Строптивая проблема для дознавателя - Наталия Журавликова

А что если поставить несколько уютных кресел прямо здесь, на веранде? Выдергать траву, разбить клумбы, покрасить забор.

Посетители смогут дремать в удобных шезлонгах, попивая экзотические напитки. Можно даже организовать уголок со свежей прессой.

Кажется, я так замечталась о своем будущем успехе, что чуть не забыла о своих прямых обязанностях. А ведь я пока на испытательном сроке, и у меня все еще огромный долг. Одна оплошность, и меня вернут назад в яму, где я не увижу даже магического солнышка.

Когда я вернулась за стойку, то там меня уже вовсю дожидался посетитель, который был сейчас главным подозреваемым и, возможно, представлял серьезную опасность. Может быть он (или его многощупальцевый питомец) уже припрятал где-то у меня за стойкой контрабанду, а я не успела вовремя обратиться к Харди, чтобы вызвать подмогу.

— Очень рад видеть вас в добром здравии! — улыбнулся мне посетитель. — Виталий очень расстроился, когда в прошлый раз мы не застали вас на рабочем месте. Надеюсь, сегодня нет того странного массажиста, который так намял щупальца моему осьминогу, что он приходил в себя еще два дня.

Что делать? Возможно передо мной опасные преступники!

— Давайте сегодня порадуем Виталия морепродуктами в моем кафе, — предложила я, — а вам могу предложить стейк из тунца.

Я улыбалась так очаровательно, что у меня свело скулы. Но мне было очень нужно, чтобы посетители прошли в кафе, а я в это время смогла позвонить дознавателю по телефону.

Допрос осьминога

Вызвать Элвуда Харди оказалось сложно. Особенно объяснить оператору на другом конце трубки, кого я хочу услышать, а еще лучше — увидеть. Потому что на расстоянии с осьминогом-контрабандистом он мне вряд ли поможет справиться.

Я так и сказала:

— Пять тысяч сто тридцать восьмой! Вас вызывает Перепутье-48! Мне нужен дознаватель Харди. Элвуд Харди. Именно как дознаватель, да. Тут подозреваемый, которого он собирался допросить два дня назад. А я не знаю, подозреваемый он уже или нет?

— Кто вам нужен? — переспросил старческий голос.

— Вы пять тысяч сто тридцать восьмой?

— Нет, пять тысяч семьсот тридцать восьмой, простите, неправильно вас услышали. А лучше — говорите разбочивей! У меня только уборщицу можно вызвать. Соединяю с нужным оператором, не переключайтесь.

Вот дела! Тут, оказывается, и уборку можно заказать? А мне говорили — все самой!

Но не стоило отвлекаться.

Я, наконец, услышала оператора с нужным позывным, передала информацию и мне пообещали связаться с Харди, как только смогут.

Хорошенькие дела! А если я к этому времени погибну смертью храбрых? Или не очень храбрых, потому что немного боюсь Виталия. А после того как он оказался контрабандистом, уже пожалуй что и много.

Что ж, помощь я как уж смогла, вызвала. Надо проследить за моими гостями, как бы чего не натворили.

Набрав в грудь больше воздуха, я пошла в кафе. Завидев меня, Виталий бросил своего тунца и запрыгнул мне на плечи, сжав своими щупальцами так, что весь запасенный воздух тут же со свистом вышел обратно носом.

— Ой, как хорошо, что вы решили с нами посидеть, — обрадовался хозяин осьминога, а то Виталий места себе без вас не находил.

— А теперь вот нашел, — просипела я, пытаясь наощупь определить, где находится стул.

Хозяин подскочил и любезно подставил мне сиденьице.

— Расскажите, где вы были, когда отсутствовали? — кажется, он расположен поболтать. Это неплохо. Отвлеку его беседой, пока (может быть) прибудет Харди.

— Путешествовали куда-нибудь?

— Ага, — я попыталась кивнуть и щупальца Виталия тут же оказались в моей прическе, делая укладку на свой манер.

— В какой-то из миров? Завидую вам, привратникам. Наверняка у вас есть возможность посмотреть все реальности, к которым имеется доступ!

Мужчина мечтательно зажмурился. Если он не сядет в тюрьму за контрабанду, надо предложить ему стать моим сменщиком. Я напрягла память, стараясь вспомнить, как его зовут. Он же документы заполнял о прибытии.

— Эдуард, — я надеялась, что имя, пришедшее мне на ум, верное, — вы и не представляете себе все наши возможности!

И я говорила совершенно искренне. Сложно нафантазировать себе Яму. Это какое воображение надо иметь, нездоровое!

Эдуард завистливо вздохнул, дверь позади нас отворилась, и объятия осьминога ослабли. А потом Виталий и вовсе метнулся в сторону от меня.

Послышалось сдавленное:

— Оу!

Обернувшись, я увидела долгожданного Харди, объятого осьминогом.

— Добрый день, господин дознаватель! — радостно пропела я. — Давненько вас тут не было.

— Дела отвлекли, — Элвуд прошел внутрь кафе, опасливо косясь на украшавшего его осьминога.

— Это Виталий, он любит обниматься! — сообщил Эдуард.

— Вас-то я как раз и ищу, — Харди извивался, пытаясь ослабить хватку щупалец.

— Надо же, он вас сразу полюбил! — я изобразила восторг и умиление. На самом деле еле сдерживалась от неприличного хохота.

— Полагаю, после общения я стану таким же помятым, как вы! — нашел в себе силы съязвить дознаватель.

У него получилось сесть самостоятельно и с первой попытки. Осьминог что-то успокаивающе курлыкал, целясь ему в ухо щупальцем.

— Эдуард, можно чем-то отвлечь от меня ваше животное? — спросил Харди официальным и немного раздраженным тоном.

— Виталий — не животное! — Эдуард, кажется, оскорбился. — Он мой компаньон и у него есть чувства!

— Я бы не хотел сейчас являться их объектом, — не сдавался Харди, — у меня к вам официальное дело. И вообще ищу вас уже третий день.

— Так это вы тот следователь, с которым мы должны были встретиться? — догадался хозяин головоногого.

— Видимо, я. Если вы еще где-то не напроказничали со своим… компаньоном.

— Мы добропорядочные и законопослушные граждане. Виталий, ко мне! — скомандовал Эдуард все еще обиженным тоном.

Выпуклые осьминожьи глаза развернулись в сторону хозяина, однако моллюск не пошевелился.

Эдуард снова вздохнул и сделал вид, что ничего не говорил питомцу. Вместо этого ответил дознавателю:

— Я решил, что должен прибыть в ваше управление. Но точно не знал, где оно. Поэтому мы с Виталием искали вас полдня. А потом вернулись домой. А вчера были на слете аквариумистов, это важнее допросов.

— Да уж конечно, — проворчал Харди, — теперь нам придется пройти в один из номеров,