Как заарканить миллионера - Элизабет Беверли

До начала смены оставалось десять минут. Ее форма висела в шкафчике; в рюкзаке прятались доспехи Лорен Граб л-Монро — сегодня утром она встречалась с репортером из местного еженедельника. Вроде бы все прошло нормально. Сразу после интервью Дорси помчалась на лекции в колледж, а после колледжа не успела заскочить домой — надо было нестись в «Дрейк»… Честно говоря, она уже не помнит, когда в последний раз была дома.

Она прикрыла усталые глаза — всего на секунду… а в следующий миг очнулась от недовольно-болезненного тычка в плечо. Распахнув глаза, Дорси обнаружила, что над ней стоит Линди Обри в похоронно-черном костюме: брови нахмурены, губы поджаты, вид самый зловещий.

«Что на этот раз не так? — удивилась Дорси. — В кои-то веки я не опоздала на работу — так нет, она опять недовольна!»

— Ты знаешь, сколько времени? — обрушилась на нее Линди.

— Без десяти четыре, — не задумываясь, ответила Дорси.

Линди покачала головой.

— Ошибаешься. Пять минут пятого.

Дорси бросила взгляд на часы. В самом деле, ей уже пять минут как пора быть за стойкой, а она даже не переоделась!

— Не может быть! — пробормотала она. — Я пришла без четверти четыре…

— И чем же занималась последние двадцать минут? — язвительно поинтересовалась Линди.

— Я… э-э…

«Спала», — с ужасом поняла она. Господи, что же это такое: присела, закрыла глаза — и вырубилась на четверть часа?!

— Я… должно быть… не заметила… забыла о времени…

Линди скрестила руки на груди.

— Дорси, с меня довольно, — заговорила она. — За последний месяц ты пропустила больше половины рабочих дней. Мое терпение на исходе.

— Но я всегда прошу кого-нибудь меня подменить… — слабо оправдывалась Дорси.

— Неважно, — отрезала Линди. — Я наняла тебя на тридцать часов в неделю, и ты согласилась работать тридцать часов в неделю. Понимаю, бывают разные чрезвычайные обстоятельства. Я готова давать своим служащим отгулы — два-три в месяц. Но ты переходишь все границы. Если ты не справляешься с работой, я найму на твое место кого-нибудь другого. Ты все поняла?

Дорси кивнула.

— Очень хорошо. Больше никаких прогулов. И никаких опозданий.

— Но…

— Еще один случай — и ты уволена. Если не можешь работать по расписанию, лучше не работай вообще. Во всяком случае — у меня!

Дорси покорно кивнула:

— Хорошо, Линди.

— Да, кстати, на этой неделе тебе придется поработать сверхурочно. В субботу вечером. Один из членов клуба устраивает у себя вечеринку, и ему нужен бармен. Начнешь работу в шесть вечера. Вот адрес.

И, не дожидаясь ответа (а что тут можно было ответить?), Линди сунула ей в руку листок бумаги с адресом.

— В шесть часов, — повторила она. — И не опаздывай!

— Не опоздаю, — заверила ее Дорси.

Линди уже собиралась повернуться и уйти, как вдруг взгляд ее упал на верхнюю полку приоткрытого шкафчика. Нет, не обручальное кольцо привлекло ее внимание — историю с обручальным кольцом Линди знала и хитрость Дорси одобряла. Хозяйка клуба не сводила глаз со стопки пухлых, мелко исписанных блокнотов — рабочих заметок для будущей диссертации.

Дорси порой сомневалась, стоит ли держать материалы в раздевалке «Дрейка», где они могут попасть в чужие руки. Но это было удобнее всего, а за сохранность своей тайны она почти не опасалась. Линди была помешана на неприкосновенности частной жизни — прежде всего своей, естественно, но и чужую уважала. Она никогда не задавала служащим личных вопросов, не совала нос в чужие дела. И не заглядывала в шкафчики своих служащих.

Бросив на Дорси последний предупреждающий взгляд, Линди повернулась на каблуках и пошла прочь. Она не сомневалась, что в шесть часов в субботу Дорси послушно явится по указанному адресу. А сейчас спешно переоденется и сломя голову помчится на рабочее место.

Конечно, помчится! Куда же она денется?

Как только найдет в себе силы сдвинуться с места.

С тяжелым вздохом Дорси поднялась и начала расстегивать любимую фланелевую рубаху. О предстоящих выходных она старалась не думать. Поскорее бы прошла эта суббота! Беспрерывная беготня, а главное — необходимость постоянно менять роли (от строгой преподавательницы — к бойкой улыбчивой барменше, от барменши — к секс-бомбе, и снова по кругу) совершенно ее вымотала. А впереди — никакого просвета. Работа, работа, работа… Нет, так больше нельзя. Ей надо отдохнуть. И ей, и Мак, и Лорен — всем трем.

Однако не идти на вечеринку нельзя. И не только потому, что за отказ ее уволят; завтра вечером она, если ухитрится не заснуть, увидит нечто новое и чрезвычайно интересное — миллионера в домашней обстановке. До сих пор Дорси наблюдала своих «подопытных кроликов» только в клубе, что, конечно, сужало поле исследования. А теперь узнает, как выглядит жилище изучаемого объекта, поглядит на ритуалы ухаживания… Или нет, лучше не надо. От ритуалов ухаживания, принятых в микросоциуме чикагских миллионеров, у нее надолго пропадет аппетит.

Вдруг Дорси подскочила от ужаса, вспомнив, что на эти выходные у Лорен намечена лекция в Северо-Западном университете! Ах нет… это в воскресенье. В субботу вечером и Лорен, и Дорси свободны.

Дверь шикарного пентхауза, куда явилась Дорси в субботу к, шести часам, открыл… Адам Дариен. Первая мысль Дорси была: «Так я и знала!» А вторая: «Но до чего же он хорош!»

Безупречно белая рубашка и угольно-черный костюм смотрелись, конечно, не так сексуально, как в «Дрейке» в конце дня, но тоже очень, очень ничего… А галстук от «Валентине»! Дорси охватило искушение немедленно его снять. А потом, прильнув к Адаму, спустить с его плеч пиджак и рубашку. Ботинки и носки он, должно быть, снимет сам, а вот с брюками она ему поможет. А потом в восторге пробежит ладонями по его освобожденному нагому…

— Привет, Мак. Давненько не виделись.

Ну вот, так всегда! Вечно ей не дают помечтать!

— Э… привет, — нерешительно ответила она, не зная, что к этому прибавить.

Точнее, не то чтобы совсем не зная… Во рту у нее вертелись и рвались с языка два животрепещущих вопроса. Только задавать их не стоило, потому что первый вопрос звучал так: «Адам, когда ты еще раз меня поцелуешь?» А второй так «Чем собираешься заняться после вечеринки?»

— Сегодня я поработаю за стойкой твоего бара, — сообщила она. — Линди сказала, что тебе не хватает… э-э… рабочих рук.

— А-а! — Он отступил, пропуская ее. — Проходи! Добро пожаловать!

Черт побери! Она-то думала, что он тоскует в одиночестве и жаждет новой встречи, а этот плей-бой, похоже, попросту забыл о том, что произошло в прошлый раз! Интересно, какие новые события (или, новые женщины — добавил внутренний голос) отвлекли его внимание? Как мог он забыть, что всего неделю назад на крыльце ее собственного дома… о-ох, не надо об этом!