Загадка для Грома - Екатерина Орлова

– А давай. Заодно и перетрем.

– В отеле?

– Ты, блядь, не проститутку заказываешь. Заезжай ко мне.

Отсмеявшись, Саня обещает прибыть в течение часа, а я сажусь в машину и командую Руслану везти меня домой.

По дороге перевариваю все, что рассказал папа про Мономаха.

Владимиров Иван Александрович. Бизнесмен. Довольно крупный. Похищение предметов искусства и подковерные игры – побочное хобби от бизнеса. Свое не отдаст. Если начать отбирать, будет выдирать с мясом.

Папа предложил помощь, но я отказался. Отцовские бойцы прямые, как железнодорожный путь. А мои умеют действовать так, что хер поймешь, откуда граната летит. Так что все сделаю сам. Но, уверен, Матвей Алексеевич уже строполит своих ротвейлеров, чтобы были наготове.

Мы сворачиваем с основной дороги к дому, и я отрываю взгляд от экрана телефона, когда слышу голос Руслана:

– Какого хера? – спрашивает он сдавленно.

Ворота нараспашку, охраны не видно.

Нахмурившись, вглядываюсь в темноту, потому что фонари во дворе не горят. Только тусклые солярные лампы, которые ни черта не освещают территорию.

Руслан резко тормозит тачку. Глушит мотор, и я слышу, как щелкает затвор его пистолета.

– Сиди здесь, – бросает Руслан и выскакивает из машины.

– Блядь, – шиплю.

Открываю дверцу и тоже выхожу. Вот сейчас я бы с радостью нарушил наш с отцом уговор насчет оружия в моих руках.

Подбегаю к воротам и, встав боком, заглядываю во двор.

– Сука, – рычит Руслан, глядя на два трупа посреди лужайки.

– Руслан, – зову его негромко. – Марта!

– Уже бегу, – отзывается он и скрывается в доме.

– Блядь! – рявкаю и бью кулаком в стойку ворот.

Удар резонирует аж в локоть. Но это немного приглушает панику, которая уже начала накрывать от мысли о том, что Марту могли похитить.

Немного успокаиваюсь, вспоминая, что вход в подвал скрыт книжным шкафом, так что они не должны его найти.

– Илья! – выкрикивает Руслан из дома. – Здесь никого!

– А Марта? – спрашиваю, быстро пересекая двор.

– Ее тоже нет, – негромко отвечает Руслан, когда я влетаю в дом.

– В смысле – нет?! – рявкаю на безопасника. – Где твои ебаные бойцы?!

– Не знаю. Никого нет в доме. Только снаружи два трупа.

– Твою мать! – рявкаю и несусь в кабинет.

Шкаф буквально вырван с корнем, дверь распахнута. В подвале и правда пусто.

Развернувшись, мчусь наверх и обыскиваю вместе с Русланом каждую комнату. Он уже на связи с моей маленькой армией. Раздает указания. Только толку, блядь, от них сейчас?!

– Руслан! – ору на него, сталкиваясь в коридоре со своим безопасником. Выдергиваю из его хватки пистолет, второй рукой дергаю за ворот черной рубашки и, впечатав его в стену, приставляю к скуле волыну. – Где она?! Как, блядь, ее могли похитить, если ее, сука охраняли твои бойцы?! Как они узнали про подвал?!

– Илья, погоди…

– Как?! – реву прямо ему в лицо.

– Скорее всего, у меня в отряде предатели.

– Предатели?! – переспрашиваю, как будто не расслышал.

Толкаю Руслана так, что он бьется затылком о стену.

– Блядь! – орет. – Да! Предатели!

– Как?! Ты же каждого лично проверяешь! Какого хуя?!

Кричу, срывая голос. От одной мысли, что Марта попала в лапы Мономаха, по телу прокатывается яростная дрожь.

– Мы найдем ее, – отзывается Руслан. – Пацаны уже едут.

– Какие?! Такие же, как те, кто ее увез?!

– Блядь! – орет он. – Отменить?! Пусть останется у похитителей?!

Понимаю, что он прав. И точно знаю, что когда все закончится, Руслан сам себя сожрет с потрохами за свой проеб. Но это будет потом. А сейчас? Как мне выдрать Марту из лап Мономаха, при этом сделав так, чтобы мы оба остались живы? Желательно и ее сестру прихватить.

– Илья! – раздается снизу голос Сани.

– Иду! – отзываюсь и возвращаю Руслану волыну. – Раздобудь мне такую же.

– Ты же не собираешься…

– Именно это я, блядь, и собираюсь сделать! – рявкаю и, развернувшись, сбегаю по ступенькам, возле которых стоит мой хмурый брат.

– Ну и против кого мы теперь воюем? – спрашивает он.

– Марту похитил Мономах. Знаешь такого?

– Не-а. Кто такой?

– Погоди, сейчас расскажу. Руслан, когда прибудут твои люди, зайдешь в кабинет. Будем ждать еще Гордея, впустить без доклада. Идем, – киваю брату в сторону моего кабинета. Пока идем, набираю малого. – Ты мне нужен. Срочно. Типа пиздец как срочно и лично.

– С компом, я так понимаю? – задает он вопрос, даже не заморачиваясь с тем, чтобы спросить, что случилось.

– Да.

– Час времени.

– Полчаса. Каждая минута на счету.

– Хватит, блядь, торговаться, – выдает он. – Сорок минут. Быстрее никак, я у деда.

– Давай. Сорок минут.

– Деду ни слова? – спрашивает.

– Ага.

– Ладно. До встречи.

– Рассказывай, – говорит Саня, когда я открываю дверь на балкон и, выйдя, закуриваю.

Брату не надо объяснять все в подробностях. Это отец считает, что в таких ситуациях надо хватать армию и тупо валить штурмом на врага. А мы с Саней понимаем, что при такой стратегии рискуем потерять пленников.

Я коротко обрисовываю брату перспективу, а он молча слушает. В процессе с кем-то переписывается. Я не встреваю и не останавливаю. У Сани мозг работает так же, как и у меня. Если по ходу поймал мысль, надо ее записать или сразу воплощать. Потом она утратит остроту и можно забыть, зачем вообще было совершать то или иное действие.

– Короче, так, – говорит брат. – Я с тобой согласен, что забирать девочек надо тихо и быстро.

– Мне нужны не только девочки, но и корона.

– Это сложнее, – цокает он.

– Похер. Сгорела хата, гори и сарай. Если уж забирать, то все.

– Нормально, – кивает брат.

– Саня, тебе нельзя светиться.

– А кто сказал, что я буду? Я уже призвал самые отбитые силы нашей семьи, и с минуты на минуту у тебя будет центр управления врагами, – усмехается брат.

– Какие еще…

– Илья Матвеевич, приехали Алексей Денисович и Ольга Дмитриевна, – докладывает один из безопасников.

– Бля, Саня, – закатываю глаза. Других Громовых тут как раз и не хватало.

– Впускай! – командует мой брат и довольно потирает руки.

Глава 26

Марта

Когда я успокаиваюсь, мне удается доползти до дивана и каким-то чудом залезть на него. Подвываю и ахаю, потому что лодыжка чертовски саднит. Ощущения такие, будто я сломала ногу, хотя скорее неслабо так подвернула.

– Чертов Громов, – рычу сквозь всхлипывания. – Гори в аду, скотина бесчувственная.

Произношу это и захожусь новыми рыданиями, потому что на самом деле я ничего плохого Илье не желаю. Ну, может, только совсем чуть-чуть, чтобы он прочувствовал мою боль.

Наконец мне удается устроить ногу на диване так, чтобы болезненная пульсация немного стихла.