Мечта балерины - Мэгги Кокс

— Не смотри на меня так! Пойдем танцевать. Я не для того вытащила тебя в город, чтобы весь вечер просидеть у бара.

— Зря я тебя послушал, — с тревогой в голосе ответил Рэй, покосившись на танцпол. — Иногда ты заставляешь меня совершать безумства, и это как раз такой случай. Что скажет твой муж?

Подавив чувство раздражения и досады, не оставляющее ее с тех пор, как она попросила Рэя отвезти ее потанцевать, Тара решительно покачала головой. Хочет Мак того или нет, но ему придется смириться: она не намерена отказывать себе в самых обычных и естественных желаниях. Да, она поступила нехорошо, сказав, что зайдет в гости к подруге. Но иногда женщина должна пожить своей жизнью. Впрочем, если бы Мак узнал об этом, он дал бы ей нагоняй — особенно потому что она пошла с Рэем. Ему будет неважно, что они просто друзья, ведь он уверен: между мужчиной и женщиной не может быть чисто дружеских отношений.

— Не беспокойся за Мака. — Тара потянула Рэя к танцполу. Она поддалась непреодолимому желанию танцевать, забыв обо всем на свете.

Рэй выключил мотор и повернулся к Таре.

Почти всю дорогу она проспала, уютно свернувшись на соседнем сиденье. Она была похожа на ребенка, ее мягкие светлые волосы растрепались, а подол короткого черного с вышивкой платья поднялся до середины бедра. Рэй в который раз отметил, что у нее очень красивые ноги, которые могли нарушить покой любого мужчины. Несомненно, сегодня в клубе Тара была самой симпатичной девушкой, и он вспыхивал каждый раз, когда замечал обращенный на нее мужской взгляд. Глубоко вздохнув, Рэй должен был признать, что страшно ревнует ее к Маку. Возможно, именно поэтому он сегодня пренебрег здравым смыслом и согласился поехать с ней в город без ведома мужа?

Рэй мягко тронул ее за плечо.

— Что? — Потягиваясь и зевая, она выпрямилась, глядя в окно на большой особняк из красного кирпича, к которому вела усыпанная гравием аллея, рядом был припаркован сверкающий седан Мака.

Тара заволновалась, и у нее были на то причины.

Хоть бы Мак уже спал!..

— Спасибо, Рэй. Я замечательно провела время. Ты просто ангел. — Наклонившись к нему, Тара с благодарностью чмокнула его в щеку.

Рэй отпрянул, как ужаленный.

— Не надо! Твой муж может увидеть. — Он вытянул шею, чтобы убедиться, не смотрит ли Мак в одно из темных окон. Огромный дом был великолепен — когда-нибудь и он будет жить в таком же со своей женой.

— Да что ты? — Тара пожала плечами. — Он же знает, что мы с тобой только друзья.

— Не зарекайся, Тара. — Сквозь смуглую кожу Рэя проступила краска.

— Что? Ты имеешь в виду, что между нами что-то большее?

— Не переиначивай мои слова! — Он в явном замешательстве ударил рукой по рулю. — Я хочу сказать, что иногда ты слишком неосторожна со мной. Я прежде всего мужчина, а ты очень привлекательная женщина. Такая неосторожность может быть очень опасна.

Тара прекрасно понимала его, и ей даже стало немного стыдно за то, что она поставила его в такое щекотливое положение. Но главное — он косвенно упрекнул ее в несдержанности. Тара покраснела.

— Знаешь что, Рэй? Иногда в жизни надо рисковать. Разве Элен Макартур проплыла бы вокруг света, будь она «благоразумна»? Или Эдмунд Хилари покорил бы Эверест? Разве решилась бы я снова родить ребенка, если бы не рисковала вновь испытать боль, разочароваться? Подумай об этом.

И спасибо, что подвез меня. Увидимся.

Стоя на пороге перед входной дверью, Тара проводила глазами машину Рэя. Во рту у нее пересохло, по спине пробегала дрожь. Теперь был только один выход — увидеть последствия своего дерзкого поступка. Мак заботится о ее же благе.

Он вовсе не хочет усложнять ее жизнь, просто он тревожится за нее. Думает о ней и о ребенке. Разве он заслужил, чтобы она что-то скрывала от него? Она честно скажет ему, где провела вечер.

— Что-то я слишком расхрабрилась, — пробормотала Тара, повернула ключ в замке и вошла.

В доме было тихо, только тикали каминные викторианские часы, которые Бет подарила им на новоселье. Оставив сумочку на столике при входе, Тара сняла туфли, кинула пальто на перила лестницы и медленно пошла к камину.

— Вернулась, наконец?

Мак произнес это мягко, но Тара вздрогнула, как от удара грома. С бешено бьющимся сердцем она поправила слегка растрепанную челку, в оцепенении глядя на Мака. Муж сидел в кресле с высокой спинкой у камина. В отсветах тлеющих углей его кожа казалась позолоченной, а глаза поражали голубизной сапфира. На нем были линялые голубые джинсы и серая футболка, под которой выделялись стальные мышцы бицепсов. Вид у него был надменный и гневный, но он вызывал у Тары безотчетное восхищение.

— Не надо было ждать меня. — Голос плохо слушался Тару.

— Разве? — Мак поднялся и встал напротив камина. Джинсы обтягивали его узкие бедра. На лице у него застыло неумолимо строгое выражение. — Как провела время со своим.., другом?

Ноги у нее гудели. Сегодня вечером она танцевала не переставая, так что бедняга Рэй даже начал жаловаться. Но она не могла сопротивляться магической силе музыки: она завладевала душой Тары, заставляя следовать ритму…

— Да, я хорошо провела время. Но очень устала и надеюсь, ты не будешь возражать, если я пойду спать.

Она направилась к двери, но Мак одним прыжком оказался около нее, схватил ее за руку и повернул к себе.

— Скажи мне, где ты была на самом деле, Тара, потому что я не дурак — ты не надела бы такое платье, чтобы навестить подругу.

Если бы он заранее увидел ее в этом платье, то не выпустил бы из дома. Поэтому Тара предусмотрительно надела длинное черное пальто, когда прощалась с ним вечером.

Понимая, что лгать бесполезно, презирая себя всей душой, она попыталась выдернуть руку.

— Не понимаю, почему ты так переживаешь. Я была с Рэем, ясно? Он мой друг. С тех пор, как я забеременела, ты мне шагу не даешь ступить!

Мне хотелось развеяться, и я попросила Рэя отвезти меня в ночной клуб. Хотела послушать музыку и потанцевать. Что тут такого?

— Ты солгала мне.

— Я не хотела тебя расстраивать.