Месть Мими Квин - Ширли Конран

– Я не Бейз, дурак!

Тоби резко сел в постели, застонал и упал обратно на подушки.

– Что за черт?.. Господи, как я здесь оказался? Я ничего не помню…

– Я тоже.

Тоби медленно поднял голову, осмотрел разбросанную в беспорядке одежду.

– Я думаю, что мы оба прилично нализались, – предположила Мими.

– Да, перебрали, – согласился Тоби. Помолчав, он как-то робко поинтересовался: – Но ведь мы не..? Нет?

– Мне кажется, что мы это сделали, дорогой.

– Ну и ну! Прости меня, Мими, мне, честное слово, очень жаль! – Тоби осторожно сел на краю постели, прикрываясь простыней.

– Мне тоже жаль, – вздохнула Мими. Она была рада, что он ничего не помнит, пораженная тем, что явно с охотой отвечала ему.

Тоби спустил длинную ногу с постели, схватил розовое покрывало и обернулся им.

Мими хихикнула:

– Ты выглядишь, как арабский шейх, дорогой.

Тоби ходил по комнате и собирал свои вещи, придерживая покрывало одной рукой. Уже стоя у двери, он посмотрел на Мими:

– Мне так жаль… То есть, я хотел сказать, я тебе так благодарен… Проклятье!

– Я знаю, о чем ты сейчас подумал, Тоби. Ты не знаешь, что сказать Бейзу, верно?

– Ты права. – Тоби выглядел смущенным.

– Бейза не может обидеть то, о чем он не узнает. Давай просто забудем о том, что случилось. Тем более что мы и не помним как следует, что между нами что-то было.

На лице Тоби вспыхнула надежда, но выглядел он все равно виноватым:

– А что, если Бейз все-таки узнает?

– Откуда? Я ему говорить не собираюсь. – Мими считала, что их отношения ее не касаются. И добавила: – А теперь отправляйся в свою комнату, Тоби, пока Роза не принесла мой поднос с завтраком. Я должна помнить о моей репутации.

Вторник, 7 апреля 1908 года, Париж

– Апрель в Париже! – Мими возбужденно завозилась с непривычной ручкой окна, распахнула высокие створки и выглянула на улицу. Внизу лавровые деревья в белых кадках выстроились по периметру внутреннего двора отеля «Ритц», где элегантно одетые женщины в огромных шляпах с перьями потягивали утренний кофе или пили ранний аперитив в компании своих спутников в цилиндрах.

Оглядывая очаровательный дворик из окна своей спальни, Мими никак не могла поверить, что она уже четыре дня в Париже, олицетворяющем роскошь, фривольность и порок!

Тоби повез Мими и Бейза в Париж на неделю, чтобы отпраздновать окончание сезона рождественских представлений и свой первый успех в «Минерве». Они выехали с вокзала Виктория. Когда в вагоне-ресторане им подали сбитые сливки с вином и лимоном, Бейз чуть наклонился вперед, поднял бокал с шампанским, подмигнул Мими и сказал:

– За буфет на станции Крю!

– Я бы на вашем месте выпил за первые впечатления от Парижа! – улыбнулся Тоби.

* * *

Мими сидела в партере «Фоли Бержер», самого известного в мире кафешантана, ставшего уже синонимом французского разврата. Она с восторгом аплодировала Мистингет, нынешней звезде и символу Парижа. Мистингет замечательно пела, к тому же у нее были потрясающие ноги, которые певица бесстыдно демонстрировала. Мими буквально задохнулась в финале, когда Мистингет в сопровождении дюжины мужчин в цилиндрах медленно спустилась по украшенной цветами лестнице в огромной шляпе с розовыми страусиными перьями и платье с двадцатифутовым шлейфом из таких же перьев.

После представления британское трио прогулялось по великолепным зимним садам. Вдруг голос с американским акцентом окликнул Тоби.

Он оглянулся и увидел маленького человечка с крючковатым носом попугая, стоявшего в группе людей и махавшего ему рукой.

– Мистер Зигфельд, какой приятный сюрприз, – вежливо откликнулся Тоби, но Мими догадалась по его голосу, что Тоби совсем не в восторге от этой встречи.

Мими была рада познакомиться со знаменитым импресарио. Многие американские знаменитости начинали свой путь в Нью-Йорке в варьете Зигфельда. Он заключал контракты только с самыми талантливыми исполнителями, разыскивая их по всему миру.

Флоренц Зигфельд вежливо отверг все возражения британцев и настоял, чтобы они присоединились к его компании.

– Нет-нет, приятель, вы просто обязаны поехать со мной к «Максиму». Когда я бываю в Париже, для меня там всегда держат столик… Видел вашего отца, Тоби, как раз на прошлой неделе, когда Дэн Лено давал ужин в мою честь в «Савое»…

Пять минут спустя Тоби, Мими и Бейз уже мчались по бульварам на одном из пяти темно-синих автомобилей марки «Испано-Суиза», принадлежащих Зигфельду.

В ресторане Мими усадили на коричневую плюшевую банкетку между Зигфельдом и Тоби. Флоренц Зигфельд быстро выбрал блюда, которые все будут есть на ужин, а потом сосредоточил все свое внимание на Мими.

– Правда, Мистингет великолепна? Хотел заманить ее в Нью-Йорк, но она боится, что наши зрители ее не поймут. Какого черта, она может петь хоть на суахили, парни просто сошли бы с ума от ее ножек и заплатили бы кучу денег, только бы увидеть их еще раз.

Знаменитый импресарио рассказал Мими, что в прошлом году он уже побывал на ее представлении. Ему понравилось, но он решил, что оно слишком английское, чтобы американские зрители его поняли. Он спросил, не думала ли Мими о том, чтобы только петь.

Мими улыбнулась и покачала головой. Чтобы «просто петь», ей пришлось бы надевать платья, обнажавшие руки, ноги и спину.

Догадавшись о ее сомнениях, Тоби зашептал Мими на ухо:

– Не беспокойся о костюмах, мы что-нибудь придумаем. Я полагаю, тебе надо для него спеть. Он будет в Лондоне на следующей неделе. Мы могли бы пригласить его на ужин?

Мими зашептала в ответ:

– Не стоит. Он все равно не сможет подписать со мной контракт.

– Почему? Разве тебе не хотелось бы выступать в Нью-Йорке?

Мими замялась на мгновение, искоса посмотрела на Тоби и медленно покачала головой.

– Только не сейчас, дорогой, потому что… Видишь ли… Я беременна.

Тоби побелел. Он сразу же бросил встревоженный взгляд на другой конец стола, где сидел Бейз, в тот момент полностью поглощенный беседой. Тоби расслабился и повернулся к Мими:

– Рыжик, эта шутка слишком дурного тона, тебе не кажется?

– А я не шучу, – спокойно ответила Мими. Она не собиралась ничего говорить Тоби до их возвращения в Лондон, но у нее просто сорвалось с языка.

– Ты уверена? – прошипел Тоби ей на ухо.

– Если я не беременна, то у меня просто рекордно ранний климакс, – прошипела в ответ Мими.