Формула счастья - Пола Хейтон

Наскоро обсушившись махровым полотенцем и обернув его вокруг талии, Рената прошла в комнату. Все так и сделала. Взбила подушки, расправила складочки своей самой любимой голубой простынки, в изголовье бросила еще ни разу не надеванную сорочку… которая наверняка не понадобилась бы, если…

В прихожей послышался нетерпеливый звонок. Он вернулся! Вернулся!

— Я сейчас, любовь моя! — громко, чтобы сразу было слышно за дверью, выкрикнула она, лихорадочно поворачивая ключ и скидывая цепочку.

— Какое восторженное приветствие! Приятно, когда так встречают.

Рената чуть в обморок не упала. Перед ней стоял Джой.

— Ты?.. Ты? — едва вымолвила она, пытаясь прикрыть дверь, что у нее не получилось, так как Хедли успел ввалиться в прихожую.

Издав грудной смешок и обдав парами виски, Джой легко отстранил ее. Она отскочила как ужаленная, потому что тот ладонью напирал ей на еще чуть влажную, обнаженную грудь.

— Убирайся!

— Я не для того пришел, дорогая Бранч.

— Вон!

— Послушай, — мягко сжав ей обе руки, сказал Джой, тесня ее в комнату. — Я принес тебе цветы. Разве это не знак того, что я принял решение?

Она в ярости швырнула букет, и розы рассыпались по ковру.

— Я тоже приняла решение. Мы обойдемся без тебя.

Джой вспыхнул.

— Мы — это ты и мистер Анджер?

Успокойся, приказала себе Рената, закутываясь полотенцем по горло. Нелепо, что он застал ее чуть не голышом.

— Послушай меня, Джой. Уходи сейчас же, и давай обо всем забудем.

Он усмехнулся, наблюдая, как непослушными руками Бранч пытается прикрыться.

— Тогда… тебе придется заплатить неустойку, — медленно сказал он.

— О чем ты говоришь? Мы же не подписали с тобой контракт!

— Так подпишем, в чем дело?

— Этого не будет!

— Так будет другой. — Он остервенело сорвал с нее полотенце, облапил.

— Я закричу, Джой. Не надо, что ты делаешь?

— Хочу получить по счету за несостоявшуюся сделку, дорогая, раз уж так получилось. Ты и уважаемый мистер Анджер оставили меня с носом? Я такого не прощаю.

Из горла Ренаты вырвался стон. Она хотела высвободиться, но это было не так просто.

— Ну, ну, дорогая, обещаю, все останется между нами. Мне даже нравится, когда женщина сопротивляется, прежде чем сдаться.

— Чудовище!

Он, хохоча, бросил ее на софу.

— Нет, я нежный, сама убедишься… И ничуть не хуже, наверное, отца и сына по фамилии Анджер… Ну, ну, не царапайся… — Он всей тяжестью грубо навалился на нее. Она услышала, как жикнула молния на его брюках.

— Подлец! Мерзавец! — Она корчилась, извивалась. С треском полетели пуговицы рубашки, и она впилась ногтями ему в грудь. Еще минута, и ее сопротивление будет сломлено.

— Ах ты ублюдок! — раздался голос Анджера, ворвавшегося в комнату. Это было столь неожиданно, что Хедли сразу отпрянул. Рената зарыдала.

— Тео, о, Тео, слава богу, ты пришел!

— Это не я ублюдок, а ты! — Хедли, казалось, ничуть не смутился, глядя в лицо Анджера. — Думаешь, можешь купить телевидение-женщину… все?..

Кровь хлынула к голове Тео, в глазах помутилось. Прошла лишь пара секунд с того момента, как он нашел приоткрытой дверь квартиры и совершенно оглох от ярости, увидев на полу цветы, разбросанные вперемешку с мужской и женской одеждой.

— Не слушай его, Тео, умоляю, не слушай!

— Отчего же? Пусть знает, что он собой представляет. Я могу повторить!

Тео грозно нахмурился, приближаясь к Джою вплотную и совершенно не обращая внимания на плачущую Ренату.

— Если ты только посмеешь, я изуродую тебе морду, — угрожающе предупредил Джой.

— Будь проклят тот день, когда я связалась с тобой! — отчаянно крикнула ему Рената.

— Да ну? Разве не ты сама искала встреч, пока не появился он? Разве я сам набивался?.. Мы сговорились отужинать вместе, и не моя вина, что он притащился с тобой.

Мысли Анджера лихорадочно бились, болью сжимало грудь, трудно стало дышать.

— Или это я, когда господин Анджер навещал туалет, улучил момент для приглашения домой?..

— Ты лжешь! Он лжет, Тео, не верь ему! — взмолилась Рената.

— Ну да. Я силой взломал дверь и ворвался? И это не она сама приготовила заранее постель?

— Если и так, я все равно изметелю тебя до полусмерти.

Уже ничто не могло остановить Тео. Он не выбирал для ударов места. Коли не свалит кулаком слева, то достанет справа. Снизу, в подбородок, в челюсть, еще… еще… Под дых…

Рената бросилась к ним, пытаясь разнять. Какое там. Они оба озверели. Они оба сошли сума.

— Перестаньте, прекратите! — вопила она.

Тео отступил, когда почувствовал скользкое. Кровь хлынула из носа противника, вздулись распухшие губы.

— Катись отсюда, мразь!

Тео развернулся и пошел в ванную ополоснуть окровавленные кулаки. Шумело в висках, а в груди была абсолютная опустошенность, будто из нее выкачали воздух и вынули заодно сердце.

Сзади подошла Рената, обхватила его за плечи. Тео скривился в усмешке: все по правилам — самцы сражались за добычу, как и полагается, из-за… сучки. Сейчас будет оправдываться, молоть какую-нибудь чепуху, когда все предельно ясно.

— Я ни в чем не виновата перед тобой. Клянусь жизнью.

Тео обернулся, отстранил Ренату от себя.

— Мне не нужны клятвы, я верю только фактам.

— Клянусь, я никакого момента не улучала и не приглашала его! Он лжет.

Даже сейчас, вся в слезах, она прекрасно выглядела. Хоть портрет пиши.

— Я действительно сама его впустила, потому что думала — это ты. И постель стелила для тебя… Я хотела… мечтала, чтобы ты передумал и вернулся. Мне в голову не могло прийти спросить…

— …кто звонит в дверь? — усмехнулся Тео.

У Ренаты опустились руки.

— Среди ночи, голышом бежишь и открываешь дверь, вместо того чтобы заглянуть в глазок?

— Я ждала тебя.

С каждой фразой Ренату охватывала безнадежность.

— Мы же договорились, что я приеду только утром.

— Да…

— Мы же простились до завтра. Разве не так?

— Ты убиваешь меня своими вопросами.

— А ты убила меня более жестоким способом.

Рената печально понурилась.

— Я знаю, Тео, это было ужасно. Но я не лгу и ни в чем перед тобой не провинилась.