Месть Мими Квин - Ширли Конран

Тоби, привыкший к молчаливому гневу Мими, не обратил на него никакого внимания. Опершись руками в тонких перчатках на серебряный набалдашник трости, он повторил свой вопрос:

– Я еще раз тебя спрашиваю, согласна ли ты забыть об этой певице?

– Ты опоздал, – мрачно отозвалась Мими. – Я уже написала мистеру Зигфельду в Рим. Отдала письмо посыльному полчаса назад.

Оскорбленный, Тоби пробормотал:

– Мне следовало догадаться, что ты затеваешь, когда Зигфельд распространялся о красоте Бетси у «Максима».

Мими надулась:

– Не будь таким противным, Тоби. Меня тошнит из-за ребенка.

– Если тебя и тошнит, то только из-за того дешевого вина, которое мы вчера пили в этой забегаловке. Я не собираюсь внушать тебе чувство вины, – сказал Тоби. – Ты и так чувствуешь себя виноватой. И у тебя есть на то причины. Я не убежден, что Бетси намеренно причинила тебе вред. Но ты-то специально стараешься навредить ей.

Мими замолчала, потому что знала – Тоби сказал правду.

Увидев, что Мими наконец слушает его, Тоби понизил голос:

– Рыжик, прошу тебя, будь разумной. Бетси наверняка обо всем узнает и захочет отомстить тебе! Не наживай себе лишних врагов.

– Бетси ничего не сможет мне сделать, – Мими снова фыркнула. Мими была звездой. Мими была замужем. Мими ждала ребенка. У Мими был собственный очаровательный дом. Мими состоялась, как ни посмотри на ее жизнь. Бетси было до этого очень далеко.

Мими улыбнулась:

– Не волнуйся, Тоби. Я сравняла счет, больше мне не о чем беспокоиться. Этой ночью я спала как ребенок.

– Да, конечно, но месть растет как снежный ком. Сицилийская вендетта начинается с пустяка, а потом спустя сто лет, когда от двух семей никого не осталось, никто не может вспомнить, с чего все началось!

– Не волнуйся, Тоби. В конце концов, мы же не сицилийские крестьяне.

* * *

Спустя два дня после возвращения в Лондон Мими проснулась среди ночи, разбуженная шумом наверху. Она вскочила было с кровати, но потом решила все-таки не выходить. Сердитые голоса доносились из спальни Тоби.

– Я думал, что могу доверять тебе! – кричал Бейз.

– Ты можешь, – уныло отвечал Тоби.

– В эту игру играют только вдвоем, ты же знаешь!

– Бейз, это случилось только однажды!

– Все так говорят!

– Но мы этого не хотели. Мы были такими пьяными, что никто из нас ничего не помнит.

– И это известные оправдания!

– Честное слово, мы не хотели обманывать тебя.

– Не ждешь же ты, что я поверю, что ни ты, ни Мими не имеете никакого отношения к тому зародышу, что сейчас у нее в животе!

Мими чувствовала, что Бейз по-настоящему обижен.

– Бейз, пожалуйста, не уходи!

Мими быстро отошла к кровати. Кто-то сбежал вниз по лестнице. Хлопнула входная дверь.

Мими из предосторожности улеглась обратно в постель, задула свечу и накрылась с головой стеганым пуховым одеялом. Это и в самом деле ее не касается. Все утрясется через пару недель. Бейзу надо просто привыкнуть к этой мысли.

Пятница, 1 мая.

Пансион в Лэмбете

– Ты ничем не хуже этой суки! Ты лучше! – В спальне пансиона в Лэмбете миссис Бриджес безуспешно пыталась успокоить Бетси. Та лежала на кровати лицом вниз и причитала:

– У нее есть муж, дом и собственный проклятый театр! Она звезда, а я все еще в кордебалете! Объясни мне, как это получилось, мама! – Бетси села и отмахнулась от бутылочки с нюхательной солью. Она пошарила под подушкой, вытащила смятое письмо и спустила ноги на пол.

Сидя на краю кровати, Бетси поливала слезами письмо.

– Я знаю, что мистер Зигфельд в самом деле заинтересовался мной. Иначе зачем ему было назначать второе прослушивание? Значит, то, о чем шепчутся в гримерной, правда! – Покрасневшими глазами Бетси смотрела на письмо, а потом схватила газету и прочитала нарочито великосветским тоном: – «Знаменитый импресарио мистер Флоренц Зигфельд и сопровождающие его лица отплыли вчера на пароходе «Моравия» в Нью-Йорк. Его сопровождает и его французская находка – мадемуазель Зильда. Мистер Зигфельд говорит, что из нее получится вторая Мистингет». – Капнула еще одна слеза. – Ох, мама, ну почему это случилось со мной? Мне двадцать один год, и у меня ничего нет!

Миссис Бриджес, все еще в папильотках и чепце, прошаркала стоптанными тапочками и подошла к дочери. Она нежно погладила ее по голове.

– Дорогая, это она во всем виновата! Эта маленькая сучка так же завидует тебе, как и все остальные.

Бетси перестала всхлипывать и озадаченно посмотрела на мать:

– Но Мими никогда не завидовала мне, мама.

– Разумеется, она тебе завидует! Иначе зачем ей было лишать тебя поездки в Нью-Йорк? Только благодаря ей ты упустила свой счастливый случай!

Бетси медленно кивнула, обрадованная тем, что в ее провале можно обвинить кого-то другого. Она вытерла глаза. Потом снова подобрала газету, просмотрела список отплывших накануне в Нью-Йорк и задумчиво сказала:

– Может быть, мне повезет больше, если мы отправимся куда-то, где агенты еще не устали от моего лица. Где я буду новенькой. Мама, мой контракт кончается в декабре. Почему бы нам тоже не отправиться в Нью-Йорк?

Миссис Бриджес пристально посмотрела на дочь и поняла, что Бетси говорит серьезно.

– Ну что ж, у нас достаточно отложено. И ты легко найдешь работу. Здесь нас определенно ничего не держит. Почему бы и нет? – И она мрачно добавила: – Но я не могу забыть того, что эта сука устроила тебе. Когда-нибудь мы еще отыграемся, вот увидишь.

Бетси развеселилась при этой мысли.

– Да, когда-нибудь я покажу Мими, что ей не стоит становиться мне поперек дороги. И я заставлю ее пожалеть, что она это сделала!