Проклятая школа - Рейчел Хокинс

После этой милой беседы миссис Каснофф освободила меня от занятий на остаток дня, чтобы я могла, как она выразилась, «поразмыслить о том, что узнала».

Размышлять мне не хотелось. Я пошла на третий этаж — там в нише были установлены в ряд несколько ярко-красных телефонов, ими разрешалось пользоваться ученикам. Все они были покрыты толстым слоем пыли, потому что большинство экстраординариев и без этого могут общаться со своими родными. Вампиры не владеют телепатией, только я не замечала, чтобы Дженна когда-нибудь звонила домой. У оборотней есть какая-то разновидность стайного сознания, а феи передают сообщения при помощи ветра и летающих насекомых. Как раз в тот день я с утра видела, как Навсикая что-то нашептывала стрекозе.

А у ведьм и колдунов имеется большой выбор заклинаний для того, чтобы разговаривать с кем-нибудь на расстоянии, вплоть до того, что перед собеседником на стене появляются надписи или кошка начинает говорить твоим голосом. Но я этих заклинаний еще не знала, а если бы и знала — с их помощью можно общаться только с другими ведьмами. А раз мама у меня — человек, приходится использовать человеческие средства связи.

Я взяла трубку и поморщилась, потому что пыль тут же прилипла к потной ладони.

Через несколько секунд мама сняла трубку.

— Мой папа — глава Совета, — сказала я, не дав ей даже поздороваться.

Телефонная линия донесла до меня ее вздох.

— Ах, Софи, я хотела тебе рассказать…

— Но не рассказала.

Я сама удивилась, как вдруг сдавило горло.

— Соф…

— Ты мне ничего не рассказала. — Глаза жгло, голос сделался сиплым. — Не рассказала, кто мой отец, и что я, оказывается, самая сильная ведьма в мире — вообще во всем мире. И что папа… отправил меня сюда.

— У него не было выбора, — устало произнесла мама. — Если бы он сделал исключение для своей дочери, как бы на него посмотрели другие экстраординарии?

Я вытерла щеку тыльной стороной руки.

— Конечно, нельзя допустить, чтобы он плохо выглядел в чужих глазах.

— Солнышко, давай я позвоню папе, и мы все вместе…

— Почему ты не сказала, что меня хотят убить?

Мама тихо ахнула.

— Кто тебе сказал?

Кажется, она разозлилась еще сильнее меня.

Я ответила:

— Миссис Каснофф.

Оглоушив меня сообщением о моей громадной магической силе, миссис Каснофф сообщила, что, кроме всего прочего, папа отправил меня в «Гекату» для моей же собственной безопасности.

— Трудно его за это винить, — сказала миссис Каснофф. — Люди из «Ока Божия» убили и Люси в 1974 году, и на жизнь твоего отца много раз покушались. Тринадцать лет удавалось хранить твое существование в секрете, но теперь… «Око» рано или поздно узнало бы о тебе. В обычном мире ты была бы совершенно беззащитна.

— А эти… ирландцы? — еле выдавила я.

Миссис Каснофф отвела глаза.

— Брэнники сейчас не представляют угрозы.

Я видела, что она врет, но в своем ошарашенном состоянии просто не нашла в себе сил добиваться другого ответа.

— Это правда? — спросила я маму сейчас. — Папа отправил меня сюда, потому что мне грозит опасность?

— Немедленно позови к телефону миссис Каснофф, — сказала мама вместо ответа.

Я слышала в ее голосе не только гнев, но и страх.

— Это правда? — повторила я.

Мама не ответила, и я крикнула во весь голос:

— Это правда?

Дальше по коридору открылась дверь. Я оглянулась. Тейлор высунулась из своей комнаты, увидела меня, покачала головой и снова закрыла дверь.

— Соф, — говорила в это время мама, — давай… давай поговорим как следует, когда ты приедешь на зимние каникулы, хорошо? Это не телефонный разговор.

Я с размаху шмякнула трубку на рычаг. Телефон протестующе задребезжал.

Я сползла по стенке и уткнулась лицом в колени.

Так я просидела долго. Размеренно дышала, — вдох, выдох, — стараясь остановить слезы. Как ни странно, отчасти я чувствовала себя виноватой, как будто я обязана была дико возрадоваться, узнав, что я — крутая ведьма. Только это меня совсем не радовало. Я бы с огромным удовольствием уступила сияющую кожу, развевающиеся волосы и прочие спецэффекты Элоди с подружками. А для меня предел мечтаний — завести маленькую чайную или нечто в этом духе, где можно было бы продавать чакры и книги по астрологии. Вот было бы весело! Носить просторную фиолетовую ма…

Я вскинула голову, обрывая эти бредни. Снова у меня отчего-то мурашки поползли по загривку.

Я оглянулась и увидела ту девочку с озера. Вблизи стало видно, что она примерно моя ровесница. Она хмурилась, а подол зеленого платья колыхался, как будто от ветра.

Я хотела спросить, кто она такая, но не успела раскрыть рот, как она развернулась на каблуках и двинулась прочь. Я ждала, что услышу ее шаги по деревянным ступенькам, но никаких звуков с лестницы не доносилось.

Теперь мурашки бегали у меня не только по загривку, а и по всему телу. Наверное, странно — жить в доме, полном чудовищ, и притом бояться призраков, но вся эта история уже начинала выходить за грань. В третий раз я видела девочку-привидение, и каждый раз она словно изучала меня. Почему?

Я медленно встала и пошла к лестнице. Долго не могла решиться завернуть за угол — боялась, вдруг она там стоит, ждет меня.

Что она тебе сделает, Софи? — подумала я. Заорет: «Бу»? Пройдет сквозь тебя? Черт возьми, она же призрак!

И все равно, огибая угол, я затаила дыхание.

И врезалась в нечто вполне вещественное.

Я хотела завизжать, но получился скорее судорожный выдох:

— Охххххх!

Чьи-то руки подхватили меня и не дали упасть.

— Эй! — сказала Дженна с нервным смехом.

— А, это ты… Привет!

Я никак не могла перевести дух после столкновения, зато от сердца отлегло.

Дженна с тревогой смотрела на меня.

— Ты хорошо себя чувствуешь?

— День был тяжелый.