Моя месть. Шах, тебе мат! - Мара Евгеника

- Женюль, у меня в понедельник командировка на Камчатку. Полетели со мной мной? - шепчет мне в ухо Рома после очередного партизанского приступа близости в салоне машины и снова по дороге к родителям на обед.

Я лежу совершенно занеженная, залюбленная и разморенная. Слушаю голос мужа и пытаюсь хоть на несколько минут выключить мозг, в котором крутятся строчки из статей законов.

«Хорошо, что у Зорина командировка, - тут же выстреливает мысль. - Я хоть спокойно разгребу дела клиентов и без нервов подготовлюсь к судебным заседаниям».

- Малышка, умотал я тебя! Хотя нет…Это тебя адвокатские будни укатали, - бубукает муж, снова засовывая свою лапищу мне между ног. - Ой, какие мы горяченькие и мокренькие. Садись на меня. Я тебя покатаю.

Несмотря на то, что я хотела подремать, делаю так, как просит Зорин.

И не потому что я ему уступаю, просто мне реально нравится секс с ним.

Это та точка пересечения между нами, в которой у нас нет споров и разногласий.

Хотя нет, в принципе, мы никогда не спорим и не ругаемся. За полгода семейной жизни такого не случалось ни разу.

Просто Роман все время старается меня нагнуть и прогнуть.

Я же противостою ему молчанием и игнором. Его это бесит ужасно. Но…

Иначе я не умею, потому как именно эту науку за пятнадцать лет я усвоила очень хорошо.

Шах, конечно, был отличным учителем в этом плане.

- Жень, значит, поедем на Камчатку, - уже не спрашивает, а констатирует факт Роман, когда я только пытаюсь прийти в себя после оргазма.

Мысленно собираюсь с силами и подбираю правильные аргументы, которые, по-моему мнению, все правильные.

- Пока без меня, Ромочка.

- Что на это раз, Жень? - в голосе мужа появляются раздражение и сталь.

- У меня каждый день или суды, или подготовка к ним, - стараюсь говорить примирительно, зная, что Зорин вспыхивает, как спичка.

- Жень, мне нужна жена, а не адвокат. Ты хотела адвокатское бюро. Оно у тебя есть, - еще пока стараясь сдерживаться, бубнит Роман. - Так найми адвокатов, пусть они готовятся к заседаним судов и выступают в них. Учись у Элен Мазай. Сколько у нее уже адвокатов. Куча, Жень…

- Ром, у меня не бюро, а адвокатский кабинет. Мне объяснить тебе юристу с Гарвардским дипломом главное отличие этих двух форм адвокатских образований? - специально цепляю Зорина за его диплом и место учебы. - Так все же получается, что в других странах плохо учат юристов? Да, Роман Дмитриевич? Или Вы вместо учебы с девушками развлекались, а?

- Вы мне зубы не заговаривайте, мадам…Эм-м-м…Томская. Кстати, а вот и вопрос по существу. Жена моя, ты когда собираешься менять фамилию Томская на Зорина?

Услышав про фамилию, понимаю, что сейчас «Остапа понесет» и мы войдем во второй виток напряжения. Что и происходит.

К родителям Романа приезжаем с лицами, по которым отлично видно, что по дороге мы время зря не теряли.

- Что опять рычал.., - между делом интересуется свекровь, пока помогаю ей накрывать на стол.

Ничего не отвечаю, но разговор в машине настолько меня выбил из равновесия, что только силой воли сдерживаю слезы.

- Эх, Женечка, нет в тебе женской хитрости. Ты все пытаешься ему объяснить правильно и грамотно. А мужикам это не нужно. Их можно утихомирить или если соглашаться с ними во всем, или зеркальным рыком. Первым лучше не пользоваться. Романа это бесит.

Галина Сергеевна говорит, а в моей голове мысль: «Как же мне ужасно не хватает адекватной разумности Шаха…»

К Якову не нужно было искать кривой подход. Объяснил аргументировано в системе нормальных человеческих координат.

Он или принял, или отверг.

И никакого ковыряния мозга и жесткого морального прессинга и продавливания.

Сначала я очень редко вспоминала про Якова.

Ну, если быть честной, гнала от себя мысли о нем.

Сейчас, немного устав от энергетики и давления Зорина, мне прямо хочется поехать к Шаху и просто сыграть с ним шахматы.

Потому как с Зориным можно только рубиться в танчики или в Чапаева.

- Жень, если рычать тоже не твое, - слышу сквозь мысли голос свекрови, - то бей посуду.

- В смысле бей посуду? - выдыхаю, не скрывая удивления. - И зачем бить посуду?

- Только так можно отогнать или усмирить зверя. Мне бабушка так говорила. Они в Сибири на хуторе жили. И дед был тоже еще тем медведем. Когда он рычать начинал, она всегда кидала посуду на пол, - хохочет свекровь. - Я, кстати, так же делаю, если Димка из берегов выходит.

- И часто такое бывает, Галина Сергеевна?

- Сейчас, после инфаркта редко. А раньше только успевала сервизы покупать. Ромка в отца - ревнивый и вспыльчивый. Одна радость руки не распускают и не орут.

Да, что есть, то есть, но легче от этого мне не становится, потому как подстраиваться под таких Зориных, а тем более управлять ими очень сложно.

На фоне множащихся в геометрической прогрессии недовольств и обид, приобретающих затяжной характер, я все больше начинаю думать о Шахе.

Тем более, что он тоже не забывает о себе напоминать.

Первый наш тихий семейный скандал разгорелся из-за красной бархатной коробочки.

Ее мне с визиткой Шаха доставил курьер вечером на следующий день после нашего возвращения из медового месяца.

Презент получил Роман. И возгорелось пламя!

Его с рыком мотало, как на тарзанке.

Сначала мне было велено вернуть коробочку обратно. Но…

После Зорин просто взял и швырнул футляр вместе с визиткой с двадцать седьмого этажа пентхауса.

О ее содержимом я узнала на благотворительном мероприятии, куда мы должны были приехать вместе с Романом. Но…

Самолет его задержался, и он зашел в зал тогда, когда мы вежливо беседовали с Шахом.

- Как тебе мой подарок, Жень? Понравились серьги? Я подумал, что аквамарины с бриллиантами от Тиффани идеально подойдут к твоим глазам.

- Да, благодарю. Очень шикарные, - ответила я, внутренне хихикнув от мысли, что кому-то очень повезло.

- Я хотел тебе их подарить тогда, когда ты уходила из бюро. Но