Сводные для деревенщины - Эльвира Осетина

— Не дергайся ты! Почти заштопал дурынду!

Я притихла, глядя на паука.

— А что ты делаешь? — попыталась спросить я, но опять получилось невнятное мычание, однако паук меня понял и ответил:

— Челюсть твою латаю. Тебе ведь, дуре, её сломали.

Я расширила глаза от ужаса.

— Угу, а ты как хотела? Это ж надо было полезть в драку оборотней! У тебя мозги, вообще, где были? Скажи спасибо, что насмерть не прибили! — последнее предложение паук проорал мне в ухо, и я даже поморщилась. — Когда два волка выясняют отношения, — продолжил читать мне лекцию паук, — только последний дурак полезет! У них это нормально! Понимаешь? Подерутся, выяснят, кто сильнее, и дальше спокойно живут.

— А если поубивают друг друга? — промычала я.

— Значит, так надо! Значит, судьба такая! — рыкнул в ответ мой фамильяр.

Я с шумом выдохнула.

— Не ной, сейчас долатаю твою челюсть, будешь как новенькая, — более спокойным тоном сказал паук, — скажи спасибо, что у тебя есть я. А то месяц бы через трубочку ела.

— Хочешь сказать, что срастишь мне перелом? — удивленно расширила я глаза.

— Конечно, я же твой фамильяр, моя паутина способна в астрале и не такое делать, — горделиво добавил паук. — Радуйся, что я тебя выбрал, горе-ведьма.

— Я горжусь, — ответила я, чувствуя, что челюсть начала ворочаться, а затем спросила: — А почему я боли не чувствую?

— Я обезболил, — ответил фамильяр, сосредоточенно перебирая лапками.

Вообще, паучок в ближайшем рассмотрении был очень милым. Мохнатенький, разноцветный, с кучей глаз. В общем, как есть милаха.

Я улыбнулась и потянулась рукой его погладить, но паук цыкнул на меня зло, и пришлось лежать, не двигаясь, и просто наблюдать за работой фамильяра.

А заодно пытаться понять, что же случилось между мужчинами. Чего это они решили отношения выяснить? Кстати, когда мы с Антоном пришли, Костя уже был взвинченный и недовольный… Просто я не обратила на это особо внимания.

— Ну всё! Принимай работу! — вырвал меня из размышлений фамильяр.

— Уже? Так быстро? — сказала я уже нормальным голосом и сразу же начала руками трогать свою челюсть.

Только ощущения были странными.

— Эу, а что это такое? — спросила я паука, садясь.

— Паутина это моя, — хмыкнул он в ответ, — иди в зеркало глянь.

Я осмотрелась и поняла, что так и продолжаю валяться на полу в ванной, только дверь почему-то закрыта.

— Это я дверь закрыл, чтобы ты оборотней не вытянула в астрал инстинктивно, — ответил фамильяр на мой незаданный вопрос.

Поднявшись с пола, я слегка покачнулась, но, схватившись за раковину, смогла устоять, а затем… посмотрела в зеркало.

— Мать моя женщина, — икнула я, видя то, что произошло с моим лицом.

Вообще, в астрале в зеркало было очень интересно смотреть. Я как будто и отражение своё видела, и стену насквозь.

Ну это так, легкое отступление.

А вместо челюсти у меня было… была… паутина…

Я на автомате попробовала сорвать её, за что получила по уху.

— Совсем дура, что ли? — разозлился фамильяр. — Я столько сил влил, а ты всю мою ювелирную работу решила уничтожить?

— Прости, — прошептала я. — Но… как долго я такой буду?

— Месяц где-то, не меньше. Но ты не переживай, в реале такого с твоим лицом не будет. Такая же красотка останешься, и болеть ничего не будет. Но трахаться с оборотнями советую почаще, иначе долго заживать будет.

Я какое-то время рассматривала страхолюдину из фильма ужасов в зеркале — с челюстью из паутины от уха до уха, а заодно пыталась переварить полученную информацию, И когда до меня дошло то, что сказал паук, выдохнула от облегчения.

— Спасибо тебе, — улыбнулась я, стараясь не смотреть в зеркало, но краем глаза все равно заметила и передернулась от отвращения: вместо рта у меня была просто черная дыра. — Ты настоящий друг.

Я осторожно поднесла руку, и паук перебрался ко мне на ладонь. К слову, он был больше моей руки.

— Я не друг, — ответил он и добавил: — Я в тысячу раз лучше! Я — твой фамильяр.

— Э-э-э, — протянула я, рассматривая паучка, — мне кажется или ты стал больше?

— Конечно, больше, — хмыкнул паук. — Чем выше твои магические способности, тем больше я становлюсь. Скоро в реал смогу вернуться. — А затем он печально проворчал: — Если бы еще всякие шибко умные ведьмы не лезли под машин-убийц, то вообще через пару недель смог бы выйти, так нет же…

— Я испугалась, — вздохнула я. — И вообще, не могу смотреть, когда кто-то кому-то делает больно. Всегда в детстве лезла драки останавливать.

— И постоянно получала, небось, за это? — проницательно посмотрел на меня своими восьмью глазами паук.

— Ага, — ответила я, пряча взгляд.

Да, глупо, но что поделать? Такой вот странный у меня характер… Потом уже понимаю, что нельзя лезть, но то ж потом…

— Ладно, — покачал головой паук, — иди уже к своим оборотням, а то они паникуют, собрались тебя в больницу везти.

Глава 9

— Если… ик! Если вы думаете, что я пьяная, то ни фига подобного… ик! — сказала я, закусывая огурцом.

— Да-да, мы заметили, — криво улыбнулся Костя.

Я же мысленно выдохнула: хоть какая-то улыбка. Даже такая кривая, и то хлеб. А то с тех пор, как я очнулась, лежа на диване, мужчина так сильно загрузился по поводу того, что отправил меня в накаут, что я уже хотела бить тревогу.

Еще и Антон постоянно масла подливал, бесконечно спрашивая, не стоит ли мне в больничку сходить.

В итоге я потребовала от мужчин алкоголя, и мы, засев на кухне, начали пить. Точнее, я — пить, а мужчины — сидеть и смотреть на меня виноватыми глазами.

И даже слова против не попытались сказать.

— Мы… ик… ведьмы… ик… очень… ик… крепкие! — выдала я, пьяно улыбаясь и сидя на коленях у Антона, который с тех пор, как я очнулась, так и не спускал меня с рук.

Зато Костя вообще подойти боялся ближе, чем на метр.

Одно радовало: убивать они друг друга передумали.

Значит, все же не зря