Проклятая школа - Рейчел Хокинс

Утром Дженна попыталась меня утешить.

— Зато ты там будешь вместе с неотразимым парнем.

— Арчер перестал быть неотразимым, — отмахнулась я. — Он меня чуть не убил, а подружка у него — сатана в юбке.

Все же когда мы стояли на ступеньках у входа в подвал и слушали, как Ванди расписывает нам задачу, я не могла удержаться и все время искоса поглядывала на Арчера. Нужно признать — если отвлечься от человекоубийственных наклонностей и зловещих подружек, он-таки был неотразим. В свободно повязанном галстуке и с закатанными рукавами рубашки, он смотрел на Ванди скучающим взглядом, с легкой усмешкой скрестив руки на груди.

Такая поза выказывала в наилучшем свете его руки и грудную клетку. И вот это все досталось не кому-нибудь, а Элоди! Где справедливость, я вас спрашиваю?

— Мисс Мерсер! — рявкнула Ванди.

От неожиданности я чуть не свалилась с лестницы. Еле успела уцепиться за перила, а с другой стороны Арчер подхватил меня под локоть.

Еще и подмигнул. Я немедленно обратила все свое внимание на Ванди, как будто в жизни не встречала такой очаровательной личности.

— Вам что-нибудь еще раз объяснить, мисс Мерсер? — с издевкой процедила она.

— Н-нет, я все поняла…

Наверное, целую минуту Ванди смотрела на меня в упор. Видно, старалась придумать остроумный ответ, но она же тупая, как большинство подлых людей. В конце концов она всего лишь глухо зарычала и, отпихнув нас с Арчером, потопала вверх по лестнице.

— Один час! — рявкнула она через плечо.

И с такой силой захлопнула древнюю дверь, что та даже не заскрипела, а прямо-таки взвизгнула от боли.

Я с ужасом услышала, как щелкнул замок.

— Она что, заперла нас тут? — спросила я неожиданно тонким голосом.

— Угу, — ответил Арчер.

Он сбежал по ступенькам и взял одну из двух планшеток — Ванди положила их на ряд каких-то непонятных сосудов.

— Разве так можно? Она не имеет права!

Арчер усмехнулся, не отрывая взгляда от планшетки.

— Пора бы тебе, Мерсер, забыть такие очаровательные, чисто человеческие понятия, как «права».

Вдруг он вскинул голову, глаза у него расширились.

— О! Чуть не забыл. — Он отложил планшетку и начал рыться в карманах. — Вот, держи.

Он положил мне на ладонь что-то почти невесомое.

Я посмотрела — это была пачка бумажных носовых платков.

— Придурок!

Я швырнула пачку ему под ноги и, не глядя, схватила планшетку. У меня горели щеки.

— Неудивительно, что подружка у тебя — Элоди, — буркнула я, демонстративно перелистывая страницы, прикрепленные к планшетке.

Всего их было двадцать, и на каждой — примерно пятьдесят пунктов. Я пробежалась по списку, отмечая такие названия, как «Веревочный узел: Ребекка Нёрс» и «Отрубленная рука: А. Волдари».

Я оторвала верхние десять страниц и протянула их Арчеру вместе с шариковой ручкой.

— Ты бери эту половину.

Стараясь не смотреть ему в глаза, я прошла к самой дальней полке, около оконца.

Арчер с полминуты не двигался с места и, кажется, хотел что-то сказать, но в конце концов только вздохнул и ушел в другой конец комнаты.

Четверть часа мы работали в полной тишине. Ванди так много времени потратила на объяснения, а на самом деле работа оказалась несложной, хотя и нудной. Нужно было осматривать предметы на полках и отмечать в списке, на которой полке и в которой ячейке они находятся. Единственная трудность состояла в том, что предметы были без этикеток, поэтому иногда было не так просто определить, что это такое. Например, на полке «Ж» в пятой ячейке обнаружился лоскут красной материи. Это с одинаковым успехом могли быть или «Часть обложки гримуара:[4]К. Кателлан», или «Фрагмент церемониального облачения: С. Кристакос».

А может, вообще что-нибудь третье, из списка Арчера. Быстрее было бы нам работать вместе, но я все еще злилась на него за платочки.

Я присела на корточки и сняла с полки обшарпанный кожаный барабан. Взгляд скользил по строчкам, но я не разбирала ни слова. Конечно, зря я тогда разревелась при нем, но неужели он такая скотина, что способен над этим издеваться? Ну пускай мы не лучшие друзья, а все-таки в тот первый вечер мне показалось, что нас что-то связывает.

Значит, показалось.

Вдруг он сказал:

— Это шутка была.

Я резко обернулась и увидела, что он наклонился надо мной.

— Мне без разницы.

Я снова отвернулась к полкам.

Арчер спросил:

— Почему ты сказала про Элоди?

Поморщившись, я выпрямилась и перешла к полке «Е».

— Разве непонятно? Она тогда здорово повеселилась за мой счет. Вполне естественно, что и тебе нравится надо мной насмехаться. Приятно, когда у пары общее хобби.

— Слушай, ты! — вызверился он. — Из-за шуточки Элоди я тоже здесь теперь сижу. Или забыла — я пытался тебе помочь?

— А я тебя не просила! — ответила я, притворяясь, что внимательно изучаю кучку листьев, плавающих в банке с жидкостью янтарного цвета.

Вдруг до меня дошло, что это не листья, а трупики крошечных фей.

Поборов желание отбросить банку подальше с криком: «фууууу!», я начала перелистывать страницы в поисках названия вроде «Маленькие мертвые феи».

— Успокойся, это больше не повторится! — огрызнулся Арчер, тоже с бешеной скоростью перелистывая список.

Некоторое время мы оба молчали, уткнувшись в списки.

В конце концов Арчер спросил:

— Ты не видела ничего похожего на кусок алтарного покрова?

— Посмотри на полке «Ж», в пятой ячейке.

Ни с того, ни с сего он сказал:

— Знаешь, Элоди не так уж плоха. Если познакомиться с ней поближе.

— А ты, значит, познакомился?

— Что?

Я сглотнула комок в горле. Мне совсем не хотелось выслушивать, как Арчер расхваливает Элоди, но все-таки было любопытно.

— Дженна говорила, ты одно время был в рядах клуба под девизом «Мы ненавидим Элоди». Как это понять?

Он отвернулся и принялся, не глядя, перебирать предметы на полке.

— Она изменилась, — тихо сказал он. — После смерти Холли… Ты знаешь про нее?

Я кивнула.

— Бывшая соседка Дженны. Элоди, Честон и Анна меня просветили.

Он провел рукой по темным волосам.