Одна грешная ночь - Сари Робинс

Ника вели по коридорам дома леди Джейнос, и он был потрясен почти аскетическим убранством. Вместо роскоши он увидел панели из темного дерева, резные потолки и светлые, ничем не украшенные стены. Леди Джейнос на поверку оказалась совсем не такой, какой он ее себе представлял.

– Миледи в саду, сэр, – сказал дворецкий, пока они шли по коридорам в глубине дома.

Они приблизились к алькову возле черного хода, и Ник остановился.

– Могу я задать вам несколько вопросов…

– Меня зовут Хикс, сэр.

Дворецкий повернулся к нему. Ему было лет сорок с небольшим. Плотного сложения, рыжие волосы тронуты сединой. Ясные карие глаза и длинный ястребиный нос.

– Могу я спросить, как давно вы служите у леди Джейнос, Хикс?

Дворецкий кашлянул в ладонь.

– Уже год с лишним, сэр.

– Ваше положение дает вам возможность видеть, кто здесь бывает.

Дворецкий кивнул, и взгляд его стал настороженным.

– Вы, конечно, знаете и о посещениях лорда Бомона?

Глаза Хикса забегали.

– Да, знаю.

– Вам неприятно отвечать на мои вопросы, Хикс?

– Неприятно. Дворецкий должен проявлять скромность. Но миледи велела всем слугам отвечать на ваши вопросы, поэтому постараюсь быть точным.

Ник с трудом скрыл изумление. Леди Джейнос, видимо, понимая важность его дела, постаралась облегчить ему задачу.

– Вам не приходят на ум какие-нибудь враги лорда Бомона? Кто-нибудь обиженный им и жаждущий отмщения?

– Нет, сэр. Как перед Богом скажу вам, сэр, что лорда Бомона все любят.

– Включая слуг?

Хикс замер, обведя взглядом холл.

– Слуги неплохо к нему относятся, хотя он и не очень добрый.

– Немного педантичен? Ханжа?

Щеки Хикса зарделись.

– Я этого не говорил.

– Нет, это сказал я. Но рассердить кого-нибудь, взъерошить чьи-нибудь перышки – еще не повод, чтобы человека повесили. – Ник потер подбородок и задал следующий вопрос: – Его отсутствие пошло кому-нибудь на пользу? Кому-нибудь, питающему особую привязанность к леди Джейнос?

– Леди Джейнос не принимает других мужчин, если вы это имеете в виду.

– Нет, я имел в виду не ее. Я думал, возможно, поклонники присылают ей цветы или подарки.

– Нет, сэр. Она достойная леди и прекрасная госпожа. Она всегда вовремя выдает жалованье без всяких проволочек, которые встречаются довольно часто в других домах, и платит не торгуясь.

– Кто владелец этого дома?

– Герцог Грейстоун, сэр. И это хорошо.

– Почему?

– Его светлость и лорд Рассел Мейберн, младший брат лорда Бомона, заботятся о леди Джейнос.

– Вы полагаете, что лорд Бомон не вернется?

– Если верить газетам, он уже не жилец, – ответил Хикс.

– Не думаете, что Грейстоун вышвырнет ее из дома?

Веки Хикса затрепетали.

– Нет, сэр.

– Когда случалось, чтобы кто-нибудь предоставлял вам дом в Мейфэр по доброте сердечной?

Дворецкий оцепенел.

– Если я выполняю свою работу, Хикс, то не потому, что хочу выяснить, как относится герцог Грейстоун к леди Джейнос, – заметил Ник, почесывая подбородок. – Есть изменения, касающиеся посещения этого дома с ареста Бомона?

– Ну, леди Джейнос теперь почти все дни проводит в тюрьме. Лорд Рассел обычно приходит по вечерам проведать ее. – Он пожал плечами. – Уходит он обычно около девяти. Горничные говорят, что она сильно устает и после десяти с трудом может поддерживать беседу. – Он нахмурился. – Она нигде не бывает, хотя сейчас сезон балов. В прошлом году в это же время балы в доме продолжались до рассвета, к тому же в парке постоянно устраивали пикники…

– Как вы полагаете, что еще мне необходимо узнать? – перебил его Ник, поскольку был хорошо осведомлен о развлечениях в высшем обществе. – Может быть, следовало бы с кем-нибудь поговорить?

Хикс облизал губы и покачал головой:

– Здесь хорошее место, сэр. Лучшее из всех, где мне доводилось служить. Надеюсь, что не потеряю его.

– Я ни в чем не уверен, Хикс. Знаю лишь, что должен выполнять свои обязанности и освободить лорда Бомона из тюрьмы. Остальное меня не касается.

– В таком случае все прекрасно, – закивал Хикс. – Проводить вас к леди Джейнос?

– Да, пожалуйста.

Ник последовал за Хиксом по ступенькам, ведущим в сад. Узкая тропинка с обеих сторон была обсажена розовыми кустами. Из изумрудной зелени выглядывали бутоны. У Ника был многолетний опыт ухода за садом директора Данна, и он знал, что розы скоро зацветут. Но сейчас пахло не розами, а сыростью и сосной.

Хикс зашагал медленнее, когда они подошли к большому дубу. Он остановился и сделал знак Нику следовать за ним.

Сквозь зелень до него донесся голос леди Джейнос:

– Я тебя нежно люблю, Джек, но больше не могу терпеть подобное поведение.

Джек? Леди принимала любовника? Ник бросил на Хикса вопросительный взгляд. Дворецкий скорчил гримасу, и Нику показалось, что он в затруднении.

Черт бы побрал эту леди Джейнос с ее лгунами слугами! Все вокруг нее пропитано фальшью и обманом. К горлу подступила тошнота. Неужели он оказался орудием в ее руках? Жертвой ее мерзких фокусов? Он оттолкнул дворецкого и стремительно направился к дубу.

И тут остановился как вкопанный. Леди Джейнос сидела одна.

Оглядев его, она нахмурилась. Не был ли румянец, окрасивший ее щеки, признаком смущения?

– Где он?

Она заморгала с невинным видом, как заправская актриса.

– Кто?

– Покажись, негодяй!

Леди Джейнос повернулась к дворецкому:

– О ком он говорит?

Хикс пожал плечами.