Строгий адвокат по вызову - Ашира Хаан

Если он не гей, конечно. Но тут я могу подписаться – точно нет.

Проверено.

Несколько раз.

Остается еще вариант, что Глеб заплатил кому-то за дизайн своей квартиры.

Но тогда встают вопросы – зачем нужно платить за подобный дизайн, если настоящий брутальный мужик, оставшись с деньгами один на один, скорее купит кирпичный гараж, загонит туда «Москвич», поставит игровые автоматы и выстроит стену не из стабилизорованного мха, а их бочек с пивом.

Хуже того. Ведь очень заметно, что всей этой фигней: автоматическими шторами, массажным креслом, тропическим душем, паровым шкафом, прости господи – активно и с любовью пользовались! Не для красоты дизайнер напихал дорогих игрушек, а занятый работой адвокат так и не удосужился проверить, за что заплатил.

Глеб был совершенно прав – между ним и мной не было ничего общего.

Мы ничего друг о друге не знали.

Месяц назад.

Зато теперь я, кажется, влюбилась в его квартиру…

В ней все носило отпечаток его весьма своеобразной личности.

Коробка с коллекцией чая пряталась на закрытой полке с подсветкой, зажигавшейся в тот момент, когда я протягивала руку к чайнику, стоявшему под ней.

И от этого жеста она медленно открывалась, позволяя выбрать один из сотни сортов – в основном китайский.

Входя в квартиру, я бросала ключи на полку в коридоре – и не сразу заметила, что эта специальная полка для ключей, зонтиков, ложек для обуви установлена на идеальной высоте и идеальном расстоянии от двери.

Так, где было удобнее всего.

Кнопки управления светом, шторами, ночниками располагались в изголовье кровати – чтобы не вылезать из-под теплого одеяла, чтобы вечером выключить свет в коридоре, а утром задернуть шторы.

Диван у окна – с подставкой под локоть и развернут на такой угол, чтобы получить самый интересный вид на бурлящую вечерами пешеходную улицу.

Постельное белье – роскошное, шелковое, строго-мужских оттенков.

Пена для ванны – с запахом рома.

Бокалы для всех возможных напитков мира – по две штуки.

Даже тряпки для уборки у Глеба были подобраны в цвет кафеля в ванной и лежали в потайном шкафчике, расположенном там, где ты бы в первую очередь стал бы искать потайной шкафчик с тряпками для уборки.

Гедонизм, эстетика, эргономика.

Он был интересным человеком, этот Глеб Андреевич Мельников, человек с двумя высшими образованиями, серебряной медалью, – одна четверка, и та, внезапно, по истории! – и хрустальным кубком за победу в конкурсе иллюстраций к фантастическим рассказам.

Планшет для рисования я нашла, когда нажала на выступ в нижней части рабочего стола – и выехала целая панель с дополнительным монитором.

Спальня была лаконична и роскошна, кабинет консервативен и строг, гостиная – шикарна и элегантна, кухня – уютна и технологична, ванная – великолепна и наворочена.

Если бы у меня была такая квартира, я бы никогда в жизни из нее не уехала.

Да еще черт знает куда.

Но Глеб, который окружил себя всеми этими дорогими, футуристичными, красивыми и удобными вещами, таил в себе еще больше секретов, чем его квартира, в которой я нашла уже несколько потайных ящиков, полок, шкафов – и подозревала, что еще больше не нашла.

Потому что он-то из нее уехал. И поселился в скромной однокомнатной квартирке в одном из маленьких испанских городков. Там у него под ногами не путались три робота-пылесоса с разным функционалом, посуду он мыл руками, а вместо навороченного массажного кресла валялся в банальном веревочном гамаке на маленькой террасе.

Все это он показал мне, когда мы созвонились как-то раз по видеосвязи.

Глеб удивил меня тем, что был в обычной белой футболке. Логично. Но было бы интереснее посмотреть, как он качается в своем костюме в гамаке.

В руке у него был гигантский бокал с розовым вином, в котором среди ледяных айсбергов плавали апельсиновые дольки и виноградинки.

На его фоне моя гречка с фрикадельками смотрелась как-то негламурно. Мне и так было неловко готовить их на сияющей хромированной кухне и каждый раз хотелось извиниться, что это не стейк из мраморной говядины, а тут еще и сравнение не в мою пользу.

Я отодвинула тарелку за пределы видимости камеры.

Но вообще-то я настояла на видеосвязи не для того, чтобы увидеть Глеба и познакомить его с моей гречкой.

У меня был план.

– Что ты мне хотела показать? – поинтересовался он лениво, падая в гамак вместе с бокалом и телефоном.

– Вот это!

Я продемонстрировала ему угол спальни, аккуратно оклеенный серебристыми обоями.

– И что тут? Я ничего не вижу.

– Я тоже! А оно есть!

– Кто? – изумился Глеб. – Суслик?

– Суслик вряд ли, – задумчиво сказала я. – Но мышь – может быть.

– Что-о-о-о-о-о-о? – у Глеба аж темные очки со лба на нос упали.

Он быстро вернул их обратно и суровым голосом потребовал:

– Подробности!

– Вот в этом углу, – я продемонстрировала пустой угол. – Кто-то ночами скребется в тишине.

– Арина, откуда у тебя тишина ночами? Я велел устраивать оргии.

Глеб снова расслабился и отхлебнул из своего бокала, а у меня даже зачесалось там, где была совесть. Она пока не позволяла совершать набеги на его винный шкаф, а там было чем поживиться. Но после такой возмутительной демонстрации того, что ему и без меня отлично, я решила выбрать самую дорогую на вид бутылку шампанского и выпить в одно лицо!

– Ну, после оргий! – отмахнулась я, не давая сбить меня с толку. – Скребется. Свет включаю – никого.

– Что за чушь, – пробормотал Глеб. – Кто там может скрестись?

– Мышь, древоточцы, сверчки, термиты, духи неупокоенных рабочих-ремонтников. Или я не нашла в твоем таинственном замке еще одну скрытую комнату, где заперта твоя любовница, которая подает мне знаки.

Глеб почесал чуть отросшую бороду. Посмотрел куда-то в небо. Сощурился и взглянул мне прямо в камеру:

– Пятерка за исследование темы. Варианты решения: принеси кота, вызови дезинсекторов, поставь свечку.

– Записала, – кивнула я. – А против любовницы что?

– Ничего, пусть своей смертью помрет.

Я вздохнула.

Глеб ухмыльнулся.

Кажется, не прокатило.

Но я решила испробовать безотказное – воззвать к его мужским инстинктам:

– Глеб, но я боюсь!

– Не бойся. Я уверен, что у всего есть разумное объяснение.

– Конечно, и ты его обязательно найдешь!

Я устала намекать тонко и намекнула жирно.

– Хочешь, попрошу своего друга приехать к тебе и остаться на ночь, чтобы посмотреть, что там скребется? Кстати, он хорош…

– Не хочу!

В следующий раз я подготовилась лучше.

Ну, мне так казалось.

– Глеб! – Сказала я самым трагическим голосом. – Нужна твоя помощь! Соседи