Формула счастья - Пола Хейтон

Ничего страшного. Еще несколько месяцев назад Майкл чуть не силком вручил Тео ключ от своего номера люкс на верхнем этаже.

Двери лифта с шипением закрылись, и Тео устало прислоняется к стенке.

Не так уж и плохо, что задержали рейс. По правде говоря, лучше бы Майкл был тут. Выпьем немного, поговорим о жизни вообще и ни о чем в частности. Может, даже посмеемся — посмеяться мне сейчас не повредит. Да что угодно, лишь бы не думать о Бранч, о том, как он влип с этой женщиной…

В коридоре стояла тишина. В кармане он нашел связку с тремя ключами. Один — от собственного дома, другой от офиса, а этот — громоздкий и тяжелый — от номера Майкла.

Замок, однако, не открывался, что-то с той стороны мешало ключу до конца войти в скважину. Тогда Тео радостно забарабанил по двери. Да он, чертяка, наверняка дрыхнет! На душе стало радостно.

Отозвался Майкл довольно быстро. Крикнул «иду», но почему-то долго возился за дверью, а когда открыл, в ноги Тео ринулся огромный черный котище, стремительно рванувшийся в коридор.

— Эй! — воскликнул он, обнимая брата. — Ты обалдел? Обзавелся кошкой?

Майкл добродушно развел руками.

— Как видишь.

— И на черта она тебе?

Они вошли в номер, Тео кинул пиджак в кресло, огляделся. Ему здесь нравилось. Просторно, красиво, ковры, в вазе всегда цветы.

— Ты не боишься, что кошка испортит тебе весь уют? И кто за ней смотрит, пока ты, бродяга, отсутствуешь?

— Это не кошка, Тео, а кот! Притом замечательный. Знаешь, как радостно он меня встречает, когда возвращаюсь из поездок?

— Лучше бы обзавелся женой, — фыркнул Тео, — она встречала бы не хуже.

— По твоему опыту, Тео, этого не скажешь… А Гранд здесь любимец всего отеля. За ним отлично присматривают. Ты какими судьбами? Садись. Я рад тебя видеть. Что будем пить? Еду не обещаю, ресторан закрыт, но закуску найдем. Да садись же, не мельтеши под ногами.

Тео опустился в кресло, устало закрыл глаза. Майкл, накрывавший на стол, изредка косился на него. И чем пристальнее вглядывался в лицо старшего любимого брата, тем явственнее замечал в нем перемены.

— С тобой все в порядке, Тео?

— А почему ты спрашиваешь?

— Ну… по-моему, ты изменился. Что-нибудь не так?

Тео принужденно улыбнулся.

— Длинная история… Налей-ка мне еще, если не возражаешь…

— Да ты уже и так под газами.

— И что?

— Ничего. Просто на тебя это не похоже. И вообще ты на себя не похож.

Тео пожал плечами.

— Устал, был слишком занят.

— Ага, но улыбнись хотя бы, а то как лимон проглотил.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Да то, что выглядишь ужасно. Хотелось бы знать причину.

— Обязательно должна быть причина? — запальчиво спросил Тео.

— Ну, в общем, да. — Майкл пожал плечами и сделал глоток коньяка. — Может, расскажешь?

Тео свирепо посмотрел и обронил: «нет», хотя знал — младший братишка будет как танк переть на него, пока не выпотрошит. Вообще-то Майкл деликатный, но упорный и упрямый, впрочем, это у них семейное…

Начал Тео с «Трибуны», вернее с Билли, обзаведшегося таким новым для себя делом, как телевизионный канал.

— Знаешь, Тео, надо признать, мы всегда недооценивали Билли. Вместе с ним ни один из нас никогда не ужился бы, но нюх у старика был. Во всяком случае, вложив солидные деньги в техасскую нефть, он не прогадал. Не скоро, но она начнет приносить отличную прибыль. Я не уверен теперь, должны ли мы вообще продавать скважину.

— Знаешь, с отцовской «Трибуной» примерно то же самое. Она нуждается в инвестициях… впрочем, мне уже подсказали подходящего солидного клиента.

— Так в чем беда? Это же замечательно! Если тебе не нравится человек, насколько я в курсе, возглавляющий после смерти Билли компанию, так найди замену.

— Это женщина, Майкл. Ее зовут Рената Бранч… Ты случайно не помнишь фотографию, на которой отец и мать сняты среди цветущего поля подсолнухов?

— Не помню… Да при чем тут это?..

Тео механически повертел бокал виски в руках, помолчал, потом тихо, задумчиво продолжил:

— Я не сразу понял, почему отец доверился именно Бранч… Она напомнила ему юность… когда он был по-настоящему счастлив. Эта молодая женщина — сама как подсолнух. Высокая, стройная, с золотой копной волос на голове.

— Но тебе не понравились ее деловые качества, надо так понимать? — высказал догадку Майкл.

— Бранч хорошо справляется со своей работой, тут сказать нечего, но она… сучка!

Сбитый с толку, Майкл попытался сказать брату, что не видит никакой логики в его словах, но Тео заговорил уже о другом, совсем неожиданном…

— Моя бывшая жена была сучкой, ты знал это?

— Ну… Лиз… — мямлил Майкл, не желая углубляться в больную для брата тему.

Они с Филом довольно быстро раскусили ее, но вмешиваться не в их правилах, тем более Тео стал постепенно прозревать. Странно, однако, что он сам заговорил о ней.

— Бранч оказалась такой же.

Майкл заморгал. Уж слишком щекотливым показался ему такой поворот в разговоре. Он осторожно покосился на Тео.

— На это можно закрыть глаза, если женщина справляется с «Трибуной».

Тео взорвался:

— Я же сказал, что дело она знает!

— Убей, не пойму, к чему ты клонишь.

Тео шумно вздохнул и махнул рукой.

— Я веду к тому, что безнадежно… запутался… с особой под кодовым названием «Неприятность»…

Взгляды братьев встретились. Проклятье, с грустью подумал Майкл. Вероятно, французы правы — во всем ищите женщину.

— Послушай, я готов тебе помочь, хотя бы советом, но как, если ты не говоришь, что, черт побери, произошло. Какие неприятности? Я же вижу, как ты расстроен. Так скажи!

Тео смотрел на брата, внутренне решая, стоит ли, но, поколебавшись несколько минут и допив коньяк, все-таки рассказал правду.

— Я влюбился, вот и все.

Слова повисли в воздухе между ними. Майкл протянул руку и сжал плечо брата.

— О'кей, этим все сказано.

Тео ударил кулаком по столу.

— Проклятье, ты не понимаешь!

— Тогда давай уточним. Она отказала тебе, когда ты сделал ей предложение?

— Нет. — У Тео горько опустились уголки рта. — Я не сказал ей этого.

— Не сказал?

— Нет, и хорошо, что не успел… Понимаешь… Я… я застал ее с другим мужчиной.

У Майкла защемило сердце, стало нестерпимо обидно за брата, достойного быть счастливым, ан нет.