Ее свирепые звери. Начало - Э. П. Бали

Я выруливаю на дорогу, но обнаруживаю, что черный «Мерседес» с визгом останавливается поперек подъездной дорожки, а мой выезд заблокирован. Еще одна змея вылезает с водительского сиденья, ухмыляясь своим товарищам.

Выражение его лица за считанные секунды меняется с радостного на жуткое, но он не смотрит на меня. Он рычит и проносится мимо моей машины.

Позади меня раздается пронзительный крик, и я разворачиваюсь на своем сиденье, чтобы увидеть размытую картину движения. Раздается еще один крик, за которым следует рев, затем звук падающих тел.

Я остаюсь в машине, вцепившись в руль, как будто он может спасти меня, мое дыхание тяжелое, как у бегуна после марафона. Я понятия не имею, что теперь делать. У меня нет никакой возможности уехать отсюда.

Все стихает. Волосы на тыльной стороне моих рук встают дыбом. Я оглядываюсь, но никого не вижу.

Пока в поле моего зрения не появляется лев в темно-синем костюме-тройке, небрежно прогуливаясь вокруг моей машины и вытирая окровавленные руки черным носовым платком. Его походка — это расслабленность высшего хищника, и он останавливается прямо перед моей машиной. Взгляд его янтарных глаз полон угрозы, и я остаюсь сидеть с разинутым ртом.

Я знаю, что он лев, это легко угадывается по его загорелым ангельским чертам лица и соответствующей гриве — длинным медово-золотистым волосам, собранным в конский хвост на затылке. У него вид чопорного аристократа, в прическе ни единого растрепанного волоска, и в этом мотеле он совершенно не к месту. Может быть, охотник за головами? Нет, не в такой одежде, и мой отец скорее умрет, чем свяжется со львами.

Когда он говорит, его голос низкий и содержит приказную интонацию человека, привыкшего, чтобы ему подчинялись.

— Вылезай из машины, Аурелия.

Даже несмотря на то, что его голос приглушен стеклом, моя анима требует, чтобы я подчинилась его доминированию, и мне какое-то время приходится бороться с ней.

Он знает мое имя. Я скрываю свой страх за усмешкой, но он просто пригвождает меня своими янтарными глазами и говорит:

— Нам с тобой нужно поболтать.

Каким-то образом он заставляет меня чувствовать себя школьницей, у которой назрели неприятности из-за какой-то совершенной глупости. Он замораживает меня ещё более убийственным взглядом. Ему, наверное, ближе к тридцати, и, твою мать, он горяч. Кто он, черт возьми, такой?

Глава 22

Аурелия

Он вздыхает, словно я его раздражаю.

— Я здесь не для того, чтобы причинить тебе боль, Аурелия. Но если ты не выйдешь из своей машины, я разнесу ее в клочья, кусок за куском.

Дерьмо.

Здесь у меня нет выбора. Я хлопаю себя ладонью по лбу и громко ругаюсь из-за того, что мои хорошо продуманные планы рушатся один за другим. Он слышал о пожаре? Это попало в новости? У меня еще не было возможности проверить Animalia Today. Полупернатый был достаточно богат, чтобы его смерть имела полное право попасть в новостные колонки.

Я оглядываюсь на льва, который смотрит на меня так, словно я зря трачу его время. Черт, Аурелия, мы справимся. Хищник, помнишь? Вот кто ты такая. И мы не можем позволить ему причинить вред Мэйзи.

Я медленно снимаю блокировку с дверцы машины и открываю ее. Стараясь не дрожать и прекрасно осознавая, что за каждым моим движением следит смехотворно высокий лев под два метра ростом, я выхожу.

Первое, что я делаю, это заглядываю за свою машину, где нахожу окровавленные тела пяти змей. У одного сломана шея, но остальные четверо были выпотрошены длинными кровавыми порезами. Я быстро оглядываюсь на льва, который подошел на два бесшумных шага ближе ко мне с тех пор, как я ненадолго отвела от него взгляд. Я слегка подпрыгиваю и делаю шаг назад, глядя вниз на его руки, где, без сомнения, всего минуту назад были когти.

Он убил пятерых охотничьих змей моего отца меньше чем за минуту.

Я встречаюсь с ним взглядом и мрачно говорю:

— Мой отец убьет тебя за это.

Уголок его губ приподнимается, но он не улыбается.

— О, довольно много людей регулярно пытаются. Мне даже нравится отправлять им обратно трупы.

Что-то в его высокомерном тоне злит меня, и я прищуриваюсь на него..

— Кем ты себя возомнил? Ты не можешь просто приехать в мой мотель и…

— Твой мотель? — он приподнимает элегантную мужскую бровь.

Я скрещиваю руки на груди, и он кивает в сторону зданий позади меня.

— Между прочим, это один из моих мотелей.

Мне с трудом удается удержать свою челюсть на месте.

— Какого хрена?

— Следите за языком, мисс Аквинат, — упрекает он.

Я продолжаю на него таращится. Он разговаривает со мной как школьный учитель. Кем, черт возьми, он себя возомнил?

Должно быть, он видит безумное выражение моего лица, потому что говорит мне насмешливо:

— Меня зовут Лайл Пардалия. Я заместитель директора Академии Анимус.

Вот дерьмо. Он пришел сюда, чтобы забрать меня. Они послали самого заместителя директора школы-тюрьмы?

— Ты здесь не в безопасности, — он смотрит на мою машину, слегка скривив губы, как будто находит ее неприятной.

— Я знаю это, — отвечаю я сквозь стиснутые зубы, сильно обидевшись. — Вот почему я собиралась уходить, прежде чем ты меня остановил.

Он смеривает меня очень равнодушным взглядом, который мгновенно приводит меня в ярость.

— Ты не можешь слоняться по округе в таком виде.

Слоняться по округе?!

— Аурелия, — он произносит мое имя так, словно зачитывает очень длинный, особенно скучный список покупок. — Позволь мне помочь тебе.

Я делаю глубокий вдох, чтобы успокоиться.

— Как ты меня нашел?

Он прислоняется к «Мэйзи», рассматривая меня как особо неинтересный экземпляр.

— Твой телефон можно отследить.

Чувство чистого идиотизма, которое пронзает меня, вызывает желание блевать. Не могу поверить, что я была такой дурой! Звери охотились друг на друга сотни лет, и технологии только помогли нам стать в этом еще эффективнее.

— Почему ты здесь?

Он смотрит на свои ногти, где по краям запеклась кровь.

— За тобой охотятся какие-то проблемные звери, и ты больше не в безопасности в остальном мире.

Я хмуро смотрю на него. Я и так это знаю. Они сборище психов. Но услышать, что они на самом деле охотятся за мной, — это мрачное подтверждение, от которого мой желудок скручивается в узел. Неужели я действительно думала, что смогу перехитрить их?

Он вздыхает так, словно пытается убедить идиотку.