Семейные ценности - Ли Уилкинсон

Речь пойдет о брачном контракте, поняла Тина. Он вступит в силу в тот момент, когда она даст свое согласие перед алтарем. Чудеса закончились, остался страх… Но, в сущности, что она теряет?

Когда ужин подошел к концу, Ричард распорядился, чтобы чай принесли наверх. Они с Тиной поднялись в хозяйскую комнату.

Едва чашки опустели, Ричард, глядя Тине в глаза, сообщил:

– Во время церемонии венчания ты наденешь мне на руку кольцо, которое моя мама преподнесла моему отцу в день их бракосочетания. А я, в свою очередь, хотел бы подарить тебе кольцо моей матери, если, конечно, тебе нравится эта идея.

– А твоя мама не стала бы возражать? – поинтересовалась девушка.

– Нет, не стала бы. Более того, я убежден, она была бы рада, – ответил Ричард.

– Тогда у меня нет причин отказываться.

– Поскольку Брэдли не переносит упоминаний о моем отце, он запретил маме надевать это кольцо, и оно долгие годы пролежало в ее тайнике.

Ричард подошел к секретеру, открыл створки потайного отделения и достал из него шкатулку, инкрустированную перламутром. Тина, затаив дыхание, следила за его движениями, ей казалось, будто он исполняет какой-то, ведомый только ему ритуал.

Из шкатулки Ричард извлек маленький футлярчик, обтянутый синим бархатом, затем подошел к Тине и приподнял перед ней крышечку. Увидев золотое кольцо с крупным бриллиантом, Валентина невольно вскрикнула.

– Мамины пальцы были такими же тонкими, как твои, – прошептал Ричард. – Уверен, кольцо будет тебе впору. Примерь.

Ричард осторожно извлек украшение из футляра и надел его на безымянный палец Тины.

Слова были излишни. Тина молча любовалась кольцом, никогда прежде она не могла представить себе, что подобное произведение искусства когда-либо будет украшать ее руку.

Ричард лишь кивнул в знак одобрения, убедившись, что кольцо пришлось впору.

Большие часы в холле пробили два часа, на лестнице раздались шаги. В комнату вошла Милли и доложила о прибытии адвоката.

– Пора спускаться, – Ричард предложил Тине руку.

Девушка замялась:

– Это твои дела, я предпочитаю не вмешиваться. Я спущусь, когда во мне возникнет необходимость.

– Ошибаешься, тебя это касается ничуть не меньше, чем меня, – возразил он.

– Что ты имеешь в виду? – спросила Тина, прекрасно понимая, зачем Ричард настаивает на ее присутствии.

– Ты должна одобрить или отвергнуть некоторые пункты брачного контракта.

– Знаешь, в данный момент мне это кажется несколько неуместным. К тому же в таких делах я ровным счетом ничего не смыслю.

– На самом деле тут не надо многое понимать, поскольку я договорился с адвокатом о том, что мы рассмотрим самую распространенную форму брачного договора и по обоюдному согласию внесем туда необходимые изменения. Поэтому, пока мы еще не спустились, пообещай мне, что не будешь нервничать, а если будешь с чем-то не согласна, сразу скажешь, чтобы после не возникло никаких осложнений. Мы договорились, Валентина?

– Да.

* * *

Адвокат ждал Ричарда и Тину в кабинете. Едва увидев его, девушка подумала, что он производит впечатление человека добродушного. Это был высокий полный мужчина с абсолютно седой головой.

– Добрый день, мистер Керэдайн, – Ричард пожал адвокату руку. – Вы прибыли, как всегда, минута в минуту, несмотря на мой экстренный вызов. Простите, наверно, я спутал ваши воскресные планы, но мое дело не терпит отлагательств.

Ричард взял за руку Тину и подвел ее к мистеру Керэдайну.

– Дорогая, это Мэтью Керэдайн, о котором я говорил тебе утром… Мэтью, познакомьтесь с моей будущей супругой Валентиной Данбар, – представил он их друг другу.

Адвокат церемонно склонил голову в знак приветствия, радушно улыбнулся, поцеловал Тинину руку и сообщил:

– Очень рад нашему знакомству, мисс Данбар.

Они сели. Адвокат приступил к работе:

– Я принес все необходимые документы.

– Тогда начнем! – улыбнулся Ричард.

– Я хотел бы прояснить одно обстоятельство, связанное с вашим планируемым браком, которое непосредственно касается мисс Данбар. И если никто не возражает, то, пожалуй, с него и начнем…

Ричард согласно кивнул.

Мистер Керэдайн открыл портфель, извлек из него единственный документ и передал Тине со словами:

– Я бы хотел, чтобы вы ознакомились сданным документом и, в случае своего согласия с его содержанием, поставили подпись в соответствующей графе…

Тина взяла бумагу и, прежде чем начать читать, попробовала устроиться поудобней, откинувшись на мягкую спинку кресла. Ей и раньше приходилось читать деловые бумаги, но в этой ситуации она с трудом понимала, о чем идет речь в документе. Прошло несколько минут, прежде чем ей удалось сосредоточиться.

Но содержание оказалось предельно ясным. В договоре говорилось, что в случае развода Ричард Андерс обязуется приобрести на имя Тины дом и оплачивать его содержание, кроме того, указывалась сумма причитающегося Тине пособия, которая заставила ее на миг зажмуриться. Соблюдение этого пункта предусматривало отказ Валентины от всех притязаний на замок и иное фамильное достояние семейства Андерс.

Ниже рассматривались обстоятельства опеки над рожденными в этом браке детьми. Тина с удивлением прочитала о том, что в случае развода дети остаются с отцом и больше никогда не видят мать. Она не стала дочитывать договор и отложила его, холодно сказав:

– Я не стану это подписывать.

– В чем дело? – гневно выпалил Ричард, который, видимо, предполагал подобный поворот и был готов к противостоянию.

– Мне нравится твое трепетное отношение к замку и иному фамильному достоянию, – признала Тина.

– При чем тут замок?

– При том, что мне и в голову бы не пришло претендовать на него.

– И что же тебе мешает подписать договор?

– Согласно ему в случае развода вместе с кучей древностей тебе отходят еще и дети, которых я буду вынашивать, рожать, кормить, беречь, растить. Знаешь, для меня это не одно и то же.

– Полностью с тобой согласен. Мы изменим этот пункт.

– И как он будет звучать?

– Меня вполне устроит, если дети будут жить с тобой, а я буду иметь возможность принимать неограниченное участие в их воспитании. Такой вариант тебе больше нравится?

– Да, пожалуй. Но, надеюсь, подобное никогда не случится, – улыбнулась Тина.

– Уверен, для развода у нас не будет причин. А в остальном?

– Дай дочитаю.