Семейные ценности - Ли Уилкинсон

– Я не понимаю тебя, Ричард.

– Я говорю о твоей больной голове, что же тут непонятного? – Он сжал Тинины запястья и, перевернув ее на спину, придавил ее тело своим. – Она все еще болит?

– Немного.

– Тогда что ты тут делаешь? – спросил Ричард.

– Теперь болит значительно меньше, – ответила Тина.

– Надо же, какие чудеса! – усмехнулся он. – Но шла бы ты к себе, красавица.

– Ты меня выгоняешь?

– Мне не нравится, когда меня дразнят. Я никому не позволяю играть с собой.

– Я и не думала с тобой играть, – принялась оправдываться девушка. – Я просто решила, что ночь перед свадьбой лучше провести в разных спальнях.

– Вот и иди к себе.

– Но я передумала, любимый, ты мне нужен.

– Неужели?

– Это правда.

– Ну, раз так, коли тебе неймется… Сделаю тебе маленькое дружеское одолжение, – проскрежетал Ричард и до боли сжал ее сведенные над головой запястья.

– Ричард, мне больно, – испуганно вскричала Тина.

– Как я и хотел, – спокойным тоном пояснил он.

Они занимались любовью яростно и сразу после уснули. Тинин сон был глубоким и безмятежным.

Когда Тина пробудилась, было совсем рано, но Ричард, видимо, встал еще раньше, – в комнате его не оказалось. Тина взбила подушки и села, откинувшись на них. Она задумалась.

Тина досконально помнила прошлую ночь. В их акте любви была скорее злость, дикая ярость, нежели нежность, Ричард скорее наказывал ее, чем любил…

А ведь мне предстоит выйти за него замуж не позднее полудня. Каким же станет день, которому надлежит быть самым счастливым в жизни женщины? И как изменится моя судьба после бракосочетания?

В сознании Тины эхом отозвались слова Хелен – оскорбленной, оставленной, но все еще на что-то надеющейся. А если ее надежды не беспочвенны, а предостережения не безосновательны?

И даже если отринуть вчерашний разговор с Хелен, так ли я сама уверена в своем решении? Не являются ли ее слова всего лишь подтверждением моим собственным страхам? Впрочем, страх, по-моему, вполне обоснован, все произошедшее за последние дни слишком необычно, недостоверно, ненадежно.

И как же трудно спорить с самой собой, когда легкомысленное сердце отчаянно жаждет этого брака, а разум снова и снова твердит о невозможности подобного союза…

Но ведь не надо упускать из виду еще и странный диалог в кабинете, вспомнила Тина. Тогда было невозможно разобрать, о чем спорили Ричард и Хелен, о каких несовпадениях во взглядах шла речь и касалось ли это ее – Тининой – персоны. Какой-то ребус без ключей и подсказок, подумала девушка, а от его решения зависит моя дальнейшая судьба.

Тине внезапно захотелось увидеть Хелен, поговорить с ней прямо и начистоту.

До Фаррингтон-Холла, кажется, всего три или четыре мили, но там ли сейчас Хелен? Успею ли я получить ответы на свои вопросы до десяти часов?

В любом случае ждать и бездействовать не имело смысла. Тина встала с кровати и пошла в комнату для гостей, где быстро приняла душ, переоделась в брючный костюм и, незамеченная, прошла через холл к заднему ходу и бегом направилась к конюшне.

– Доброе утро, мисс, – поздоровался с ней конюх.

– Доброе, Джош, – ответила она.

– Решили прокатиться?

– Если это возможно.

– Конечно. Отличное решение! Я подготовлю Юнону для вас, а Юпитера для мистера Ричарда. Он ведь составит вам компанию?

– Ричард занят, я поеду одна.

Тина поблагодарила конюха, пришпорила Юнону и галопом понеслась к Фаррингтон-Холлу…