Чего не хотят драконы - Тереза Тур

Стефани смотрела во все глаза на Лорри, ловя себя на мысли, что сочувствует впавшему в отчаяние, решившемуся на преступление дракону. Отчасти он был прав, поскольку попытался сделать хоть что-то... И все же это было жестоко. Бедные девушки были уверены, что умрут! И тут – спасительное предложение. Выносить дракона…

- Королевства людей готовы напасть, - продолжал Лорри. – Почуяли надежду, зная, что происходит у нас. Лишь ужас, который им внушили наши предки, сдерживал натиск, но и младенцу понятно – это всего лишь вопрос времени. Мы слишком богаты, чтобы их ожидание длилось вечно. И я решился. Собрал драконов. Полукровок и просто людей, поклявшихся мне в верности. Как мог, спасал королевство, до которого никому нет дела!

Он замолчал. Ни принц, ни Стефани, ни кто-либо другой из присутствующих не проронили ни слова.

- Но как только мы провернули это в одном из городов, драконы утратили способность к обороту… - прошептал он. – Это значит: все, что я делал…  ошибка. Мало того – преступление.

- Не казните себя, - вдруг сказал профессор. – Да, попытка оказалась неудачной. Однако нельзя исключать возможности, что утрата оборота может быть вообще никак не связана с вашими действиями. Как говорят ученые – любая, даже самая смелая теория имеет право на существование, пока нет неопровержимых доказательств того, что она не верна.

- Согласен, - кивнул Рольф.

У черно-золотого на душе скребли кошки. Что, если это он виноват во всем? Или отец? Ведь они оставили королевство, забыли о долге. Он – из-за любви, отец – от горя…

- Допустим, - аспирант вдруг осмелился подать голос, хотя до этого старательно сливался с мозаикой, делая вид (вполне успешно), что его нет в пещере. – Предположим. Что всему виной – клятва. Некий договор с миром, скреплённый кровью черно-золотых, - он кивнул в сторону изображения на стене. – Его величество, хоть и бездействовал, но королевства не покидал, формально оставаясь правителем. Принц… Его высочество. Вернулся – факт? Определённо. Почему же тогда…

- Драконы потеряли небо, - проговорила Стефани. – И произошло это тогда, когда мы вырвались из мира фей.

Её слова повисли в воздухе. 

Лорри грустно покачал головой. Он вовсе не был злодеем и с большим удовольствием предпочел бы шить прекрасным барышням наряды, вместо того чтобы смертельно пугать прекрасную половину драконьего рода.

- Время покажет, - спокойно проговорил принц. – Я беру власть в свои руки.

Ветер снаружи пещеры одобрительно взвыл, поддерживая молодого дракона.

- Тан Рарн. Вы - мой канцлер.

- Благодарю за оказанную честь и приложу все усилия, Ваше высочество. Но я не тан… Меня изгнали  из рода.

- Вздор. Вы – канцлер моим повелением, а там… Небо рассудит. Цейн – вас я назначаю военным министром королевства. Сделайте так, чтобы драконам было, чем ответить людям, если те рискнут напасть.

- Слушаюсь, - вытянулся капитан Цейн.

- Профессор Ларс. С этой минуты вы – министр просвещения. Продолжайте исследования – необходимо выяснить, какой именно договор  предки королевского рода заключили с миром. Я желаю знать об этом все.

- И если мы не погубим невинную жертву, - Стефани вспомнила ночной разговор с призраком, - У нас есть шанс.

Глава 13

- Это опасно!

Проход загородил капитан Цейн. В глазах полукровки горел огонь, на руках то и дело появлялись когти, а по лицу… змеилась   вязь чешуек, поблескивая в полутьме.

- Капитан… – с восторгом выдохнула Стефани, жестом останавливая Рольфа – кажется, сейчас есть дела поважнее мужских пререканий.

Цейн вот-вот обернется. Значит ли это… Они стояли в узком проходе пещеры Первых. Принц пытался подобрать слова, чтобы заставить капитана дать им дорогу.

Конечно он мог  просто приказать – жестко, холодно, и не подчиниться ему дракон бы не посмел, но… не хотелось. Цейн и остальные должны понимать, что каждому из них приходится делать и почему. В столь нелегкое для королевства время они должны нести ответственность за каждый шаг, просчитывая тысячи вариантов, а не просто бездумно подчиняться приказу.

Стефани подошла к капитану – ее рука застыла в миллиметре от сияющих чешуек на лице полукровки. - Как вы себя чувствуете?

- Как будто вот-вот взорвусь, - честно ответил дракон, сморгнув с век капельки пота.  – Я не могу отпустить вас одних. Нельзя! Просто… поверьте.

- Прорезался дар предвидения? – Лорри, облокотившись о стену, всем своим видом выражал неприязнь.

- Не знаю, - растерянно проговорил Цейн. – Но… Внутри словно…  кипяток.

- Вы оборачиваетесь, - крикнул профессор из зала с фреской.  – Это же очевидно! Как и то, что этого не стоит делать здесь – вон отсюда, быстро!

- Почему он! – с отчаянием воскликнул Лорри, выдав себя с головой – зависть истинного стала очевидна – первым вернул себе крылья полукровка – разве справедливо?!

Цейн бросился наружу, остальные - следом (по двум причинам – помочь в случае необходимости и стать свидетелями чуда!).

Рычание огромного зверя, что появился в небе, выражало боль и восторг одновременно. Дракон кувыркался над горами, полыхая огнем, словно не мог поверить…

- Цвета… черной сирени! – прошептала Стефи.

 Она никогда не видела капитана в драконьей ипостаси, и… как же ей хотелось рисовать! Руки в воздухе словно похлопали по карманам – результат многолетней привычки таскать с  собой карандаш и блокнот. Но то… в мирное время.

Она стояла и думала о том, что не так давно, когда она могла целыми днями слоняться по Родаку, делая наброски, она считала себя самой несчастной на свете – отвергнутой, покинутой. И только сейчас поняла – она была счастлива. Все были счастливы! Их с Рольфом глаза встретились. Дракон думал о том же, но немного… по-другому. Он думал о том, что его любимая должна рисовать. Капризничать. Есть пирожные. Болтать с подругой, балуя ее маленькую дочь и… мечтая о собственных детях.

А что получается? Вместо всего этого девушка вовлечена в войну.  Неведомая сила, о которой он ничего не знает, диктует драконам свои условия! А самоуверенные его сородичи этого даже не заметили. Враг все просчитал.

Драконы… Чванливые, самодовольные снобы. Они разучились слышать, что шепчут звезды. Понимать, о чем поет ветер. Разучились благодарить Небо за каждое мгновение счастья…

Так поделом!

- Полукровка, - тихо, но не