Кольцо - Даниэла Стил

Тем же утром фон Готхард отправился к старинному приятелю,армейскому полковнику. Тот сразу сказал, что сделать ничего нельзя.

– Твой мальчик нужен нам, Вальмар. Каждый человек на счету.

– Неужели дела обстоят так скверно?

– Хуже чем скверно.

– Понятно…

Они немного поговорили о войне, о здоровье жены полковника,о банке, а затем Вальмар вернулся в контору. Он ехал в «роллс-ройсе» илихорадочно размышлял. Нет, сына он им не отдаст. Они и так уже отняли у негослишком много.

Из своего кабинета фон Готхард сделал два телефонных звонка.Во время обеденного перерыва он съездил домой, вынул из сейфа какие-то бумаги ивернулся в банк. Вечером он приехал в Грюневальд поздно, в седьмом часу. Детисидели в комнате Герхарда – Ариана плакала, а лицо сына было искажено страхом иотчаянием.

– Папа, неужели они его заберут?

Ариана была уверена, что отцу под силу сдвигать горы, но вэтот миг в ее взгляде уже не было надежды. Вальмар мрачно ответил:

– Да, они могут это сделать.

Герхард сидел молча, потрясенный случившимся. Повесткалежала у него на письменном столе. Он перечитал ее, наверное, раз сто. Еще двоемальчиков из их класса получили такие же извещения. В гимназии Герхард никомуне сказал про повестку – отец велел помалкивать, поскольку еще надеялся, чтодело можно как-то уладить.

– Значит, мне придется идти в армию, – тусклым,безжизненным голосом произнес Герхард, и Ариана вновь залилась слезами.

– Да, Герхард, придется, – торжественно подтвердил фонГотхард, нежно глядя на сына и дочь. – Будь горд тем, что сможешьпослужить своей родине.

– Папа, ты что?!

Герхард и Ариана уставились на отца в ужасе.

– Тихо.

Вальмар плотно закрыл дверь, потом приложил палец к губам ипрошептал:

– Ты не пойдешь в армию.

– Нет? – радостным шепотом переспросил Герхард. –Тебе удалось договориться с ними?

– Нет. Ничего не получилось. Поэтому мы уезжаем.

– Что-что? – поразился Герхард, а отец и дочь понимающепереглянулись.

Им предстояло пройти путь, преодоленный Максом несколькомесяцев назад.

– Но как?

– Завтра я увезу тебя в Швейцарию. Скажем всем, что тызаболел и лежишь в постели. На призывной пункт тебе следует явиться в четверг,у нас есть еще целых три дня. Я переведу тебя через границу и оставлю у своихдрузей в Лозанне или, может быть, в Цюрихе. Потом вернусь сюда за Арианой.

Он нежно взглянул на дочь и коснулся ее руки. Возможно, ониувидят Макса раньше, чем предполагали.

– А почему она не может отправиться вместе с нами? – снедоумением спросил Герхард.

Отец покачал головой:

– Я не сумею так быстро приготовить документы. Кроме того,если она останется, это поможет избежать лишних подозрений. Я вернусь наследующий день, и мы с Арианой присоединимся к тебе. Но учтите: об этом планеникому ни слова. От соблюдения тайны зависит наша жизнь. Понятно?

Брат и сестра кивнули.

– Герхард, я заказал для тебя новый паспорт. Может быть, нампридется использовать его при переходе границы. Однако пока ты здесь, ты долженвести себя так, словно собираешься в армию. Изображай, что ты рад и доволен.Даже здесь, дома.

– Ты что, не доверяешь слугам?

В шестнадцать лет Герхард все еще был по-детски наивен. Онне придавал значения тому, что дворецкий Бертольд – верный член нацистскойпартии, а фрейлейн Хедвиг слепо верит в Адольфа Гитлера.

– Не до такой степени.

– Ну хорошо, – пожал плечами мальчик.

– Никаких вещей готовить не нужно. Мы купим все на месте.

– Мы что, берем с собой деньги?

– У меня в Швейцарии есть деньги. – Вальмар готовился кэтому шагу несколько лет. – Жаль только, что упущено столько времени. Мымогли бежать в Швейцарию во время каникул.

Он тяжело вздохнул, и Ариана, желая его утешить, сказала:

– Ты ведь не мог знать, что все так обернется. Скажи, когдаты вернешься за мной из Швейцарии?

– Сегодня понедельник. Утром мы отправляемся в путь… Вернусья в среду ночью. В четверг появлюсь в банке, а вечером мы с тобой уедем.Скажем, что отправляемся на званый ужин, и больше не вернемся. Придется сказатьслугам, что Герхард отправился в армию, не попрощавшись с ними. Главное – непускай Анну и фрейлейн Хедвиг к Герхарду завтра и в среду. А потом мы скажем,что он ушел на рассвете в четверг, не пожелав никого видеть. Поскольку ты и ябудем на месте, слуги ничего не заподозрят. Днем я буду в банке, в конце днявернусь за тобой…

– А как ты объяснишь на работе свое отсутствие?

– Никак. Мне ничего не придется объяснять. Я часто бываю навсякого рода секретных встречах и совещаниях. Ну как, вы все поняли? Войнапочти закончилась. Когда наступит финал, нацисты постараются всех утащить надно следом за собой. Я не хочу, чтобы мы находились на их тонущем корабле. Азначит, пора уносить ноги. Когда все будет кончено, вернемся на развалины.Итак, Герхард, мы встречаемся в кафе возле банка в одиннадцать утра. Оттудаидем на вокзал. Понятно?

– Да, – очень серьезно кивнул мальчик.

– Ариана, значит, ты ухаживаешь за больным братом, поняла?

– Да, папа. Но как он утром выйдет из дома, чтобы его никтоне видел?

– Герхард, ты должен покинуть дом в пять утра, пока все ещеспят.

– Хорошо, папа.

– Одевайся потеплее. Границу, очевидно, придется пересекатьпешком.

– А как же ты, папа? – встревоженно спросила Ариана.

– Не беспокойся, сил на это у меня хватит. Полагаю, что япокрепче этого сосунка. – Вальмар потрепал сына по волосам и ободряющеулыбнулся своим детям. – Ни о чем не тревожьтесь. Все пойдет как надо. Апотом наступит день, и мы сюда вернемся.

Он вышел из комнаты, а Ариана задумалась над его словами, незная, верить им или нет.