Испытание славой - Вера и Марина Воробей

– Заранее согласна, – слабо улыбнулась девушка.

– Смотри, Крис, ты дала мне слово. – Славик взял ее за руки, обнял.

– Говори свое условие.

– Ты прекращаешь свои ночные гонки, иначе у меня не одна прядь поседеет, а вся голова.

Ее улыбка стала шире:

– Теперь мне это не понадобится, кэп.

Его губы прижались к ее губам, и мир, который до этого был расколот на две половинки, вновь стал единым целым.

– Славик, разогреваться! – позвал его массажист, заглянув в комнату – у него были свои заботы.

– Ты иди, – сказала Кристина, – а у меня есть еще одно дело, очень важное.

– Но на игру ты придешь?

– Наверное, я не успею к началу, – сказала она, озабоченно посмотрев на часы, и в ее голосе послышались извиняющиеся нотки. – Но я обязательно появлюсь. И помни, капитан, как ты всегда говорил: «Нужно играть на выигрыш до финального свистка!»

Славик отправился на массаж, размышляя, куда это вдруг заспешила его Кристи?

А Кристина ехала к Тусе. Адрес она заранее узнала у Толиной мамы, пообщавшись с ней по телефону. Через полчаса Кристина нажимала на звонок, надеясь, что застанет подружку Толика дома.

Ей повезло. Дверь открыла сама Туся, и моментально ее брови взлетели вверх, а глаза стали колючими:

– Что вам нужно?

– Я к тебе. – Кристина улыбнулась как можно приветливее. – Туся, не смотри на меня так, я не враг, я – твой друг, и, если ты впустишь меня в квартиру, я тебе это докажу.

Туся помедлила, но потом отступила в сторону, приглашая незваную гостью войти.

– Надеюсь, с Толиком все в порядке? – холодно поинтересовалась Туся, отбросив длинную тяжелую гриву волос за спину.

Она вообще сегодня замечательно выглядела в тоненькой пуховой кофточке нежного сиреневого цвета и узких черных джинсах, удачно подчеркивавших ее длинные ноги. Да и макияж был как всегда искусно нанесен. А когда девушка хорошо выглядит, она и чувствует себя уверенно. Тем более Туся была на своей территории. В общем, она была во всеоружии. И дожидаясь ответа на свой вопрос, обернулась к блондинке. Та, к слову сказать, тоже выглядела неплохо. И хотя эта Кристина прямо с порога начала набиваться в подружки, Туся была с ней настороже.

– С Толиком все в порядке, насколько это возможно. Только он не знает, что я к тебе подалась, – ответила с опозданием Кристина, с интересом разглядывая Тусину комнату. Особенное внимание она уделила гитаре, висевшей на стене. – О! «Кремона», – со знанием дела сказала она и спросила: – Играешь?

– Немного. Присаживайся, Кристина. – Она решила не церемониться и тоже перейти на «ты».

Они сели. Туся подумала, что раз Кристина сама к ней пришла, значит, инициатива разговора должна исходить от нее.

– У парней через час игра с американцами, – сказала Кристина, нарушив затянувшееся молчание.

– Как игра? – С Туси мгновенно слетела ее показная холодность. – Сегодня?

– Да ты не волнуйся, мы успеем, только вначале я расскажу тебе одну поучительную историю, которая случилась со мной в начале этого лета. – Жили-были три подруги, – начала Кристина. – Одна рыженькая, другая блондинка, а третья черненькая. Они окончили школу, поступили в институты, а в оставшееся время решили отдохнуть. Рыженькую папа увез на Кавказ, она увлекалась альпинизмом. Блондинка решила поехать в Крым к родственникам. А черненькая подружка в последнюю минуту передумала и не поехала в Турцию на отдых. Нужно сказать, что из всех девчонок только у блондинки был парень. Звали его Слава. Но блондинка рассорилась с ним буквально накануне отъезда. В общем, она уехала, а он остался в Москве. – Туся слушала внимательно, не понимая, к чему гостья клонит. Ясно, что рассказ о ней, о самой Кристине. – Чуть позже блондинка написала своей подружке и попросила ее сходить к Славику и сказать ему, что она просит у него прощения, потому что считает, что именно она виновата в их ссоре. Она, глупая, решила, что подружка справится с этой ролью лучше, чем бездушная бумага. Подружка согласилась, а спустя два дня призналась по телефону, что она теперь девушка Славика, что у них бурный роман и что он ничего не хочет знать о блондинке.

– А что же ты? – спросила Туся, потрясенная услышанным.

– А я решила назло Славке завести нового друга. И завела, только быстро поняла, что от любви любви не ищут. А когда вернулась домой, то выяснила, что все кругом ложь и обман. Славик отказался с Лидкой встречаться. Сказал, что любит меня, что, когда я вернусь, мы помиримся. Вот она и решила нам обоим отомстить: ему за то, что не захотел с ней встречаться, а мне за то, что ей приходится страдать от безответной любви. А я, дура, поверила, что у них страстный роман, и наделала на юге глупостей. И знаешь, ей ведь почти удалось разрушить наши отношения. Мы полгода со Славиком не разговаривали, а сегодня вот помирились и решили начать все с начала. Теперь у блондинки только одна подружка – рыженькая, и зовут ее Нина. Вот такая вот история. – Кристина взглянула на Тусю затуманенным взглядом. – А между прочим, ты, как и я, тоже совершила много ошибок с Толиком. Его звездная болезнь не на пустом месте развилась.

– Да знаю я, – поспешно сказала Туся. – Мне об этом и Лизка, моя близкая подруга, не раз говорила. Нельзя, мол, так восхищаться его спортивными достижениями.

– Может, и так. Да только я не об этом. Толик в тот вечер, когда напился, много чего мне рассказал. Ну, знаешь, что у трезвого на уме, то у пьяного на языке. В общем, у вас все как в песне: «Звездочка моя ранняя, как же я хочу рядом быть…» Не понимаешь? – спросила Кристина, заметив недоуменный взгляд Туси. – Он же все время боится тебя потерять. Соответствовать во всем хочет. Ты же знаменитость…

– Да какая я знаменитость! – вспыхнула Туся.

Теперь, в свете услышанного, мотивы Толика выглядели иначе. А слова: «Он боится тебя потерять» прямо-таки пролились бальзамом на ее душу.

– Надеюсь, что в этом вопросе вы без меня разберетесь, – сказала Кристина и спросила с едва заметной улыбкой: – Хочешь узнать, как Толик оказался в ту ночь у меня дома?

Туся задумалась только на мгновение:

– Нет, не нужно. Он мне все уже рассказал.

– Тогда собирайся. Мы еще успеем на игру, – предложила Кристина, и Туся вскочила с места.

Ее душа пела, ее сердце рвалось к Толику. Она не поспевала за своими мыслями. Она была готова обнять целый мир. Так прекрасно было любить и знать, что ты любима. Наверное, Кристина чувствовала себя так же. И она оказалась права. Из квартиры они вышли не соперницами, а подругами. Впрочем, соперницами они никогда и не были.