Дракон очарованный. Подвид женатый - Надежда Игоревна Соколова

Ричарду я, конечно, в ту же ночь рассказала все в красках, включая и свои мысли. Пусть он, гад такой, знает, что я думаю на этот счет.

«Гад» только ухмыльнулся.

— Твои земные платья только женщинам легкого поведения носить, когда клиентов приглашают к себе.

Естественно, я после этих слов стукнула его подушкой, Не помогло.

Ладно, у меня и другие рычаги воздействия имеются.

— Ты еще не забыл, кто у меня родители? Особенно отец? — вкрадчиво уточнила я. — А ведь они совсем скоро перенесутся в этот мир. Поэтому я советую тебе меня не обижать.

— Шантажистка, — проворчал Ричард. — Тебя попробуй обидь.

Вот. Правильная позиция. И вообще, нам давно пора было спать. Ведь коронация должна была состояться с самого утра, чтобы потом гости могли вдоволь поесть-попить-потанцевать.

Так что пришлось отворачиваться от этого обормота, укрываться одеялом и пытаться заснуть.

Снились мне зеленые луга, по которым я весело бегала под ярко-голубым небом. Солнышко нежно согревало меня, цветы радовали глаз, и вообще настроение во сне было самым что ни на есть прекрасным, несмотря на все проблемы в реале,

А утром… Утром служанки меня разбудили ни свет ни заря. И самым что ни на есть немилосердным образом подняли с постели. Надо было готовиться к коронации. Меня следовало вымыть, одеть, накрасить и со всем почтением сопроводить в зал, в котором все будет происходить.

Мрачно зыркая из-под насупленных бровей, я нехотя слезла с постели и пошлепала в мыльню. Горячая вода уже ждала меня в большом железном чане. И я бы там и заснула, расслабившись, если бы не служанки, то и дело будившие меня во время мытья.

Злая, не выспавшаяся, отчаянно зевавшая, но при этом идеально чистая, я в скором времени вернулась в спальню. То самое платье уже ждало меня на кровати — лежало там немым укором моей неторопливости. Пришлось одеваться, обуваться, а затем и краситься.

Минут через сорок-пятьдесят я шла бодрым шагом в нужный зал. В сопровождении служанки, естественно. Иначе сама я вряд ли нашла бы дорогу.

Что называется: почувствуй себя средневековой принцессой, заточенной в замке бездушного рыцаря. Хотя в таком платье, наверное, можно показаться практически в любой земной эпохе. Везде примут за свою. Чуть ли не универсальный крой.

Дошли мы относительно быстро. И уже совсем скоро я переступала порог зала.

Посередине него находилось большое широкое кресло с бархатной накидкой красного цвета. Рядом с торжественным видом стоял Ричард.

Вокруг — его родные и многочисленные придворные, появившиеся поглазеть на мою коронацию. В общем, куча народа. И почти все пришли не по делу. Их с легким сердцем можно было отправлять сразу в обеденный зал — пить и есть во славу новой императрицы.

Едва я дошла по ковровой дорожке до кресла, как из воздуха материализовались две знакомые фигуры. Нарус и Зелагра. Они выглядели невероятно нарядно и явно решили своим появлением шокировать и так нервный народ.

— Мы вовремя, — обратился с улыбкой прадед к моей дальней родственнице. — Как видишь, они даже не начинали.

Народ притих, как мышь под веником. Стояли чуть ли не на вытяжку и испуганно смотрели на двух богов, осчастлививших их своим появлением. Даже дышать, и то перестали. Заодно в уме сплетни сочиняли, как им посчастливилось лицезреть едва ли не самых могущественных божеств своего пантеона.

— Детка, — повернулся ко мне улыбавшийся Нарус, — завтра здесь должны появиться твои родственники, все семейство разом. А пока что мы с Зелагрой побудем здесь вместо них, если ты не возражаешь. Чтобы тебе было не так тоскливо во время этого чудесного праздника. — И тем же благожелательным тоном Ричарду. — Начинай церемонию, сынок.

Я только хмыкнула про себя, решив никак не реагировать на такие слова. Нет смысла. И мне не тоскливо. И Ричард ему точно не сынок. Но, сдается мне, Нарус просто скучал. Вот и развлекался. Пусть и за мой счет.

Глава 30

Ему дорога не жена, а приплата.

Любовь для него — не любовь, а базар.

Хитер он, — и я уж не так простовата:

Пускай он попроще присмотрит товар!

Побегов не жди от прогнившего корня,

Зеленых ветвей — от сухого ствола.

Такая любовь ускользает проворней,

Чем тонкая, скользкая нить без узла!

Роберт Бернс

Ричард, конечно, никак не мог называться «сынком» Наруса. Но кто ж откажет богу, когда тот просит, да еще и так вежливо?

В общем, я села в кресло, Ричард встал позади, за спинкой, и начал громко произносить какой-то текст на незнакомом языке. Что-то вроде «принимаю тебя в свою семью, ставлю тебя на одну ступень рядом с собой». Я слушала молча. Мне вообще по местным обычаям отводилась совершенно пассивная роль. Сиди себе в кресле, молчи, делай вид, что слушаешь. А потом, в нужный момент, тебе на голову наденут корону. И оп — ты уже императрица. И с этих пор к тебе следует обращаться «ваше величество».

Вот и я ждала корону. Дождалась. Массивное нечто, очень уж тяжелое, появилось на моей голове. Так и хотелось согнуться под тяжестью этого «сюрприза».

К моему счастью, вся церемония закончилась именно надеванием короны. Теперь уже я была императрицей. И это нечто, железное и тяжелое, с меня быстро сняли.

— Можешь встать, детка, — все так же благожелательно улыбнулся мне Нарус.

Ладно, встала, раз могу. Дальше по плану шло застолье. Чуть позже — бал в мою честь. Боги, конечно, ни на то ни на другое не остались, ушли порталом сразу же после коронации. Не следовало еще сильнее пугать и так с трудом дышавших в их присутствии смертных.

Мы всей толпой отправились за стол, расселись по местам… И тут я поняла, что все, сегодня это было последней каплей. Запахи от блюд, смешавшись с ароматами духов аристократов, успешно добили мой беременный организм.

Я резко побледнела, выскочила из-за стола. К горлу подкатил ком.