Не в силах сопротивляться - Кристи Голд

Кира пожала плечами.

– У обоих восточная внешность, оба красавцы. Я больше не вижу сходства.

– А по-моему, сходство поразительное, – заметила Пайпер. – Наверное, он сын Аадила.

У Киры перехватило дыхание.

– Так и рождаются слухи!

– Это точно, – подтвердила Мэдисон. – А потом мне, как пресс-секретарю, приходится их опровергать.

Пайпер прислонила картину к стене и села на краешек кровати.

– А если серьезно, Кира? Мы же обе заметили, что вы с Тареком флиртовали пару месяцев назад. Неужели между вами ничего не произошло на Кипре?

Мэдисон присела у коленей Киры и стала похожа на собаку, которая выпрашивает косточку.

– Да ладно тебе, мы же подружки! Немного пикантных подробностей!

В глазах Киры вдруг показались слезы.

– Простите меня, – пробормотала она. – Я просто… – Она шмыгнула носом и начала всхлипывать.

Пайпер нахмурилась:

– Если этот мерзавец тебя обидел, я скажу Адану с ним разобраться.

– А я Зейну, – добавила Мэдисон. – Нет, я не сомневаюсь, что Адан и один сможет с ним справиться… Просто Тарек уж слишком здоровый.

После этих слов Кира зарыдала еще сильнее.

– Рано или поздно вы все равно бы догадались… Да, у нас с Тареком были отношения… Но я прошу вас ничего не говорить мужьям. Если они узнают, что я вступила в связь с гостем дворца, придется мне искать новую работу. Боюсь, они уже что-то заподозрили.

– Не переживай, – махнула рукой Мэдисон. – Мужчины часто ничего не замечают даже у себя под носом.

– Это точно! – кивнула Пайпер. – Адану пока на лбу не напишешь о своих чувствах, он никогда и не поймет, – призналась она.

Кира подумала, что этот способ нужно попрактиковать с Тареком, если они увидятся снова.

– Все останется между нами.

В кармане у Мэдисон пронзительно заверещал телефон.

– Это наша несчастная гувернантка. Спрашивает, можно ли дать детям еще печенья.

– Нет, конечно! – воскликнула Пайпер, вставая с кровати. – Пойдем-ка в детскую. Сэму пора отдыхать.

– Я бы тоже прилегла, – вздохнула Мэдисон. – Но с моими карапузами это вряд ли удастся.

Перед уходом девушки обнялись.

– Кира, если тебе захочется поговорить, ты знаешь, где нас искать, – сказала Пайпер, погладив свой живот. – Но судьба любит преподносить сюрпризы, так что пока не списывай Тарека со счетов.

Кира была иного мнения. Но позвонить ему стоило – сказать о портрете. Или нет? В конце концов, это его дело. А она должна была как-то справиться со своими проблемами. Пройдут недели, если не месяцы, пока не зарастет рана на ее разбитом сердце.

Последние две недели Тарек безуспешно пытался забыть о Кире. Но все в отеле напоминало о ней: и каждый рассвет, и каждый закат. Он засыпал в одиночестве и, просыпаясь, тянулся за женщиной, по которой безумно тосковал, но его окружала пустота.

И вот он у покоев Елены Бателли, ищет ответы к своему прошлому, как настояла Кира. Она вскрыла его старые раны, оставила истекать кровью и смотреть, куда зашла его жизнь. Увиденное ему не понравилось.

Тарек дважды постучал в дверь из красного дерева. Дверь тут же открыли.

– Добрый день, господин Азмар, – сказала Елена, жестом приглашая его внутрь. – Присаживайся, пожалуйста.

Тарек уселся на маленький синий диванчик, женщина погрузилась в кресло напротив.

– Спасибо, что сразу согласились со мной встретиться, – начал он. – Я почувствовал, что больше не могу ждать.

Елена прищурилась:

– По словам Киры, ты считаешь своим биологическим отцом Аадила, так что давай обойдемся без прелюдий и перейдем прямо к делу. Твою мать звали Дарсия?

Услышав это имя, Тарек чуть не подскочил.

– Да, верно.

– Значит, мне есть что тебе показать.

Елена поднялась, ушла в другую комнату и через несколько мгновений вернулась с пожелтевшим конвертом и коричневой папкой в руках.

– Она послала это Аадилу. Прочти.

Он вскрыл конверт и начал читать. Текст был написан по-арабски. Тарек сразу узнал почерк матери: в детстве она часто подписывала ему открытки. В письме подтверждались их тайные отношения, и Аадилу было предъявлено требование оставить ее в покое.

Тарек перевел взгляд на Елену.

– Но здесь нет упоминаний ни о беременности, ни обо мне.

– По письму ясно: Дарсия понимала, что они не могут быть вместе. Видимо, она не сочла нужным сообщить о тебе Аадилу.

В нем вскипела ярость, хранившаяся очень долго.

– Получается, еще неизвестно, правда ли он мой отец.

– Известно, – возразила она. – Как-то вечером, много лет назад, он признался мне, что Дарсия была любовью всей его жизни, он собирался оставить трон ради нее. Аадил направился в Марокко, но Дарсия переехала от родителей в дом твоего отца. Разыскав ее, он увидел возлюбленную беременной. Дарсия сказала, что это не его ребенок, и попросила Аадила уйти. Он ей не поверил, но решил больше ее не тревожить и вернулся к своим обязанностям.

– Это ничего не доказывает.

– А это доказывает. – Елена развернула папку, лежащую у нее на коленях. Внутри оказались газетные вырезки. – Он следил за каждым твоим шагом, словно искал доказательств.

– Может, он просто зациклился на ребенке своей бывшей любовницы.

Елена протянула ему пожелтевшую бумагу.

– С этим ты уже не поспоришь.

Тарек не сразу понял, что перед ним результаты экспертизы ДНК, где значилось имя короля и его собственное имя. Тарек на 99,9 % был отпрыском короля. Но прежде, чем он позволит себе в это поверить, он задаст много вопросов.

– Откуда Аадил достал мою ДНК?

Елена пожала плечами:

– Аадил был человеком со связями. Я нашла счет от частного сыщика. В документе было описано, как детектив преследовал какого-то анонима в Марокко и подобрал из мусорки его бумажный стаканчик. Думаю, это был ты.

Тарек с трудом переваривал информацию.

– Значит, мама не обманывала своего мужа…

– Я считаю, Аадил спас Дарсию от общественного осуждения. Сорок лет назад родить ребенка вне брака считалось зазорным. По этой же причине он не стал тебя разыскивать.

– Похоже, это действительно был лучший выход из ситуации… – Привычная ненависть к Аадилу неожиданно сменилась грустью, что он совсем не знал своего родного отца. Он поблагодарил Елену и вернул ей документ. – Теперь нужно решить, как поступить с моими новоиспеченными братьями.

– Скажи им, да и все, – мягко улыбнулась Елена.