Твоя лишь сегодня - Энни Уэст

Она просто не подумала об этом. Сразу после визита в школу она встречала делегацию женщин, которые провели в пути два дня, чтобы отдать молодой шейхине подарки собственного изготовления: духи на основе розовых лепестков и изысканно сотканные палантины. Потом у Арден были занятия арабским языком, затем стилист делал ей прическу. Она едва успела повидаться с Даудом до того, как его уложили спать.

– Не смущайся, Арден. Никаких проблем не возникло, – произнес Идрис успокаивающим тоном и сильнее почувствовал себя виноватым. – Нашим гостям понравились украшения.

Он так и не прикоснулся к ней. Арден была этому рада.

Хотя ей очень хотелось положить усталую голову на широкое плечо мужа.

– Только потому, что ты взял ситуацию в свои руки. – Она покачала головой, вспоминая первоначальные удивленные взгляды гостей и негодование дворцового распорядителя.

– Ты слишком волнуешься. Ты же видела, как всем понравился верблюд Али. – Идрис хихикнул, его глаза сверкнули. – По-моему, нам надо устроить выставку картин, которые Дауд нарисовал пальцем. Что скажешь? Мне кажется, у нашего мальчика талант.

Вопреки всему Арден улыбнулась, думая о последнем рисунке Дауда. На нем он изобразил себя, отца и мать. У всех троих были огромные головы и тонкие ножки. Идрис тоже решил порисовать и в шутку пригрозил измазать нос Арден красной краской, когда она раскритиковала его усилия.

– Судя по всему, дети были в восторге от предметов искусства. Дворец был слишком долго закрыт для посетителей. Может, нам следует регулярно приглашать сюда школьников?

– Распорядитель будет очень рад, – пробормотала Арден, не сумев представить, как старик улыбается, видя детей в зале Тысячи столбов.

Идрис мгновенно посерьезнел.

– Завтра его уволят, – сказал он.

Ошеломленная Арден уставилась на суровое лицо мужа.

– Он не виноват. – Она шагнула к нему ближе, вдыхая аромат одеколона и запах его тела. – Только я виновата.

Идрис покачал головой:

– Меня не волнует банкетный зал. Мне не понравилось, что Селим начал выслуживаться передо мной в твоем присутствии. Я знаю, он приверженец старых традиций, и он тебя раздражает. Поэтому он работает за пределами дворца.

Арден удивилась.

– Ты убрал его из дворца из-за меня? – Она одновременно тревожилась и испытывала удовольствие от того, что Идрис старается облегчить ей жизнь.

Он поджал губы:

– Ты моя жена и его королева. Если он тебе докучает, я его уволю.

Арден моргнула. В мгновение ока Идрис превратился в гордого самодержца, которым она запомнила его в Лондоне. До нее дошло, что в последнее время он выглядел с ней намного мягче.

Идрис постоянно занимался политикой, но Арден нравилось быть с ним. Он был терпеливым и нежным с Даудом и страстным с ней. Он иногда поддразнивал ее, но всегда помогал.

К своему удивлению, она все сильнее к нему привязывалась. Она обнаружила, что на самом деле ей нравится этот сложный и противоречивый человек. Он честен, силен, порядочен, страстен и обладает хорошим чувством юмора.

– Ты не можешь его уволить, – сказала она.

– Я не позволю ему тебя нервировать. Он подрывает у тебя уверенность в своих силах.

Арден посмотрела на Идриса. Он заметил то, что она старалась от него скрывать.

– Откуда ты знаешь? – спросила она. – Когда я общаюсь с ним, тебя нет рядом.

Он выгнул черную бровь:

– Я все замечаю, Арден. – Он пристально смотрел на нее, словно читая сокровенные мысли. Подняв руку, он погладил ее по щеке, его прикосновение походило на касание крыльев бабочки.

У Арден сложилось ощущение, что между ними зарождается сильное чувство, названия которого она не знала.

– Он расстраивает тебя. Завтра его уже не будет.

Она схватила Идриса за запястье:

– Нет. Не делай этого.

– Я не желаю, чтобы он тебя унижал.

Губы Арден изогнулись в напряженной улыбке, поддержка мужа укрепила ее слабеющую решимость. Именно она виновата в том, что сегодня произошло. Она позволила себе испугаться Селима.

– Он усердно и квалифицированно работает. Он не заслуживает увольнения. – Идрис смотрел на нее недоверчиво. – Я справлюсь с ситуацией. Я знаю, ты пытаешься мне помочь. Но увольнение ни к чему не приведет. Он нервирует меня и заставляет чувствовать себя необразованным варваром, но он скоро выйдет на пенсию.

– Через тринадцать месяцев.

– За это время он подготовит себе замену. К тому же я могу многому у него научиться.

Идрис хмурился.

– Я рассказывала тебе о своей первой начальнице, когда я начала работать флористом? – спросила она, и он покачал головой. – Должно быть, я ей понравилась, раз она наняла меня. Но сначала я все делала неправильно, даже не так подметала черенки с пола.

– Похоже, она к тебе придиралась.

– Да. Но она была увлечена своим делом и хотела, чтобы ее магазин был лучшим. Она настаивала на том, что все должно быть идеально. – Арден покачала головой. – Я помню, как несколько раз переделывала первый свадебный букет, пока он наконец не понравился моей начальнице. Но в конечном счете я радовалась ее придирчивости, потому что я приобрела навыки и уверенность в своих силах.

Глаза Идриса насмешливо заблестели.

– Поэтому ты решила сохранить нашего дворцового перфекциониста?

Арден подняла руки ладонями вверх:

– Он отлично знает королевский ритуал и обычаи. Я должна по максимуму использовать его знания, даже если от общения с ним мне иногда хочется скрежетать зубами.

Смех Идриса окутал ее, как шелк. Даже голова у нее болела теперь не так сильно.

– При одном условии. – Он посерьезнел. – Если ты передумаешь или он покажет недовольство тобой, я его уволю.

– Договорились. Все будет в порядке, правда. – Удивительно, но после сомнений, которые преследовали ее так долго, Арден в самом деле поверила в благополучное будущее.

Почему нет? Дауд наслаждается жизнью. Идрис показывает себя заботливым и любящим отцом и мужем. Арден не может просить большего.

Еще чуть-чуть, и она поверит, что они поженились по любви, а не по расчету. Арден встревожилась. Не надо забывать, по какой причине они сыграли свадьбу.

Она сделала маленький шаг назад и решила настоять на своем:

– Я ценю твою поддержку. Но мне важно справиться со всем самой. Это единственно верный способ.

Приняв душ, Идрис выключил все освещение, кроме ночника, и обнаженный лег в кровать. Арден все еще была в своей ванной комнате. Сегодня она выглядела изможденной.

Когда дверь ее ванной комнаты открылась, его тело напряглось от желания. Волосы падали на ее бледные плечи, а кружевная ночная рубашка облегала фигуру. От желания прикоснуться к Арден у него чесались пальцы.