А там Манхэттен. Видишь шпиль? Это наш отель.

Стоя в его объятиях, Лорен слушала, и лежавший перед ней мир Рея наполнялся смыслом и жизнью. Слушая его восторженный рассказ, она постепенно успокаивалась. Он рассказывал о своем новом фильме, и она начинала видеть город его глазами.

Наконец Пачеко объявил, что время вышло. Рей осторожно помог ей спуститься.

– Могу тебя обрадовать. Фелтон сказал, что мы успеем посмотреть музей на Эллисе.

Лорен была поражена. Она всегда обращала внимание на его потребность держать все под жестким контролем, а теперь видела, каким невероятно щедрым и уступчивым мог быть Рей. Он пожертвовал частью своих планов ради того, чтобы она могла удовлетворить свой туристический интерес. К тому же это как нельзя кстати. Когда они доберутся до острова Эллис, она отведет его в сторону и скажет о ребенке.

Дорога до Эллис показалась вдвое длиннее дороги оттуда. Правда, благодаря тому что полностью погрузилась в свои мысли, Лорен совсем не чувствовала холода. Радость и тревога вели ожесточенную борьбу. Она не знала, какова будет реакция. Конечно, ей хотелось, чтобы Рей пришел в восторг. Но, зная его историю, Лорен понимала, что хочет слишком многого. Будет хорошо, если он обрадуется и подумает о возможности совместной жизни. Господи, неужели она хочет жить с ним? До вчерашнего дня Лорен упорно считала, что будет растить ребенка одна.

«Не торопи события, девочка», – предупредил рассудок.

Катер причалил к острову Эллис. Когда они подошли к зданию музея, Лорен повернулась к сопровождающим, придав улыбке как можно большее сияние.

– Мы могли бы продолжить осмотр вдвоем? Всего несколько минут.

– Конечно. – Рейнджер Пачеко протянул руку. – Желаю приятного осмотра. Если я вам понадоблюсь, попросите кого-нибудь из рейнджеров позвать меня.

– Вы нам очень помогли. – Рей пожал ему руку. – Жаль, что в детстве я так редко бывал здесь.

– Иногда нам нужно время, чтобы по-настоящему что-то оценить. Всего доброго.

– Жду вас у вертолета через сорок минут, – отозвался Фелтон.

– Отлично придумано, Рэндел. Я уже начал от них уставать. – Рей обнял ее за плечи и ткнулся носом в волосы. – М-м-м… как хорошо пахнет. Из твоих предков кто-нибудь проходил через миграционный центр на острове Эллис?

– Мой прапрадедушка по материнской линии. Он прибыл из Англии в 1908 году в возрасте шести лет.

– Здорово. А Мамо приехала из Ирландии. Слушай! Я точно помню, что это было в 1908-м. Может быть, они стояли в одной очереди?

– Звучит романтично. Я уже вижу, как у тебя в голове рождается сценарий. Похоже, поездка произвела на тебя впечатление. Правда, раньше ты не снимал кино про любовь.

– Всегда полезно расширить горизонты. Куда ты меня ведешь? Вход там.

– Знаю. Мне надо с тобой поговорить. – Чувствуя начинающуюся дрожь в коленях, Лорен с удовольствием опустилась на каменную скамью. – Я должна тебе кое-что сообщить.

– Что с тобой? Ты побледнела.

– Я в норме. – Она сцепила руки, надеясь, что под перчатками он не заметит, как они дрожат. Почему это так трудно? Что за проблема, сказать отцу о ребенке?

– Лорен, в чем дело? Ты вся дрожишь. – Рей принялся растирать ее руки, чтобы согреть.

– Сейчас ты тоже задрожишь.

– Не пугай меня. Скажи, в чем дело?

Глубокий вдох, медленный выдох. Она заглянула ему в глаза:

– Я беременна.

Рей отпрянул, как от удара. На миг его глаза радостно блеснули, но уже в следующую секунду лицо замкнулось. Прищурив глаза, он уставился вдаль.

– Ребенок. Теперь понятно, откуда твои проблемы с желудком. И почему ты отказываешься от кофе. Давно узнала?

– В день свадьбы Тори. – С отвращением услышав свой дрожащий голос, Лорен откашлялась, стараясь придать ему уверенности. – В то утро я сделала тест на беременность. Если бы не эта поездка, я бы уже сходила к врачу.

– Значит, ты знала об этом уже четыре дня назад и до сих пор молчала? – Он говорил так, словно она совершила непростительную глупость.

– Это стало неожиданностью. Мне нужно было время подумать.

На его лице мелькнуло страдальческое выражение.

– Нет! – Сердце сжалось от боли. Она вскочила и бросилась к нему. – Я думала не об аборте. Я бы никогда этого не сделала.