король (не) желает жениться - Мила Синичкина

оступился, то я тем более свалюсь куда-нибудь. А мне нельзя, я с Робертом.

— Нет и сигнал не подать. Оно молчит, я пробовал, - Генрих забирается к нам. — И сам знаю, что

блуждать опасно. Значит, меняем план действий - устраиваемся на ночлег Вон, бревно

поваленное, на нем можно посидеть или опереться спиной, и трава здесь относительно сухая, - он

наклоняется и щупает землю. — Свой плащ я постелю под низ, а твоим укроемся. Ребенка

разместим между нами. Как-то, глядишь, продержимся до рассвета.

План, конечно, такой себе, но я лучше не придумаю. И усталость берет свое.

Спасибо Киприоту за ужасное гостеприимство, не успели снять дорожные плащи, так в них и

ходили по его дворцу.

- Давай, - вздыхаю, - больше делать все равно нечего. Надеюсь, погоню за нами не отправили.

- Пусть только попробуют, - говорит Генрих, расстилая свой плащ, — Прошу вас, устраивайтесь.

Огня бы нам, но можем привлечь нежелательное внимание. И в темноте будет сложно искать

необходимое для костра.

- А ты умеешь его разжигать в полевых условиях? — спрашиваю, устраиваясь на траве с Робертом.

- Теоретически.

Генрих усаживается следом, и мы укрываемся моим плащом.

- Мам, я голоден, - говорит Роберт.

- Я тоже, сынок, но придется потерпеть. Отнесемся к происходящему, как к приключению. Ты же

хотел отправиться в настоящий поход, - пытаюсь добавить голосу нотки позитива.

- В настоящий поход идут с припасами, - возражает Роберт.

- А ты представь, что у нас тайная вылазка, если не мы, то королевству не спастись, - произносит

Генрих.

С сомнением кошусь на него, но Роберта, кажется, устраивает этот вариант.

Ладно, - он кивает — И можете обнять нас с мамой, я чувствую, как вы дрожите. Но это не значит, что мы снова друзья. Мама слишком мягкая, но я буду напоминать ей о том, как вы накричали на

нее.

Договаривает Роберт и прижимается к моему боку, на автомате обнимаю его. Наши взгляды с

Генрихом пересекаются, он выглядит сконфуженным. Улыбаюсь от этого зрелища, хотя бы сын

способен сбить спесь с монарха.

- Можно? — произносит Генрих и неуверенно обхватывает нас руками.

- Тебе уже разрешили, - говорю и закрываю глаза.

Глава 15

Пробуждение ужасно. Мне кажется, я чувствую каждую косточку в теле, спина затекла и болит от

неудобной позы. Опускаю глаза, а Роберт все еще сопит, уткнувшись в мой бок.

С нежностью провожу рукой по его волосам, детям везде хорошо, лишь бы с мамой.

И тут понимаю, что Генриха-то нет рядом.

В панике осматриваюсь и не вижу его нигде. Не мог ведь он бросить нас. Или мог?!

- Генрих — произношу хриплым голосом. — Генрих!

Добавляю громче. Сердечко бьется с удвоенной скоростью, а Роберт беспокойно ворочается в

моих руках.

Неужели бросил? Вот гад. я еще ступила на путь прощения, и зачем?

-Мальчик мой, просыпайся, нужно двигаться, а не то замерзнем, - осторожно бужу сына, - Роберт.

Руки едва слушаются от утренней прохлады и слабости. Когда мы в последний раз ели? Кажется, вчера днем был легкий перекус в карете.

- Мама? — Роберт открывает глаза. — Мы в лесу?

- Конечно, мальчик мой, а где же еще? Вставай, идти нужно, согреться.

- Я думал, поход мне приснился.

С трудом поднимаюсь на ноги и выпрямляюсь. Если выберемся отсюда, никогда не буду ночевать

на природе. Стороной буду леса обходить.

Перешагиваю бревно и спотыкаюсь. меня ловят чьи-то сильные руки.

- Адель! Не могла посидеть спокойно и подождать? С таким трудом добыл все, а из-за тебя

пришлось ронять, - доносится голос Генриха.

Поднимаю голову и спрашиваю удивлённо.

- Ты не ушел? Не бросил нас?

- Я, конечно, догадывался, что репутация у меня кошмарная, но не до такой же степени, - он

отворачивается и принимается собирать что-то на земле. — Я бы совершенно чужую женщину с

ребенком не бросил в лесу, окажись мы в подобной ситуации, а тебя тем более.

- Почему?

Генрих бросает сердитый взгляд, но на вопрос не отвечает.

Помогите мне лучше!

Присаживаюсь на корточки, пытаясь понять, что именно нужно поднимать, но голова кружится, и

я снова практически падаю.

- Извините. Мне что-то нехорошо. Я немного посижу на бревнышке, ладно? —произношу слабым

голосом.

- Роберт подбирай пучки сухой травы и щепки и неси сюда, - говорит Генрих, беспокойно

посматривая на меня. — Да, вот так, молодец. А теперь будем разводить огонь.

- Зачем он нам? Светло, может, пойдем? — слабо возражаю.

Затем, что во вчерашнем овраге я нашел старую кастрюлю и кружки. Видимо, кто-то также, как я, упал и потерял часть своего рюкзака. А еще ручей совсем рядом и ягоды брусники. Я собрал, -

Генрих кивает в сторону, - поедим и попьем горячий отвар. Надо прогреться, и желудок водой

хотя бы забьем.

Заканчивает объяснения и принимается за дело.

- Ты рано встал, да? Осмотрелся и не увидел вблизи выход к людям, - скорее утверждаю, чем

спрашиваю.

Иначе зачем нам задерживаться, могли поесть ягод. запить холодной водой и пойти.

- Да, - нехотя подтверждает Генрих.